← Назад к обзору

Альфа для омеги

Сталь, шелк и тяжелое золото осени

Восемь месяцев — срок, когда даже Теневой Монарх начинает чувствовать себя не властелином смерти, а очень большим и неповоротливым сосудом для двух неугомонных источников маны. Мой живот стал огромным, и каждый шаг давался с трудом, который не сравнить ни с одним рейдом в подземелье S-ранга. Двойняшки внутри меня, два будущих доминантных альфы, кажется, уже сейчас устраивали спарринги, проверяя на прочность мои ребра и мочевой пузырь.

Юми изменилась. Та дерзкая, вечно дымящая сигаретой девчонка, которую я встретил у здания гильдии, превратилась в самого преданного и свирепого защитника, которого я когда-либо знал. Она настояла на браке через месяц после того визита к врачу. Наша свадьба была закрытой и странной: я, ростом в сто девяносто сантиметров, в изысканном костюме, который едва скрывал первые признаки изменений, и она — в черном шелковом платье, подчеркивающем ее фарфоровую кожу и ту самую татуировку дракона. Мы были воплощением оксюморона: огромный омега-мужчина и миниатюрная альфа-женщина. Но когда наши кольца соприкоснулись, резонанс маны был таким мощным, что в радиусе километра завяли все сорняки и расцвели редчайшие цветы.

Сегодня в Сеуле стояла золотая осень. Воздух был прохладным, пахнущим прелой листвой и тем самым особым ароматом предчувствия зимы. Юми вела меня по дорожке парка, крепко держа за руку. Она больше не курила — ради детей она перешла на мятные леденцы, которые яростно грызла в моменты стресса.

– Джин-у, помедленнее. Ты дышишь так, будто только что в одиночку зачистил Башню Демонов, – проворчала она, поправляя на мне тяжелое кашемировое пальто.

– Я в порядке, Юми, – я улыбнулся, хотя капли пота выступили на лбу. – Просто они сегодня особенно активны. Кажется, Игрит и Бер через тень подзуживают их тренироваться.

– Я этим теням головы поотрываю, – она прищурилась, и ее небесно-голубые глаза сверкнули опасным огнем. – Ты — омега на сносях, а не тренировочный манекен. Еще один удар по почкам, и я прикажу Беру перемыть все окна в Сеуле вручную.

Я тихо рассмеялся. Юми была единственным человеком, которого мои тени боялись больше, чем меня. Она не обладала магическим рангом, официально она оставалась гражданской, но ее доминантная аура альфы была настолько концентрированной, что даже Игрит склонял голову, когда она входила в комнату.

Мы шли мимо ярких кленов, и я чувствовал себя почти обычным человеком. Моя сила была глубоко скрыта, направленная внутрь, на защиту и питание двух маленьких жизней. Мои серые глаза, когда-то холодные, как грозовая туча, теперь смотрели на мир с тихой нежностью.

Внезапно я почувствовал знакомое колебание маны впереди. Кто-то сильный приближался к нам по аллее. Юми почувствовала это на секунду позже — ее плечи напряглись, а рука инстинктивно легла мне на поясницу, притягивая ближе к себе.

Из-за поворота вышла женщина. Короткие светлые волосы, безупречная осанка и взгляд, который привык оценивать угрозы. Ча Хэ-ин. Сильнейшая женщина-охотник Кореи.

Она замерла, увидев нас. Ее глаза расширились, когда она перевела взгляд с моего лица на мой внушительный живот, а затем на маленькую черноволосую девушку, которая держала меня так, словно я был самым хрупким сокровищем в мире.

– Сон Джин-у? – голос Хэ-ин дрогнул. – Это... это действительно вы?

– Здравствуй, Хэ-ин, – я кивнул, стараясь сохранять достоинство, несмотря на то, что мне хотелось сесть на ближайшую скамейку.

Хэ-ин сделала шаг вперед, ее ноздри затрепетали. Она была охотником S-ранга с невероятно острым обонянием, и то, что она почувствовала сейчас, явно ввело ее в ступор. От меня исходил густой, сладкий запах хвои, смешанный с молоком и чем-то глубоко материнским, а над всем этим доминировал резкий, властный аромат персика и корицы, исходящий от Юми.

– Вы... омега? – прошептала она, не в силах скрыть потрясение. – Сильнейший охотник... Теневой Монарх... омега?

Юми сделала полшага вперед, закрывая меня собой. Ее рост в сто шестьдесят сантиметров не мешал ей выглядеть угрожающе.

– Слушай, блондиночка, – голос моей жены прозвучал низко и опасно. – Если ты пришла сюда, чтобы читать лекции по биологии, то ты выбрала неудачное время. Мой муж устал, и нам не нужны лишние свидетели.

Хэ-ин перевела взгляд на Юми. Я видел, как между ними проскочила искра — столкновение двух доминантов. Хэ-ин была альфой, сильной и признанной, но Юми... Юми была Истинной парой Монарха. Ее сила питалась моей, а моя — ее.

– Я не хотела проявить неуважение, – быстро сказала Хэ-ин, слегка склонив голову, признавая статус Юми. – Просто... в Ассоциации ходят слухи. Вы пропали на несколько месяцев. Ю Джин-хо говорит, что вы на «длительном отдыхе». Но никто не ожидал... этого.

– «Этого» — это чего? – Юми прищурилась, ее рука крепче сжала мою ладонь. – Того, что он нашел свое счастье не в бесконечных битвах, а в семье?

– Нет, я... я рада за вас, – Хэ-ин посмотрела на меня, и в ее глазах я увидел печаль и понимание. Она всегда чувствовала мой запах, когда я еще не осознавал свою природу. Она всегда знала, что я «другой». – Просто это меняет всё. Баланс сил в мире...

– Баланс сил подождет, пока моим сыновьям не исполнится хотя бы по году, – отрезал я, чувствуя, как один из малышей сильно пнул меня под ребра. – Хэ-ин, я всё еще Теневой Монарх. Моя армия никуда не делась. Но сейчас мой приоритет — здесь.

Я положил руку на живот, и Хэ-ин невольно проследила за этим движением. Ее лицо смягчилось.

– Двое? – спросила она тише.

– Двое, – подтвердила Юми, и в ее голосе проскользнула гордость. – Два будущих альфы. Так что Корее не о чем беспокоиться в плане защиты в будущем.

Хэ-ин долго молчала, глядя на нас. Мы действительно были странной парой. Огромный, могущественный мужчина, который мог бы править миром, но предпочел нести в себе новую жизнь, и маленькая, внешне обычная девушка, которая держала его сердце в своих ладонях.

– Простите, что помешала вашей прогулке, – Хэ-ин еще раз поклонилась. – Сон Джин-у... я искренне желаю вам легких родов. И... берегите себя.

Она прошла мимо, но я почувствовал, как она еще долго оглядывалась.

Юми дождалась, пока Хэ-ин скроется за деревьями, и только тогда расслабилась. Она повернулась ко мне, ворчливо поправляя мой шарф.

– Вечно эти охотники лезут не в свое дело. «Баланс сил», «статус»... Тьфу. Пошли домой, Джин-у. Я заказала те пирожные с персиком и заварным кремом, которые ты любишь.

– Юми, – я перехватил ее руку и поднес к губам. – Спасибо.

– За что? – она удивленно подняла брови.

– За то, что тебе плевать на мой статус. За то, что ты видишь во мне не Монарха, а просто своего омегу.

Юми усмехнулась, и в этой ухмылке было столько любви, что у меня перехватило дыхание. Она потянулась на цыпочках и поцеловала меня в кончик носа.

– Ты для меня всегда будешь просто большой, вредной и очень красивой дылдой, которая не умеет вовремя отдыхать. А теперь шагом марш к машине. Если ты упадешь от усталости, мне придется вызывать подъемный кран, а я не хочу платить за аренду спецтехники.

Я рассмеялся, чувствуя, как тяжесть восьми месяцев становится легче. Мы шли к выходу из парка, и заходящее солнце окрашивало мир в цвета золота и персика. Мои тени безмолвно следовали за нами, охраняя покой своего господина и той, кто дала ему смысл жизни.

– Юми? – позвал я, когда мы уже подходили к машине.

– Ну что еще?

– Я думаю, нам нужно купить ту колыбель из темного дерева. Которая с резьбой в виде драконов.

– Джин-у, она стоит как крыло самолета!

– Но она им понравится. Я чувствую.

Юми вздохнула, открывая мне дверцу машины.

– Ладно. Но тогда ты сам будешь объяснять кошке, почему ей нельзя там спать.

Я сел на сиденье, чувствуя, как дети внутри наконец успокоились. Жизнь была сложной, странной и совершенно не такой, как я планировал. Но глядя на Юми, которая садилась за руль с самым решительным видом на свете, я понимал: я бы не променял ни одну секунду этой «неправильности» на всё могущество вселенной.