← Назад к обзору

Альфа монарха

Хвост, ушки и Теневой Монарх

Прошла неделя с того момента, как наши жизни окончательно скрепились метками. Неделя, полная странного, почти пугающего спокойствия. Раньше я думал, что метка — это просто символ, магическая печать, но всё оказалось гораздо глубже. Теперь я чувствовал Алекса даже на расстоянии километров. Его спокойствие оседало во мне мягким теплом, а его редкие вспышки азарта заставляли мою кровь бежать быстрее.

Но сегодня мне было не до сантиментов. Я сидел во главе огромного стола в конференц-зале Ассоциации охотников. Вокруг — высокопоставленные чиновники, лидеры крупнейших гильдий и, конечно, Председатель Го Гунхи, который смотрел на меня с едва заметной отеческой усмешкой.

– Уровень активности врат S-ранга в северном секторе вырос на четырнадцать процентов, – монотонно докладывал какой-то аналитик, указывая на графики. – Гильдия «Арджин» должна взять на себя передовую группу зачистки. Охотник Сон, вы нас слушаете?

Я кивнул, подпирая подбородок рукой. Внешне я был воплощением ледяного спокойствия. Доминантный омега, Теневой Монарх, человек, чей взгляд заставлял S-ранговых охотников потеть от страха. Но внутри я боролся с желанием бросить всё, призвать Кайсела и улететь домой.

Дома был Алекс. Дома был Юки.

Мой внутренний омега тоскливо скулил. Неделя после постановки метки — это период, когда хочется постоянно чувствовать запах своего альфы, ощущать его кожу под пальцами. А я был вынужден слушать отчеты о логистике и поставках мана-кристаллов.

Внезапно мой телефон, лежащий на столе, коротко вибрировал. Экран загорелся, высветив уведомление от Алекса.

Я мельком взглянул на дисплей, ожидая сообщения о том, что Юки пообедал или что нам нужно купить подгузники. Но то, что я увидел, заставило меня замереть.

На фото был наш сын. Алекс нарядил Юки в пушистый желтый костюмчик котенка с крошечными ушками на капюшоне. Малыш сидел на ковре, смешно надув щечки, и пытался поймать собственной тенью (которая уже вовсю шевелилась, подражая моим солдатам) свой же хвост. Это было настолько мило, что я почувствовал, как моя ледяная маска дает трещину.

Но следом пришло второе сообщение. С пометкой «Только для твоих глаз, Монарх».

Я открыл его, и в ту же секунду в зале словно стало на десять градусов жарче.

На фото был Алекс. Мой мудрый, терпеливый, «тихий» альфа решил, видимо, что мне слишком скучно на собрании. Он стоял перед зеркалом в полный рост. На нем был такой же костюм кота, как у Юки, только... замок на груди был расстегнут до самого пупа, обнажая литые мышцы пресса и ту самую дорожку светлых волос, уходящую под пояс. Капюшон с ушками был накинут на голову, скрывая его блондинистые вихры, но взгляд... боже, этот взгляд небесно-голубых глаз обещал мне всё, кроме спокойного сна. На руках он держал Юки, и оба они смотрели в камеру: сын — с детским любопытством, отец — с откровенным вызовом.

Хуже всего было то, что на фото было видно: под этим дурацким костюмом на Алексе не было ничего, кроме коротких боксеров, которые едва удерживали его возбуждение, явно спровоцированное близостью нашей связи.

– Охотник Сон? С вами всё в порядке? – голос Председателя Го прозвучал как сквозь вату.

Я почувствовал, как по шее ползет жар. Моя метка, скрытая под высоким воротником пиджака, начала пульсировать, отзываясь на призыв Алекса. Запах жженой корицы и персика, казалось, материализовался прямо в зале, забивая ноздри.

– Да... – я быстро заблокировал телефон и убрал его в карман, стараясь не смотреть на коллег. – Продолжайте.

– Вы покраснели, – заметил лидер гильдии «Белый тигр» Пэк Юнхо, прищурившись. – Неужели Теневой Монарх подхватил простуду?

– Скорее, у Монарха возникли неотложные дела, – усмехнулся Го Гунхи, который, кажется, догадывался о причине моего состояния.

Я стиснул зубы. Алекс, ты играешь с огнем.

– Мы закончим это обсуждение завтра, – я резко встал, отодвигая стул с таким скрежетом, что все вздрогнули. – У меня возникла критическая ситуация, требующая моего личного вмешательства.

– Врата открылись? – встревожился кто-то из чиновников.

– Хуже, – бросил я, уже направляясь к выходу. – Домашний хаос.

Выскочив из здания Ассоциации, я даже не стал ждать машину. Тени сгустились под моими ногами, и я просто шагнул в портал, который вел прямиком в нашу гостиную.

Я ожидал увидеть что угодно, но реальность превзошла ожидания.

В гостиной царил полумрак. Из колонок лилась тихая, тягучая музыка. Юки, видимо, уже спал в своей кроватке под присмотром Игриса, потому что в комнате было только двое.

Алекс сидел в кресле, всё в том же расстегнутом костюме кота. Ушки на его голове забавно подергивались, когда он повернулся ко мне. В руке он держал бокал с чем-то янтарным, а его аура — мощная, альфичья, пропитанная гоном и нежностью — буквально сбивала с ног.

– О, ты быстро, – он лениво улыбнулся, облизнув губы. Пирсинг под нижней губой блеснул в свете ночника. – Я думал, собрание продлится до вечера.

– Ты... – я подошел к нему, срывая с себя галстук. – Ты хоть понимаешь, что ты наделал? У меня там были лидеры всех гильдий страны!

– И ни один из них не стоит твоего внимания так, как я, – Алекс поднялся, и я увидел, что костюм действительно держится на честном слове. – Мой маленький альфа скучал по папе. А большой альфа... большой альфа просто проголодался.

Он сократил расстояние между нами, и я почувствовал, как мой омега внутри довольно мурчит, признавая поражение. Запах Алекса был повсюду.

– Ты надел ушки, Алекс, – я коснулся пальцами мягкой ткани на его голове. – Серьезно? Доминантный альфа, герой Сибуи, в костюме кота?

– Ради тебя я могу быть кем угодно, – он перехватил мою руку и прижал её к своей груди, там, где под кожей бешено билось сердце. – Но сейчас я хочу быть только твоим.

Он наклонился, и его губы нашли мою метку на шее. Легкий прикус, движение языка — и я почувствовал, как мои колени подгибаются. Весь мой гнев, вся моя напускная строгость испарились, сменившись всепоглощающей страстью.

– Юки спит? – прошептал я, запуская руки под меховую ткань костюма, ощущая горячую, гладкую кожу его спины и тот самый шрам, который теперь был для меня самой дорогой картой в мире.

– Крепким сном, – выдохнул Алекс мне в губы. – Игрис пообещал, что даже если дом начнет рушиться от нашей магии, ребенок ничего не услышит.

– Тогда... – я повалил его на диван, нависая сверху. Мои волосы рассыпались по его лицу, смешиваясь с его блондинистыми прядями. – Покажи мне, насколько сильно ты «проголодался».

Алекс рассмеялся, перехватывая инициативу. Его руки, сильные и уверенные, сжали мои бедра, притягивая к себе.

– Знаешь, Джинву, – прошептал он, расстегивая пуговицы на моей рубашке, – я всегда знал, что Теневой Монарх любит котиков. Но не думал, что настолько.

– Заткнись, Окумура, – я заткнул его поцелуем, чувствуя, как наши магии — кости и тени — снова начинают свой безумный танец, заполняя комнату теплом, светом и обещанием бесконечной ночи.

В этот момент, в тишине нашего дома, я понял, что никакие врата, никакие монстры и никакие гильдии не имеют значения. Важна была только эта связь. Этот запах корицы. И этот сумасшедший альфа в костюме кота, который стал моим миром.

– Я люблю тебя, – выдохнул я в перерыве между поцелуями.

– А я тебя, мой Монарх, – ответил он, и в его небесно-голубых глазах я увидел отражение всей нашей будущей жизни. – Всегда.

И пока тени послушно охраняли наш покой, мы погрузились в ту самую бурю, которую так долго ждали. Бурю, где не было места страху, а было только вечное, неразрывное «мы».