Альфа сон юки
Тишина в коконе теней
– Вы сами перешли эту черту, – голос Юки вибрировал от сдерживаемой мощи, и этот звук, казалось, отозвался в самих стенах дома.
Он чувствовал, как капли воды на его коже остывают, но внутри него разгорался пожар. Голубые глаза Юки, обычно ясные и спокойные, теперь напоминали два раскаленных сапфира. Его рука, лежащая на плече Джинву, сжалась, чувствуя твердость мышц Монарха. В этот момент Юки перестал быть просто сыном или младшим братом. Он принял свою природу Альфы — того, кто доминирует, кто защищает и кто берет то, что принадлежит ему по праву силы.
Джинву не вздрогнул. Напротив, он подался вперед, сокращая те жалкие миллиметры, что разделяли их тела. Запах Юки — этот сводящий с ума аромат спелых персиков, окутанный терпким мускусом и озоном силы S-ранга — бил в ноздри, заставляя инстинкты омеги внутри Теневого Монарха торжествующе петь.
– Ты всегда был слишком мудрым для своего возраста, Юки, – прошептал Джинву, и его дыхание опалило губы сына. – Слишком терпеливым. Ты ждал нашего знака? Ты ждал, когда мы сами признаем, что наши узы — это не только кровь, но и нечто гораздо более темное и древнее?
Сухо, стоявший за спиной брата, издал низкий, гортанный звук, средний между стоном и рычанием. Его руки, до этого осторожно лежавшие на талии Юки, теперь смело скользнули под полотенце, оглаживая напряженные мышцы пресса.
– Хватит разговоров, – выдохнул Сухо в изгиб шеи Юки, как раз там, где пульсировала жилка. – Я чувствую, как твое сердце колотится, брат. Ты хочешь этого не меньше нашего. Твой запах выдает тебя. Ты жаждешь нас так же сильно, как мы жаждем твоего узла.
Юки резко развернулся в кольце их рук, не разрывая контакта. Теперь он стоял боком, удерживая отца за затылок, а брата — за предплечье. Его атлетическое тело, украшенное замысловатыми черными татуировками, казалось высеченным из мрамора, но под этой формой текла живая, кипящая мана.
– Вы понимаете, что пути назад не будет? – Юки посмотрел сначала на Сухо, чьи глаза подернулись дымкой желания, а затем на Джинву. – Если я сорвусь, я не остановлюсь. Я — Альфа. И если вы отдаете себя в мои руки, вы принимаете мою власть.
Джинву усмехнулся, и в его взгляде промелькнула искра гордости.
– Разве я не для этого растил тебя таким сильным? – Монарх коснулся кулона-кольца на шее Юки, потянув шнурок на себя, заставляя сына наклониться. – Мир знает меня как правителя теней. Но здесь, в этих стенах, я хочу чувствовать над собой силу, которая сможет меня обуздать. Покажи мне мощь своего ранга, Юки.
Эти слова стали последней каплей. Юки резко притянул отца к себе, впиваясь в его губы властным, требовательным поцелуем. Это не было похоже на сыновнюю любовь — это было клеймо. Джинву ответил с неожиданной для омеги яростью, его тени взметнулись вверх, переплетаясь с аурой Юки, создавая вокруг них настоящий шторм из чистой энергии.
Сухо не остался в стороне. Он припал к спине Юки, кусая его за плечо, прямо по черному узору татуировки, оставляя свои метки на этой идеальной коже. Юки глухо зарычал, чувствуя, как двойное давление омег пробуждает в нем зверя. Он подхватил отца под бедра, легко поднимая его, словно тот ничего не весил, и прижал к стене. Полотенце окончательно соскользнуло на пол, открывая взору омег совершенство его тела.
– Ты мой, – прохрипел Юки, глядя в глаза Джинву, в которых отражалась бездна. – И ты, Сухо. Никаких подземелий. Никаких других охотников. Только я.
– Да... – выдохнул Сухо, опускаясь на колени и прижимаясь лицом к бедру брата, вдыхая его запах полной грудью. – Только ты. Наш единственный Альфа.
Джинву обхватил шею сына руками, зарываясь пальцами в его мокрые черные волосы.
– Я подчинил себе смерть, Юки, – прошептал Монарх, и