Близнецы Эрхарт
Узы стали и тени
Тяжёлые бронированные створки «Панциробуса» с глухим шипением захлопнулись, отсекая холодный сквозняк заброшенных путей Центрального вокзала. В салоне пахло машинным маслом, остывшей пиццей и слабым, едва уловимым сладковато-химическим душком мутагена, надёжно запертого в двенадцати экранированных капсулах в грузовом отсеке.
Машина с низким утробным рокотом преодолевала глубокие дренажные туннели, направляясь в самое сердце подземного Нью-Йорка.
Шионель сидел на откидном металлическом сиденье рядом с Донателло, буквально вжавшись плечом в борт фургона. Его зеленые глаза горели лихорадочным восторгом, пока пальцы бегали по тумблерам самодельной панели управления.
– Ты установил во вторичный контур охлаждения турбину от военного дрона Крэнгов? – парень указал на толстый шланг, оплетённый медной проволокой. – Серьёзно? Да это же чистейшее безумие! Она же выдаёт пульсации в сорок тысяч оборотов, тебя должно было разнести на куски при первом же старте!
– Вообще-то, я стабилизировал вибрацию с помощью гироскопа от старой стиральной машины и трёх слоёв термопасты, – с нескрываемой гордостью отозвался Донни, поправляя ремень своей сумки с инструментами. – Работает как швейцарские часы. Ну… если не считать того, что иногда на третьей передаче пахнет жареными носками.
– Ты псих, фиолетовый, – с искренним уважением выдохнул Шионель. – Гениальный зелёный псих.
– Эй, полегче с комплиментами, очкарик без очков, – буркнул с переднего сиденья Рафаэль, лениво полируя сай куском замши. – У Донни и так панцирь трещит от собственного эго. Если ты начнёшь его хвалить, он вообще перестанет убирать за собой гайки на кухне.
Шурена не принимала участия в разговоре. Она сидела напротив брата, положив ладони на колени, и сквозь мутное бронестекло вглядывалась в мелькающие за бортом кирпичные стены коллекторов. Её катана лежала поперек бедер. Девушка выглядела спокойной, но Леонардо, сидевший по диагонали от неё, отчётливо видел, как мелко вздрагивали её пальцы каждый раз, когда фургон подбрасывало на стыках рельсов.
Информация о родителях перевернула всё. Из загнанного в угол бойца-одиночки она в одно мгновение превратилась в человека, перед которым забрезжил призрачный, пугающий свет надежды. А надежда, как знал Лео по собственному опыту, ранит куда больнее любого клинка, если её отнять.
Когда броневик наконец затормозил и массивная дверь отъехала в сторону, близнецы замерли на пороге.
– Добро пожаловать в наше скромное поместье! – торжественно провозгласил Майки, выпрыгивая наружу и делая театральный поклон с широким взмахом руки. – Здесь есть всё для комфортной жизни ниндзя: бесплатная вода из труб, первоклассный скейт-парк, куча телевизионного хлама и, самое главное, шеф-повар Микеланджело, готовый сотворить кулинарный шедевр из того, что мы найдём на дне мусорного бака!
Шурена медленно ступила на сырой бетон платформы заброшенной станции метро. Её изумрудные глаза с профессиональной цепкостью скользнули по сводчатым потолкам, старым аркам, турникетам и мягкому свету бумажных фонарей, струящемуся из глубины жилых комнат.
– Впечатляет, – негромко признала она. – Защищённый периметр, естественные водные преграды, множество путей для скрытного отхода. Вы неплохо устроились для тех, кого официально не существует.
– Мы привыкли ценить безопасность, – раздался глубокий, мягкий голос из полумрака додзё.
Шурена мгновенно подобралась, её тело среагировало быстрее мысли: рука легла на рукоять вакидзаси, колени слегка согнулись. Шионель тут же сделал полшага назад, инстинктивно прикрывая спину сестры.
Из дверей сёдзи, мягко опираясь на деревянный посох, вышел Сплинтер. Его тёмное кимоно едва колыхалось при ходьбе, а длинный хвост мерно покачивался из стороны в сторону. Старый мастер остановился в нескольких шагах от людей, и его глубокие, всё понимающие карие глаза внимательно остановились на близнецах.
– Учитель, – Леонардо сделал шаг вперёд и склонил голову. – Это Шурена и Шионель. Они помогли нам перехватить состав с мутагеном на платформе шестьдесят один. Ни одна капля яда не попала в город.
Сплинтер медленно кивнул, не сводя взгляда с девушки.
– Я чувствую запах пороха, машинного масла и холодной стали, – произнёс мастер-крыса. – Но сильнее всего от вас пахнет тревогой, юная воительница.
Шурена посмотрела на двухметрового мутанта. Страха в её глазах не было – лишь то самое ошеломление, которое испытывает боец при встрече с противником, чьё мастерство превосходит его собственное на недосягаемую высоту. Она медленно убрала ладонь с рукояти меча, выпрямилась и, к удивлению Рафаэля, опустилась на одно колено, склонив голову в безупречном, традиционном поклоне школы самураев.
– Простите мою дерзость при нашей первой заочной беседе, мастер, – твёрдо сказала Шурена. – Я привыкла видеть в тенях только врагов. Мой дед учил меня уважать силу и мудрость, где бы они ни воплощались.
Сплинтер слегка приподнял бровь, и в уголках его губ под седыми усами промелькнула едва заметная тёплая улыбка.
– Поднимись, дитя, – мягко сказал он, коснувшись её плеча концом посоха. – Твой дед был достойным учителем. Твоя стойка выдаёт школу Катори Синто-рю, древнейшее искусство меча. Но оружие в твоих руках поёт песню скорби, а не защиты.
Шурена поднялась, её каштановые косы качнулись.
– Крэнги держат наших родителей в секторе «Альфа» под Гудзоном, мастер Сплинтер, – заговорил Шионель, подойдя ближе к сестре. – Они готовятся запустить пространственный мост. Если мы не вытащим их сейчас, их отправят в Измерение Икс. Оттуда возврата нет.
Сплинтер подошёл к краю невысокого деревянного помоста и жестом пригласил всех войти в додзё.
– Измерение Икс – это обитель кошмаров, – тихо промолвил мастер, глядя на цветущее карликовое дерево бонсай в углу комнаты. – Я знаю цену потерям, дети мои. И я знаю, как ядовита пустота, которую оставляет после себя похищенная семья. Эйприл пережила это. Мои сыновья пережили это. Мы не оставим вас одних перед лицом этой тьмы.
Эйприл подошла к Шурене и слегка сжала её локоть:
– Я же говорила. Мы справимся.
– Но без плана этот поход станет нашей братской могилой, – подал голос Рафаэль, скрестив руки на груди и прислонившись к деревянной колонне. – Сектор «Альфа» – это не старый склад с дюжиной консервных банок. Это чертова подводная крепость. Если мы просто постучим в парадную дверь, нас смоет плазменным огнём в Гудзон ещё до того, как мы успеем достать оружие.
– Раф прав, – согласился Леонардо, разворачивая на низком чайном столике электронную карту, выведенную с планшета Шионеля. – Нам нужна хирургическая точность. Донни, Шионель, что говорят данные с поезда?
Оба юных техника переглянулись, словно два заговорщика, и одновременно опустились на колени перед картой.
– Лабораторный комплекс расположен в затопленных вентиляционных тоннелях старого железнодорожного узла прямо под руслом реки, – начал Шионель, выводя трёхмерную схему объекта. – Давление воды вокруг колоссальное. Комплекс герметичен, стены усилены сплавом, устойчивым к торпедным ударам. Входов всего три: грузовой шлюз для составов, который сейчас наглухо заблокирован из-за аварии нашего поезда, главный дезинфекционный терминал и дренажная труба глубокого сброса.
– Дренаж? – с надеждой переспросил Майки. – Скажите мне, что мы снова полезем через канализацию! Я там как рыба в воде! Ну, то есть, как черепаха в канализации!
– Боюсь, тебя ждёт разочарование, Майки, – покачал головой Донни. – Дренажный коллектор перекрыт ионизирующими лазерными решётками. Если сунуться туда без кода отключения, от органики останется только горстка пепла.
– Значит, остаётся дезинфекционный терминал, – заключил Лео, всматриваясь в светящиеся линии. – Но как пройти через охрану?
– С помощью троянского коня, – Шурена сделала шаг вперёд, и её изумрудные глаза опасно сузились. – Поезд не прибыл вовремя. Крэнги отправят патруль на разведку причин задержки. Мы перехватим этот патруль на внешнем периметре, заберём их экзоскелеты или коды допуска и проникнем внутрь под видом конвоя с «важным образцом».
– И кто будет образцом? – нахмурился Раф.
– Я, – без колебаний ответила девушка. – Я человек. Для них я просто подопытный материал. Они не заподозрят ловушки, пока дроиды конвоя не введут меня прямо в главный исследовательский зал, где держат отца и мать.
– Исключено! – резко оборвал её Шионель, вскакивая на ноги. Его лицо побелело, а пальцы сжались в кулаки. – Ты с ума сошла, Шурена?! Ты сдашься им добровольно?! А если сканеры биометрии дадут сбой? Если они сразу отправят тебя в камеру мутации?! Я не позволю тебе так рисковать!
– У нас нет другого способа обойти внешние сканеры сетчатки, Шион! – повысила голос Шурена, поворачиваясь к брату. – Ты сам знаешь их протоколы! Биосканеры на терминале «Альфа» требуют живого биологического подтверждения для открытия шлюза уровня «А»! Либо я иду внутрь как приманка, либо наши родители через два часа исчезнут в портале навсегда!
Воздух в додзё натянулся, как тетива боевого лука. Близнецы тяжело дышали, глядя друг другу в глаза. В этом молчаливом споре сталкивались слепая братская опека и яростная, самоотверженная решимость сестры.
– Спокойно, – мягкий, но властный голос Леонардо разрезал тишину. Лидер подошёл к близнецам, встав между ними. – Никто не пойдёт на убой в одиночку. План Шурены рискованный, но в нём есть стержень. Однако мы внесём коррективы. Ты не пойдёшь туда беззащитной.
Лео повернулся к брату в фиолетовой повязке:
– Донни, сможешь настроить микро-глушитель, который скроет сигналы оружия и маячков от сканеров Крэнгов?
– Уже в процессе, – отозвался Донателло, вытаскивая из поясного подсумка крошечный плоский чип размером с ноготь. – Если вживить его в шов куртки Шурены, он создаст микрополе, маскирующее металл клинков под элементы корсета или медицинского фиксатора. А Шионель сможет перехватить канал экзоскелетов сопровождения.
Шионель медленно выдохнул, проводя ладонью по лицу. Тревога в его зелёных глазах не угасла, но он понимал, что другого выхода нет.
– Ладно, – глухо произнёс он. – Я смогу перепрошить двух дроидов так, чтобы их радиометки отображались в сети комплекса как штатные охранники. Управлять ими будем мы с Донни дистанционно через командный передатчик.
– А мы с Майки и Рафом пойдём следом по внешней обшивке, используя дыхательные аппараты, – добавил Лео. – Как только ты окажешься внутри и отключишь внешнюю турель из терминала, мы ворвёмся через аварийный шлюз. Ты будешь одна не больше трёх минут, Шурена.
Девушка посмотрела на Леонардо. В её взгляде сквозило глубокое, искреннее уважение.
– Три минуты – это вечность в бою, Лео, – тихо сказала она. – Но с вами я готова рискнуть.
– Отличный план! Чёткий, дерзкий и пахнет жареным! – осклабился Рафаэль, с хрустом разминая шею. Затем он выразительно посмотрел на Шурену: – Только вот один вопрос, сестрёнка. Ты так уверенно машешь своими железками на бегу. А сможешь ли ты удержать удар в узком коридоре, если дроиды прижмут тебя к стене?
Шурена усмехнулась, скрестив руки на груди:
– Проверим, зелёный? Или ты боишься, что девчонка подпортит твой идеальный панцирь?
Майки издал приглушённый смешок, прикрыв рот ладонью:
– О-о-о, Рафи, кажется, тебе только что бросили вызов! Я ставлю три куска пиццы на человека с косичками!
– Майки, захлопнись! – рыкнул Рафаэль, но в его глазах вспыхнул азартный огонь. Он выдернул из пояса тренировочные деревянные боккэны, заменявшие саи в спаррингах, и бросил один из них Шурене: – Покажи, чему тебя учил твой дедушка.
Шурена поймала деревянный меч на лету, взвесила его в руке, недовольно поморщилась и покачала головой:
– Баланс смещён к гарде. Не пойдёт.
Она ловким движением отстегнула свои ножны и положила их на пол, обнажив стальные клинки, но перевернула их тупой стороной лезвия наружу:
– Работаем на скорости. Без дерева. Если ты не против пары синяков.
– Ха! Синяков она мне оставит! – ухмыльнулся Раф, вставая в боевую стойку.
Сплинтер молча отошёл в сторону, опёршись на посох, и слегка прикрыл глаза. Мастер позволял этому случиться: воины должны были узнать пределы друг друга до того, как начнётся настоящий бой насмерть.
– Хадзимэ! – негромко скомандовал Лео.
Рафаэль сорвался с места словно спущенная пружина. Его атака была сокрушительной: мощный выпад вперёд с обманным замахом снизу. Любой обычный человек отшатнулся бы назад под весом стокилограммового мутанта, но Шурена даже не дрогнула.
Вместо блока она сделала шаг навстречу опасности, мягко повернув корпус под углом в сорок пять градусов. Длинный клинок скользнул по деревянному боккэну Рафа, уводя его инерцию в сторону, а короткий вакидзаси тупым концом рукояти с глухим стуком ткнулся точно в солнечное сплетение черепахи.
Раф крякнул от неожиданности, сбился с шага, но мгновенно крутанулся на пятке, пытаясь достать девушку ударом ноги с разворота. Шурена поднырнула под тяжелую зелёную ступню, проскользила по татами и оказалась за его спиной. Её длинный меч замер в сантиметре от его горла, а короткий прижался к сочленению панциря под мышкой.
Тишина в додзё стала абсолютной. Слышно было только прерывистое дыхание Рафаэля и тихое потрескивание углей в курильнице.
– Мягкость побеждает жёсткость, – раздался спокойный голос мастера Сплинтера. – Дзю но ри. Истинный принцип дзюдзюцу и кэндзюцу. Ты не борешься с силой противника, Рафаэль. Ты пытаешься её сокрушить. А Шурена делает силу врага своим союзником.
Раф медленно опустил тренировочное оружие, тяжело дыша, затем повернул голову и посмотрел на лезвие у своего горла. На его лице не было злости – лишь чистый, профессиональный восторг бойца, нашедшего достойного соперника.
– Чёрт возьми… – выдохнул он и криво усмехнулся. – А ты действительно хороша.
Шурена мгновенно опустила клинки, крутанула их в пальцах с мягким свистом и убрала в ножны за спиной.
– Ты слишком открываешь правое плечо при замахе снизу, – спокойно заметила она, протягивая ему руку. – Против Крэнгов с их бластерами это смертельно. Не делай так больше.
Рафаэль крепко сжал её узкую, мозолистую ладонь своей широкой трехпалой рукой:
– Договорились, наставница. Больше не буду.
Майки восторженно захлопал в ладоши:
– Это было чистейшее ниндзя-безумие! Лео, ты видел?! Вжух – и Раф на прицеле!
Леонардо улыбнулся, глядя на сестру и брата. Напряжение, царившее между незнакомцами ещё сутки назад, окончательно растворилось. Теперь это была единая стая, готовая к прыжку.
Внезапно пронзительный писк сканера Донателло разорвал тишину додзё.
– Ребята! – выкрикнул Донни, его лицо мгновенно стало пепельно-серым, пока он вглядывался в экран наручного терминала. – Перехват телеметрии Крэнгов! Они зафиксировали крушение поезда на шестьдесят первой ветке!
Шионель бросился к планшету, лихорадочно щёлкая клавишами:
– Проклятье! Протокол «Чистый горизонт» активирован! Они поняли, что мутаген перехвачен!
– Что это значит?! – вскрикнула Эйприл, подбегая к нему.
– Это значит, что они ускоряют запуск квантового моста! – голос Шионеля сорвался на крик, в его глазах плескался чистый ужас. – Портал откроется не через сутки! Обратный отсчёт пошёл прямо сейчас! У нас осталось меньше шестидесяти минут до того, как всех пленных учёных переправят в Измерение Икс!
Шурена замерла. Её лицо словно окаменело, превратившись в бледную фарфоровую маску. Изумрудные глаза вспыхнули тем самым холодным, безжалостным огнём, который Леонардо видел в доках Бруклина. Но на этот раз в нём не было слепого отчаяния – только смертельная решимость.
Она шагнула к выходу из додзё, поправляя ремни портупеи на груди.
– Шестьдесят минут, – произнесла она голосом, в котором звенела обнажённая сталь. – Значит, у нас нет времени на деликатность.
Леонардо выхватил обе катаны из ножен за спиной. Лезвия сверкнули холодным синим блеском в полумраке убежища.
– Ниндзя, к оружию! – скомандовал лидер. – Проверить снаряжение, акваланги на изготовку! Шионель, готовь передатчик взлома! Мы выходим прямо сейчас!
– Буякаша! – яростно выкрикнул Майки, крутя нунчаки.
Рафаэль закрепил саи на поясе и оскалился в предвкушении грандиозной драки:
– Ну что, кальмары недоделанные… готовьте свои жестянки. Мы идём в гости!
Сплинтер поднял посох, благословляя команду коротким кивком головы:
– Пусть тени хранят вас, мои дети. Верните тех, кто потерян. И помните: пока бьются ваши сердца в унисон, никакой портал чужого мира не сломит вашу волю.
Шурена на секунду оглянулась на мастера, затем перевела взгляд на брата, на Эйприл и на четверых братьев-мутантов, вставших вокруг неё монолитной стеной. Одиночество ушло навсегда.
– За мной, – тихо скомандовала она, и тени сорвались в бег навстречу ревущим глубинам Гудзона.