Блю лок
Иллюзия обмана и соболиные брови
Вечер в «Гинза-Мирай» принимал неожиданный оборот. После того как загадочный иностранец с лицом, достойным обложки «Vogue», показал свой нелепый перевод про «богатство и мясо», атмосфера за столом накалилась. Девушки из «Синей Тюрьмы», чьи нервы были натянуты после изматывающего матча с Францией, не спешили проявлять гостеприимство.
Джабби Ленсон, чьи соболиные брови сейчас были слегка приподняты в недоумении, чувствовал себя крайне неуютно. Он привык к обожанию на стадионах Европы, к тому, что в Барселоне его узнавал каждый встречный, но здесь, в сердце Токио, он столкнулся с группой вооруженных палочками для еды «монстров», которые смотрели на него с плохо скрываемой насмешкой.
– Эй, «богач», – Бачира Мегуру подперла подбородок ладонями, не сводя глаз с его идеального лица. – Ты хоть понимаешь, что выглядишь как заблудившийся принц, который впервые спустился в метро? Мясо по-французски? Серьезно? Ты бы еще круассаны у официантки-сушиста потребовал.
Джабби вздохнул. Его кофейные глаза, в которых при свете ламп вспыхивали теплые шоколадные полутона, на мгновение закрылись.
– Я просто… – он запнулся, подбирая слова на английском. – Я не ел с самого вылета из Мадрида. Мой диетолог прислал мне список продуктов, и переводчик выдал это. Я не хотел показаться… странным.
– Ты уже показался странным, – отрезала Чигири, лениво накручивая алый локон на палец. – В нашем мире, если ты заходишь в ресторан и начинаешь трясти телефоном с надписью «я богат», это выглядит либо как пранк, либо как попытка купить лояльность.
Исаги Йоичи, внимательно наблюдавшая за гостем, чувствовала какой-то подвох. В этом парне было что-то знакомое. Его манера держаться, эта безупречная линия челюсти и, прежде всего, аура. Она не была давящей, как у Кайзера, но она была… всеобъемлющей. Свободной. Но усталость после матча и общий настрой команды сбили её с толку.
– Ладно, проехали, – буркнула Кунигами, возвращаясь к своей порции. – Пусть ест свой рис, раз мяса не дождался.
Джабби молча кивнул. Он выглядел почти виноватым. Его низко посаженные брови создавали эффект суровости, но в уголках губ с четким луком Купидона проскальзывала тень усталости. Он быстро закончил с едой, которую ему все же принесли — скромный сет с говядиной вагю, и, не говоря ни слова, поднялся.
Он что-то быстро напечатал в телефоне, подошел к стойке, где стояла та самая ослепленная его красотой официантка, и приложил карту к терминалу. После чего, бросив короткий взгляд на стол «Блю Лок», он вышел на улицу, поправляя воротник своего дорогого пальто.
– Эй! – Бачира подскочила, как ужаленная. – Он что, просто ушел?
– Похоже на то, – Исаги нахмурилась. – Даже не попрощался.
– Стойте… – Бачира прищурилась, глядя на стол, где сидел испанец. – А счет? Он же сидел отдельно, а потом мы его вроде как позвали… Он что, решил, раз он «богат», то платить не обязательно?
– Он ушел, не дождавшись чека за общие закуски, которые мы заказали, когда он подсел! – крикнула Чигири, заметив, что на столе остались нетронутые блюда, которые Бачира импульсивно заказала «для гостя».
В головах девушек, разгоряченных победой и адреналином, мгновенно сложилась ложная картина: заносчивый иностранец, потроллил их своим переводчиком и решил технично смыться, оставив их разбираться с его счетом.
– Ах ты ж… красавчик недоделанный! – Бачира сорвалась с места. – Я его сейчас научу японскому гостеприимству!
– Бачира, стой! – крикнула Исаги, но было поздно.
Мегуру вылетела из ресторана как пушечное ядро. Джабби не успел отойти и на двадцать метров. Он стоял у края тротуара, пытаясь вызвать такси через приложение, когда почувствовал, как чья-то рука железной хваткой вцепилась в его плечо.
– Куда это мы намылились, «звездный мальчик»? – прошипела Бачира.
Джабби обернулся, его миндалевидные глаза расширились от неожиданности.
– Простите? Я просто…
Он не успел договорить. Бачира, чье «эго» всегда требовало немедленного действия, не собиралась слушать оправдания на ломаном английском. Она провела резкую подсечку, рассчитывая свалить наглеца на асфальт, но Джабби, чей стиль «Звездопад» основывался на абсолютной свободе движений, инстинктивно среагировал.
Его тело плавно сместилось в сторону, словно он был сделан из дыма. Бачира промахнулась, но тут же перешла в атаку, пытаясь схватить его за воротник.
– Отдай деньги за мясо, воришка! – выкрикнула она, замахиваясь для шутливого, но увесистого подзатыльника.
Джабби перехватил её руку. Его лицо, обычно спокойное и гармоничное, на мгновение исказилось от недоумения.
– Деньги? О чем вы? – Он прижал её руку к своей груди, удерживая дистанцию. – Я оплатил всё! И свой ужин, и ваши дополнительные заказы, и даже оставил чаевые той бедной девушке!
В этот момент из ресторана выбежали остальные. Исаги, Чигири и Кунигами замерли, глядя на эту сцену.
– Бачира, отпусти его! – Исаги тяжело дышала, держа в руках телефон. – Я только что посмотрела новости… и проверила чек у официантки. Она сказала, что он закрыл весь наш стол!
Бачира замерла. Её глаза-щелочки медленно округлились. Она перевела взгляд с Исаги на Джабби, который всё еще удерживал её за запястье.
– Весь… стол? – пропищала она.
– Весь, – подтвердила Чигири, подходя ближе и чувствуя, как краснеют её щеки. – Исаги, ты не поверишь, кого мы сейчас троллили.
Исаги повернула экран телефона к подругам. На главной странице спортивного портала красовался заголовок: «Новое поколение мировых звезд в Токио: Джабби Ленсон, 18-летний гений «Барсы», прибыл для участия в благотворительном матче».
– Ему… восемнадцать? – Кунигами присвистнула. – Я думала, ему минимум двадцать два, с такой-то челюстью.
– Джабби Ленсон, – прочитала Исаги вслух. – Член символической сборной мира до 20 лет. Один из одиннадцати лучших игроков нового поколения. Стиль игры — «Звездопад». Непредсказуемый дриблинг, основанный на полном отсутствии системы.
Наступила гробовая тишина. Бачира медленно опустила руку. Джабби, убедившись, что на него больше не собираются нападать, отпустил её и поправил рукав пальто. Его соболиные брови сошлись у переносицы, создавая тот самый «живой» рельеф, который так ценили модные фотографы.
– Вы… вы действительно сумасшедшие, – произнес он, и в его голосе теперь слышалась не растерянность, а легкая, снисходительная ирония. – Сначала смеетесь над моим переводчиком, потом обвиняете в воровстве, хотя я просто хотел быть вежливым и отблагодарить за компанию.
– Ой, – Бачира виновато прикусила язык. – Слушай, Джабби-кун… Мы просто… ну, мы после матча, нервы ни к черту.
Джабби посмотрел на них сверху вниз. Несмотря на свои восемнадцать, он казался гораздо старше и опытнее каждой из них. Его аура «фермера ауры» наконец проявилась в полную силу — он буквально подавлял их своей спокойной уверенностью.
– Вы — «Синяя Тюрьма», – сказал он, и его кофейные глаза блеснули. – Я видел ваши игры. Вы играете в футбол так, будто это война. Но в жизни… вам стоит поучиться читать людей так же хорошо, как вы читаете поле.
Он шагнул к Бачире. Та невольно отступила на полшага, завороженная его взглядом. Джабби протянул руку и аккуратно убрал прядь волос с её лица.
– Я заплатил за ваше мясо не потому, что я богат, – мягко произнес он. – А потому, что мне понравилось, как вы сражались сегодня против Франции. Это был хороший футбол. Но ваш троллинг… – он внезапно улыбнулся, и эта улыбка мгновенно стерла всю суровость с его лица, – ваш троллинг был ужасен. Мясо по-французски — это классика, зря вы смеялись.
– Прости, – Исаги сделала шаг вперед, чувствуя необходимость сгладить ситуацию. – Мы не узнали тебя. В Японии не так часто транслируют Ла Лигу в прямом эфире, а на фото ты выглядишь… по-другому.
– Модельнее? – Джабби усмехнулся. – Знаю. Фотографы любят мои брови больше, чем мои голы. Но поверьте, на поле я гораздо опаснее, чем в ресторане с гугл-переводчиком.
Он развернулся, заметив подъехавшее черное такси.
– Завтра у меня тренировка на стадионе «Йойоги». Если хотите увидеть настоящий «Звездопад», приходите. И, Бачира… – он обернулся через плечо, – в следующий раз, когда захочешь кого-то ударить, убедись, что он не умеет делать финт Зидана на асфальте.
Он сел в машину и уехал, оставив девушек стоять посреди ночного Токио.
– Ну и ну, – выдохнула Чигири. – Мы только что облажались перед одним из одиннадцати лучших игроков мира.
– Зато он оплатил счет! – Бачира уже пришла в себя и весело подпрыгнула. – Эй, Исаги, ты видела, как он увернулся от моей подсечки? Он реально двигается как вода!
Исаги не ответила. Она смотрела вслед уехавшему такси, пытаясь осознать увиденное. Джабби Ленсон. Свобода, возведенная в абсолют. Его стиль не был хаосом, это была высшая форма порядка, которую невозможно просчитать.
– «Звездопад»… – прошептала она. – Нам нужно попасть на ту тренировку.
– Чтобы извиниться? – уточнила Кунигами.
– Чтобы понять, как его остановить, – глаза Исаги вспыхнули синим пламенем. – И, возможно, всё-таки узнать, какое на вкус это чертово мясо по-французски.
Девушки дружно рассмеялись, направляясь обратно в отель. Вечер, начавшийся с нелепого троллинга, закончился осознанием того, что мир футбола гораздо шире стен «Синей Тюрьмы», и в этом мире живут настоящие звезды, чьи брови так же безупречны, как и их дриблинг.