Боль и страдания
Осколки разбитого зеркала
Утро в заброшенном мотеле не принесло облегчения. Серый свет пробивался сквозь щели в плотных шторах, высвечивая танцующие в воздухе пылинки. Адриан лежал на краю кровати, скованный по рукам и ногам, его взгляд был устремлен в одну точку на облупившейся стене. Тело ныло, каждый вдох отдавался тупой болью в груди, где красовались багровые отметины, оставленные зубами Виктора.
Тишину нарушил резкий вскрик снаружи, а затем звук падения и тяжелые шаги. Дверь номера распахнулась, и Артур ввалился внутрь, волоча за собой за шиворот невысокую фигуру в розовых джинсах и серой кофте.
– Посмотрите-ка, кто у нас тут шпионил под окнами! – Артур с силой швырнул пленницу на пол в центре комнаты. – Маленькая мышка решила поиграть в детектива.
Адриан похолодел. Сердце, казалось, пропустило удар, а затем забилось с удвоенной силой, причиняя физическую боль. На полу, тяжело дыша и пытаясь поправить растрепанные иссиня-черные хвостики, сидела Маринетт. Ее глаза, расширенные от ужаса, метались по комнате, пока не остановились на Адриане.
– Адриан! – вскрикнула она, порываясь встать, но Виктор тут же перехватил ее, грубо заломив руку за спину.
– Сидеть, дрянь! – рявкнул он, рывком поднимая ее на ноги и прижимая спиной к своей груди. – Видишь своего принца? Он сегодня не в лучшей форме, чтобы тебя спасать.
– Маринетт... уходи... беги... – прохрипел Адриан, дергаясь в своих путах. Скотч с его рта был снят еще ночью, но голос почти пропал от криков и рыданий.
Виктор лишь громко рассмеялся, обдавая затылок Маринетт своим зловонным дыханием.
– О нет, она никуда не уйдет. Раз уж твоя подружка так хотела нас найти, мы покажем ей всё гостеприимство. И ты, золотой мальчик, будешь смотреть. Будешь смотреть на каждое наше движение, иначе я выколю тебе глаза.
Артур подошел к Адриану и, схватив его за волосы, заставил сесть, прислонив спиной к изголовью кровати так, чтобы ему был виден каждый сантиметр комнаты.
– Наслаждайся зрелищем, Агрест, – Артур повернулся к Маринетт, его взгляд стал масляным и хищным. – Мы накажем её тем же методом, что и тебя. Уверен, она такая же сладкая, как и ты.
Виктор начал действовать первым. Он удерживал Маринетт стоя, его мощные руки обхватили ее сзади, не давая пошевелиться. Свободной рукой он грубо вцепился в ворот её кофты и рванул вниз, обнажая шею и плечи.
– Отпустите её! Пожалуйста, возьмите меня снова, делайте что хотите, только не трогайте её! – Адриан забился на кровати, веревки до крови впивались в его запястья, но похитители лишь забавлялись его отчаянием.
– Заткнись и смотри, – Артур подошел к Маринетт спереди. Он начал медленно покрывать её шею и ключицы влажными, жадными поцелуями, намеренно кусая нежную кожу и оставляя яркие, уродливые засосы.
Маринетт плакала, её тело сотрясалось от ры