← Назад к обзору

Брак

Кровь, пепел и старые счеты

Утро в доме Сон Джинву началось с суеты, которая была совершенно нетипична для этого тихого места. Джинву, обычно собранный и невозмутимый, выглядел слегка растерянным, пытаясь усадить маленькую Асалию в детское кресло автомобиля. Девочка, почувствовав смену обстановки, капризничала и тянула ручки к отцу, который стоял на крыльце, скрестив руки на груди.

– Ты уверен, что справишься без меня? – Юки прищурился, глядя на то, как Джинву неловко поправляет ремешки безопасности. – Моя дочь — та еще искра, она может устроить тебе «веселую» поездку.

– Я сражался с легионами монархов, Юки, – отозвался Джинву, наконец защелкнув замок. – Думаю, я справлюсь с одной годовалой девочкой. К тому же, моя мать и сестра уже оборвали мне телефон. Джин-А требует объяснений, и если я не явлюсь с ребенком, она сама приедет сюда и разнесет этот дом по кирпичику.

Юки усмехнулся, его ярко-голубые глаза сверкнули.

– Ну, удачи тебе с женской половиной семьи Сон. Это испытание похлеще любого S-рангового подземелья. Я останусь здесь, нужно закончить с коробками. К вечеру я планирую превратить твою гостиную в нечто более пригодное для жизни.

Джинву кивнул, сел за руль и, бросив последний взгляд на татуированного охотника, вырулил со двора. Юки проводил машину взглядом, пока та не скрылась за деревьями. В воздухе еще витал запах магии Джинву — холодный, глубокий, успокаивающий. Но как только тишина полностью поглотила поместье, Юки почувствовал нечто иное.

Странное покалывание в затылке. Резонанс кольца на пальце стал тревожным, пульсируя тяжелым, багровым ритмом. Это не было чувство опасности со стороны Джинву. Это была угроза, направленная лично на него.

– Ну надо же, – прошептал Юки, медленно стягивая с плеч ветровку и оставаясь в одной черной майке, открывающей рельефные мышцы и хитросплетения татуировок. – И в Корее не дают спокойно заняться домашними делами.

Он вышел на середину подъездной дорожки. Воздух вокруг него начал вибрировать от жара. Черное пламя лениво лизнуло его пальцы, готовое сорваться в любой момент.

– Выходи, Аки. Я чувствую запах твоей зависти за километр. Она воняет хуже, чем гниль из врат.

Из-за густых деревьев, окаймляющих участок, медленно вышел человек. На нем был дорогой боевой костюм охотника, но его вид портило выражение лица — смесь ненависти и болезненного торжества. Асакура Аки. Охотник S-ранга из Японии, человек, который годами дышал Юки в спину, пытаясь доказать, что его красное пламя сильнее черного пламени Окумуры.

– Окумура Юки… – Аки выплюнул его имя как ругательство. – Я проделал долгий путь, чтобы увидеть это позорище. Сильнейший охотник нашей страны теперь подстилка корейского Монарха? Ты променял свою гордость на это кольцо и роль няньки?

Юки не ответил. Он медленно опустился в боевую стойку, его подошвы коснулись асфальта, и тот мгновенно начал плавиться, превращаясь в вязкую черную массу.

– Ты всегда слишком много болтал, Аки, – голос Юки был пугающе спокойным. – Именно поэтому ты всегда был вторым.

– Сегодня всё изменится! – взревел Аки, и вокруг него вспыхнуло яростное алое пламя. – Без поддержки своего «муженька» ты — просто татуированный мальчишка! Я убью тебя здесь, и Япония снова обретет истинного лидера!

Аки вскинул руки, и в Юки полетели гигантские столбы огня. Окумура не шелохнулся. Он лишь резко выдохнул, и вокруг дома взметнулся мощный барьер из иссиня-черного пламени. Столкновение двух стихий породило оглушительный взрыв. Ударная волна смела декоративные кусты и выбила пару стекол в пристройке, но основной дом остался невредим.

– Ты пришел в чужой дом и пытаешься его сжечь? – Юки сделал шаг вперед, проходя сквозь алое пламя противника, словно сквозь летний дождь. – Ты даже не представляешь, насколько ты жалок.

Бой начался всерьез. Аки атаковал с неистовством безумца, обрушивая на Юки град огненных мечей и взрывов. Юки же двигался с грацией хищника. Его движения были экономными и смертоносными. Он не просто блокировал удары — он поглощал энергию Аки, заставляя свое черное пламя разгораться еще сильнее.

– Это всё? – Юки внезапно оказался прямо перед лицом Аки. – Твой огонь… он даже не греет.

Окумура нанес удар. Кулак, окутанный черным пламенем, врезался в грудь Аки, пробивая его магический щит. Раздался хруст ребер. Аки отлетел на добрых тридцать метров, вспахивая собой землю.

– Не может быть… – Аки кашлял кровью, пытаясь подняться. – Откуда такая мощь? Ты стал сильнее… это проклятое кольцо!

– Это не кольцо, Аки. Это осознание того, что мне есть что защищать, – Юки медленно шел к нему, его глаза сияли первобытным голубым светом. – Ты всегда сражался за свое эго. А я сражаюсь за свою дочь. И за человека, который стал мне ближе, чем я мог представить.

Аки закричал от ярости и собрал всю оставшуюся ману для последнего удара. Огромный огненный дракон соткался из алого пламени и бросился на Юки. Окумура лишь вскинул правую руку. Теневое кольцо на пальце на мгновение вспыхнуло фиолетовым, резонируя с маной Джинву, оставшейся в этом месте.

Черное пламя Юки смешалось с частицами тени, создав нечто новое — черную бездну, которая просто проглотила дракона Аки, не оставив и следа.

– Моя очередь, – тихо произнес Юки.

Он не стал использовать магию. Он просто рванулся вперед, сокращая дистанцию за доли секунды. Серия сокрушительных ударов обрушилась на Аки. Японский охотник не успевал даже вскрикнуть. Финальный апперкот отправил его в воздух, а затем Юки перехватил его за шею и впечатал в остатки асфальта.

Аки лежал, тяжело дыша, его лицо было превращено в кровавое месиво. Он понял, что проиграл. Снова. И на этот раз разрыв в силе был просто космическим.

– Убирайся, – Юки отпустил его горло. – Если я еще раз увижу тебя в радиусе ста километров от этого дома или моей дочери, я не буду играть в благородство. Я просто сожгу твою душу.

Аки, пошатываясь, поднялся. В его глазах больше не было ярости, только животный страх. Он активировал камень телепортации и исчез в серой вспышке, оставив после себя лишь запах гари и пятна крови.

Юки стоял посреди разрушенной дорожки, тяжело дыша. Он посмотрел на свою правую руку — предплечье было сильно обожжено, кожа покраснела и пошла волдырями. Видимо, резонанс с тенью в момент решающего удара был слишком сильным для его физического тела.

– Черт… Джинву это не понравится, – проворчал он, морщась от боли.

***

Тем временем в квартире семьи Сон обстановка была не менее напряженной.

– Сон Джинву! – Джин-А стояла, уперев руки в бока, и сверлила брата взглядом. – Ты хочешь сказать, что ты теперь официально «замужем» за японским охотником? И у тебя есть годовалая дочь?! Почему я узнаю об этом из новостей и магических сводок?!

Мать Джинву сидела на диване, осторожно держа на руках Асалию. Девочка, на удивление, вела себя идеально, с любопытством разглядывая доброе лицо женщины и пытаясь поймать её за бусы.

– Джин-А, успокойся, – мягко сказала мама. – Посмотри на неё. Она же просто чудесная. И она так похожа на своего отца… того, о ком пишут в газетах.

– Она копия Юки, – подтвердил Джинву, присаживаясь за стол и чувствуя, как у него начинает болеть голова. – И это не было моим решением, Джин-А. Это магический контракт. Мы связаны.

– Связаны? – сестра прищурилась. – Ты говоришь об этом так, будто это проклятие. Но твои тени… они ведут себя странно. Игрис сегодня весь день выглядит так, будто он выиграл в лотерею.

Джинву не нашелся, что ответить. Он и сам чувствовал, как его внутренняя тьма стала спокойнее, уравновешеннее. Но в этот момент кольцо на его пальце обожгло кожу ледяным холодом, а затем — резкой, пульсирующей болью.

Джинву резко встал, опрокинув стул.

– Что случилось? – испуганно спросила мать.

– Юки… – Джинву прикрыл глаза, концентрируясь на связи.

Он почувствовал отголоски недавней битвы: жар черного пламени, вкус крови и резкую боль в правой руке. И еще — облегчение. Юки был жив, но он был ранен.

– Мне нужно идти, – бросил Джинву, уже направляясь к двери.

– Эй! А как же объяснения?! – крикнула вслед Джин-А.

– Позже! Мама, присмотри за Асалией, я заберу её вечером!

Джинву выскочил из подъезда и мгновенно активировал «Обмен тенями». Его тело рассыпалось черным дымом, чтобы через секунду материализоваться в гостиной своего загородного дома.

Запах гари ударил в нос сразу. Джинву выскочил на крыльцо и замер. Подъездная дорожка была уничтожена, повсюду виднелись следы мощных магических взрывов. В центре этого хаоса стоял Юки. Он пытался собрать разбросанные по двору обрывки упаковочной ленты.

– Что здесь произошло? – голос Джинву прозвучал как раскат грома.

Юки вздрогнул и обернулся. На его лице была всё та же легкая полуулыбка, но взгляд выдавал усталость.

– О, ты быстро. Как там семейный ужин? Сестра не съела тебя заживо?

Джинву не слушал его. Он быстро подошел к Юки и перехватил его правую руку. Увидев серьезный ожог и содранную кожу на костяшках, Монарх помрачнел. Его аура начала бесконтрольно расширяться, заставляя деревья вокруг гнуться к земле.

– Кто это сделал? – прошипел Джинву. – Кто посмел напасть на мой дом?

Юки мягко высвободил руку и коснулся плеча Джинву.

– Успокойся, Монарх. Это был старый «знакомый» из Японии. Асакура Аки. Он решил, что я стал слабым из-за тебя. Я разубедил его в этом.

– Он ранил тебя, – Джинву всё еще кипел от ярости. – Я найду его и…

– И ничего ты не сделаешь, – перебил его Юки, заглядывая в глаза. – Я сам с ним разобрался. Это была моя битва. К тому же, благодаря нашей связи, рана уже заживает. Видишь?

Действительно, благодаря пассивному навыку бессмертия и регенерации Джинву, ожог на руке Юки прямо на глазах затягивался новой розовой кожей. Боль уходила, сменяясь легким зудом.

– Пойдем в дом, – Юки потянул его за собой. – Я как раз собирался готовить ужин. Твоя кухня — единственное место, которое не пострадало.

***

Вечер опустился на поместье, скрывая следы недавнего сражения. В доме было тепло и уютно. Из колонок негромко лился блюз — Юки любил качественную музыку, которая помогала ему расслабиться.

Окумура, переодевшийся в свободные домашние штаны, стоял у плиты. Его правая рука всё еще была обмотана чистым бинтом — скорее по привычке, чем по необходимости. Он ловко нарезал овощи, помешивая что-то ароматное в большой сковороде.

Джинву сидел за барной стойкой, наблюдая за ним. Напряжение последних часов постепенно уходило.

– Ты хорошо готовишь, – заметил Джинву, глядя на то, как уверенно Юки управляется с ножом.

– Жизнь научила, – отозвался Юки, не оборачиваясь. – Когда у тебя на руках младенец, а матери нет, ты либо учишься делать всё сам, либо тонешь. Я предпочитаю первое.

Он выключил плиту и разложил еду по тарелкам. Поставив одну перед Джинву, он сел напротив.

– Твоя мама… она приняла Асалию? – спросил Юки, и в его голосе впервые проскользнула тень неуверенности.

– Она в восторге, – улыбнулся Джинву. – А вот Джин-А… она требует официального знакомства. И, боюсь, тебе придется выдержать допрос с пристрастием. Она считает, что я слишком быстро «остепенился».

Юки рассмеялся, и этот звук заставил Джинву почувствовать странное тепло в груди.

– Ну, допросы я люблю. Особенно когда мне есть что скрывать.

Они ели в тишине, но эта тишина не была неловкой. Через Теневое кольцо они чувствовали состояние друг друга. Джинву ощущал спокойствие и легкую самоиронию Юки, а Юки — растущую привязанность и защитный инстинкт Джинву.

– Знаешь, – сказал Юки, допивая свой чай. – Аки сказал одну вещь. Он назвал меня твоим напарником. И, честно говоря, это первое, что он сказал правильно за все годы нашего знакомства.

Джинву посмотрел на свою руку, где кольцо мягко светилось в полумраке кухни.

– Мы больше, чем напарники, Юки. Система связала нас не просто так. Твое пламя и мои тени… они как будто нашли недостающие части.

Юки встал, подошел к Джинву и оперся руками о барную стойку, наклоняясь к самому его лицу. Запах специй, табака и легкий аромат черного пламени окутали Монарха.

– Значит, вечность на двоих, да? – прошептал Юки, его голубые глаза были совсем близко.

– Похоже на то, – ответил Джинву, накрывая ладонью его забинтованную руку.

В этот момент они оба знали: какие бы враги не пришли из врат, какие бы интриги не плели ассоциации, здесь, в этом доме, зародилось нечто более могущественное, чем любая магия S-ранга. И это только начало.