← Назад к обзору

Брат

Возвращение блудного пламени

Дом Пак Кён Хе всегда пах свежей выпечкой, имбирным чаем и тем особым уютом, который невозможно воссоздать в роскошных пентхаусах Шанхая или стерильных залах ассоциаций охотников. Но сегодня воздух в гостиной был буквально наэлектризован ожиданием.

Юки вышел из машины последним. Он намеренно задержался, проверяя, плотно ли пристегнут Кенджи в своей переноске. Младенец, вопреки опасениям, перенес полет на удивление спокойно, лишь изредка посапывая и пуская пузыри. Маг черного огня, чье имя заставляло дрожать монстров S-ранга, сейчас выглядел почти растерянным. Он поправил куртку, которая все так же небрежно спадала с его плеч, обнажая татуированный торс, и глубоко вздохнул.

– Ну что, готов к главному боссу в своей жизни? – тихо шепнул он сыну, потирая пальцем переносицу.

– Юки, ты собираешься заходить или планируешь пустить корни на газоне? – Джинву стоял у порога, придерживая дверь. В его глазах плясали смешинки. Видеть младшего брата, этого самоуверенного сорвиголову, в таком смятении было для него истинным удовольствием.

– Иду я, иду, – проворчал Юки, принимая свой обычный дерзкий вид.

Как только он переступил порог, на него обрушился вихрь эмоций. Пак Кён Хе, казалось, помолодела на несколько лет от волнения. Она не дала сыну сделать и двух шагов, как тут же заключила его в крепкие объятия.

– Мам, осторожно, ты его раздавишь, – выдохнул Юки, хотя сам прижался к ней в ответ, чувствуя, как привычное напряжение в плечах наконец исчезает.

– Ох, Юки... – Мать отстранилась, и её глаза мгновенно наполнились слезами, когда она посмотрела на сверток у него на груди. – Мой младший... Неужели это правда?

– Правда, мам. Познакомься, это Кенджи. Твой второй внук, – Юки осторожно расстегнул крепления и передал малыша на руки бабушке.

В гостиной воцарилась тишина, прерываемая лишь тихим тиканьем часов. Весь клан Сон собрался здесь. Джин А, младшая сестра, вместе со своим мужем (который, кажется, всё еще побаивался своих шуринов-переростков) стояли чуть поодаль. Джин А, завидев племянника, всплеснула руками.

– Он же вылитый ты! – воскликнула она, подходя ближе. – Юки, я до последнего думала, что ты нас разыгрываешь. Зная твое чувство юмора, я ожидала увидеть здесь щенка или, в крайнем случае, маленького теневого солдата Джинву в детском чепчике.

– Очень смешно, – Юки усмехнулся, проходя вглубь комнаты и плюхаясь в кресло. – Если бы я хотел пошутить, я бы привез вам дракона. С детьми всё гораздо сложнее.

– Он прекрасен, – прошептала Пак Кён Хе, баюкая младенца. Малыш открыл глаза — ярко-голубые, точно такие же, как у отца, — и на мгновение в комнате стало чуть теплее. Это не был жар обычного огня; это была пульсация силы, которая передалась Кенджи по наследству.

– Ого, – Сухо наклонился над бабушкой. – Вы видели? Его глаза... Дядя Юки, он тоже маг?

– Похоже на то, – Юки откинул голову на спинку кресла, закрывая глаза. – В Шанхае замеры показали аномальный всплеск. Он еще не умеет управлять силой, но его мана уже откликается на эмоции. Так что, Джин А, если он начнет плакать, советую убрать подальше легковоспламеняющиеся предметы.

– Ты как всегда в своем репертуаре, – Джин А подошла к брату и несильно ударила его по плечу. – Прилетел, напугал всех черным пламенем и сидит довольный. Рассказывай давай, как ты вообще умудрился стать отцом и почему мы узнаем об этом последними?

Юки открыл один глаз, глядя на сестру. Его взгляд на мгновение стал серьезным.

– Я и сам узнал последним, Джин А. Мать Кенджи... она была из тех женщин, которые не просят помощи. Мы виделись всего раз. Она умерла, так и не сказав мне о нем. Если бы не юристы и тест ДНК, он бы оказался в приюте.

В комнате снова стало тихо, но теперь это была тишина сочувствия. Джинву, стоявший у окна, скрестив руки на груди, понимающе кивнул. Он знал, что такое ответственность, свалившаяся на плечи внезапно.

– Ты поступил правильно, что привез его сюда, – мягко сказала Ча Хэ Ин, ставя на стол поднос с чаем. – В этом доме он будет в безопасности. И ты тоже.

– Безопасность — это хорошо, – Юки снова принял расслабленную позу, на губах заиграла привычная ухмылка. – Но я надеюсь, вы не заставите меня сидеть дома и вязать пинетки? У меня в гараже в Инчхоне завтра разгружают новый «Астон Мартин», и я планировал обкатать его на трассе.

– Сначала ты поешь, – строго сказала мать, передавая спящего Кенджи на руки Хэ Ин. – И не смей говорить о гонках, пока не доешь мой суп. Ты посмотри на себя, одни мышцы и татуировки, совсем о здоровье не думаешь!

– Мам, я охотник S-ранга, я могу пережить прямое попадание артиллерийского снаряда, – рассмеялся Юки, но послушно встал и направился к столу.

Ужин прошел в шумной, почти забытой атмосфере семейного хаоса. Сухо засыпал дядю вопросами о подземельях Китая, Джин А спорила с мужем о том, в какую школу лучше отдать Кенджи (хотя тому было всего восемь дней), а Кён Хе постоянно подкладывала Юки лучшие куски мяса.

– Знаешь, – Джинву подсел к брату, когда остальные переместились на веранду. – Я рад.

– Чему именно? – Юки пригубил чай, его голубые глаза в полумраке кухни светились мягким светом.

– Тому, что ты наконец заземлился. Ты всегда был как твой огонь — яркий, быстрый, но слишком... неприкаянный. Тебе нужно было что-то, ради чего стоит не просто сражаться, а возвращаться домой.

Юки промолчал, глядя на свои руки. На его предплечье, среди черных узоров татуировок, теперь виднелась маленькая царапина — Кенджи случайно задел его ноготком в аэропорту. Для любого другого это было бы пустяком, но Юки не стал залечивать её магией.

– Я не знаю, какой из меня отец, Джинву, – честно признался он. – Я привык к скорости, к риску. Я привык, что всё, чего я касаюсь, превращается в пепел. А он... он такой хрупкий.

– Он Сон, – Джинву положил руку на плечо брата. – Он не сломается. А если будет трудно — у тебя есть мы. И мои тени, если нужно будет посидеть с ним в няньках. Игрис, кстати, отлично справляется с детьми, Сухо его до сих пор вспоминает.

Юки представил великого рыцаря в доспехах, качающего колыбель, и не выдержал — расхохотался в голос.

– Ну уж нет, я справлюсь сам. Кенджи заслуживает нормального детства, а не тренировок с легионом нежити с пеленок.

– Посмотрим, – улыбнулся Джинву. – Его магический фон уже сейчас нестабилен. Тебе придется учить его контролю раньше, чем он начнет ходить. Твой черный огонь — опасный дар.

– Я научу его всему, что знаю сам, – голос Юки стал твердым. – Он будет сильнее меня. И, надеюсь, умнее.

Позже, когда дом погрузился в сон, Юки стоял в отведенной ему комнате в гостевом крыле. Он не стал надевать футболку, оставшись в одних спортивных брюках. Капли воды после душа блестели на его коже, отражая свет ночника. Он подошел к детской кроватке, которую Джин А и Хэ Ин успели подготовить с невероятной скоростью.

Кенджи спал, раскинув крошечные ручки. Юки осторожно коснулся кулона на своей шее — простого куска металла, который когда-то принадлежал их отцу.

– Мы дома, мелкий, – прошептал он.

В этот момент пространство вокруг кроватки слегка дрогнуло. Тонкие струйки черного дыма, похожие на живые тени, начали виться вокруг пальцев младенца. Это была магия в чистом виде — первородная, необузданная. Юки мгновенно среагировал, накрыв ручку сына своей ладонью. Его собственное черное пламя вспыхнуло на мгновение, поглощая выброс маны ребенка, успокаивая его.

– Тише... еще рано, – Юки почувствовал, как сила сына пульсирует в ответ на его собственную.

Это было странное ощущение. Всю жизнь он использовал свою магию как оружие. Как инструмент разрушения. Но сейчас, подавляя всплеск маны Кенджи, он впервые почувствовал, что его пламя может созидать — защищать, оберегать, дарить тепло, а не только пепел.

Он присел на край кровати, глядя в окно на ночной Сеул. Где-то там, за пределами этого уютного дома, всё еще открывались врата, монстры рвались в мир людей, а охотники вели вечную войну. Но здесь, в этой комнате, время словно замедлилось.

Юки вытащил телефон и пролистал фотографии в галерее. Дорогие машины, вечеринки в Шанхае, трофеи из сложнейших рейдов... Всё это вдруг показалось таким далеким и неважным. Он нажал кнопку «удалить» на нескольких снимках с последних светских раутов.

Завтра начнется новая жизнь. Ему придется объясняться с Ассоциацией, почему он внезапно вернулся в Корею. Придется отбиваться от репортеров, которые наверняка пронюхают о «тайном наследнике» семьи Сон. Придется учиться готовить детские смеси с той же точностью, с какой он рассчитывал траекторию огненного шара.

Но глядя на то, как Кенджи во сне схватил его за палец, Юки понял, что это будет самый интересный рейд в его жизни.

– Знаешь, – сказал он в пустоту комнаты, – мама права. Я слишком долго бегал от этого.

Он поднялся, накинул на плечи куртку и вышел на балкон. Ночной воздух Сеула был прохладным, но Юки не чувствовал холода. Его внутреннее пламя горело ровно и спокойно. Он достал сигарету, повертел её в пальцах и... убрал обратно в пачку.

– Надо бросать, – усмехнулся он сам себе. – Охотники S-ранга не должны подавать плохой пример подрастающему поколению.

В небе над городом медленно занимался рассвет, окрашивая горизонт в нежно-розовые тона. Семья Сон стала больше, и мир еще не знал, на что будет способен союз двух величайших магов — того, кто повелевает тенями, и того, чье сердце наполнено черным пламенем, которое теперь горело ради жизни, а не ради смерти.

Юки Сон вернулся домой. И на этот раз он собирался остаться.