Брат
Истинное лицо тени
Слова Юки эхом отдавались в моей голове, как удары тяжелого молота. «Манекены в витрине». «Подкаблучник». Каждое слово впивалось под кожу, вскрывая старые нарывы, которые я так старательно прикрывал мантией Теневого Монарха. Я чувствовал на себе взгляд Хэ Ин — требовательный, капризный, полный ожидания того, что я сейчас же брошусь защищать её «честь». Но внутри меня что-то окончательно надломилось.
Я не стал отвечать ей. Просто развернулся и вышел из зала, чувствуя, как тень за моей спиной неистово пульсирует. Я чувствовал след Юки. Его аура, колючая и холодная, вела меня прочь из стерильного здания Ассоциации, прочь от камер и фальшивых улыбок.
Я нагнал его уже в паре кварталов отсюда. Юки свернул в узкий, грязный переулок между высотками, где не было лишних глаз. Он шел не оборачиваясь, но я знал, что он чувствует моё приближение.
Одним рывком я сократил дистанцию. Мои пальцы вцепились в его черную футболку, и я с силой прижал его к бетонной стене. От удара по переулку разнесся глухой звук. Юки даже не вздрогнул. Он лишь поднял на меня свои небесно-голубые глаза, в которых сейчас плескалось ледяное безразличие.
– Что, пришел отчитать за свою святую жену? – Его голос был настолько холодным, что, казалось, мог заморозить сам воздух. – Хочешь напомнить мне о семейных ценностях и о том, как я порчу твой драгоценный имидж? Давай, Джинву. Ударь меня. Покажи, какой ты верный пес своей королевы.
Я тяжело дышал. Ярость, обида, горечь и что-то еще, чему я не мог дать названия годами, смешались в один удушливый ком. Мои кулаки сжимали ткань его футболки так сильно, что костяшки побелели. Я смотрел в его лицо — такое знакомое, такое красивое и такое... свободное.
– Нет, – выдохнул я, утыкаясь лбом в его грудь. – Нет, Юки...
Моя хватка ослабла, но я не отпустил его. Я просто стоял так, чувствуя мерный ритм его сердца. Он был живым. В отличие от меня, застывшего в вечном холоде своего трона и обязательств.
– Джин-Джин, – Юки произнес мое старое домашнее прозвище, и в его голосе впервые прорезалась тень прежней теплоты, смешанной с глубоким разочарованием. – Когда ты стал таким? Ты ведь был нормальным мужиком. Сильным, независимым. А потом... стоило появиться Хэ Ин, и всё пошло по колено.
Я молчал, не в силах поднять головы.
– Она что, приворожила тебя? – Юки усмехнулся, но это была печальная усмешка. – Вначале она казалась нормальной, но ты же сам видел, как она менялась. Она вьет из тебя веревки, Джинву. Она превратила тебя в удобный аксессуар для своих выходов в свет. А Сухо? Ты посмотри на пацана. Она делает из него послушную марионетку, лишает его воли, заставляя соответствовать «статусу». Тебе надо было бить тревогу еще тогда, когда она впервые начала диктовать, что нам говорить и как стоять. Но нет... Имидж. Семья. Величие.
Он приподнял мой подбородок, заставляя посмотреть ему в глаза.
– Посмотри, в кого ты превратился, брат. Ты тень самого себя. Ты Монарх Теней, но ты боишься расстроить женщину, которая любит не тебя, а твою силу и то положение, которое она ей дает.
– Замолчи... – прошептал я.
– Почему? Правда глаза колет? – Юки не отступал. – Ты продал свою свободу за иллюзию идеального дома. Тебе самому-то не тошно?
Я не выдержал. Все те чувства, которые я подавлял десятилетиями, вырвались наружу. Я не нашел слов для ответа, потому что слов больше не осталось. Я просто подался вперед и заткнул его поцелуем, вкладывая в него всю свою невысказанную боль, всё свое отчаяние.
Юки опешил. На мгновение он замер, словно превратившись в каменное изваяние. Его руки, висевшие вдоль тела, судорожно дернулись и крепко сжали мои плечи. Я чувствовал, как его пальцы впиваются в мою кожу.
Я не умел быть нежным. Поцелуй был резким, почти агрессивным. Я прижал его к стене еще сильнее, словно пытаясь слиться с ним, исчезнуть в нем. Я укусил его за губу, чувствуя металлический вкус крови, и углубил поцелуй, забыв о том, кто я, где мы и что нас ждет.
Через несколько минут я оторвался от него. Мы оба тяжело дышали, воздух между нами буквально искрил от избытка магии. На губах Юки алела капля крови, а его небесные глаза потемнели, став похожими на предгрозовое небо.
– Какого черта, Джинву? – Его голос дрожал, в нем больше не было льда, только ошеломление.
– Я люблю тебя, – сорвалось с моих губ прежде, чем я успел осознать это. – Черт возьми, Юки, не как брата. Никогда не любил как брата.
Я почувствовал, как по щекам потекло что-то горячее. Я, Теневой Монарх, перед которым трепетали миры, сейчас просто разрыдался, как мальчишка.
– Ты всегда был рядом, – продолжал я, захлебываясь словами. – Ты был единственным настоящим. А я... я выбрал её, потому что думал, что так правильно. Что так нужно для мира, для имиджа, для спокойствия. Я думал, что смогу задушить это в себе. Но я больше не могу. Я ненавижу этот дом, я ненавижу эти собрания, я ненавижу то, кем я стал рядом с ней.
Юки молчал долго. Я ждал, что он оттолкнет меня, рассмеется в лицо или просто уйдет, оставив меня в этой грязи. Но вместо этого я почувствовал, как его сильные руки обхватили меня, прижимая к себе.
Он притянул меня к своей груди, и я уткнулся носом в его плечо, вдыхая запах его кожи — запах озона и ночного леса. Юки начал медленно, успокаивающе гладить меня по спине, как когда-то в детстве, когда мир еще не принадлежал нам.
– Дурак ты, Джин-Джин, – тихо проговорил он мне в макушку. – Какой же ты дурак. Столько лет потерять на эту фальшивку...
– Она не даст мне уйти, – пробормотал я, не поднимая головы. – Она устроит скандал. Ассоциация, пресса... Сухо пострадает.
– Плевать на Ассоциацию, – отрезал Юки. – И на прессу тоже. А Сухо... пацан умнее, чем ты думаешь. Он видит всё. И он будет только рад, если ты наконец-то перестанешь притворяться трупом в дорогом костюме.
Я отстранился и посмотрел на него. Юки вытирал большим пальцем кровь со своей губы, и в его взгляде теперь было что-то новое. Решимость.
– Ты не вернешься туда сегодня, – сказал он тоном, не терпящим возражений. – Пусть Хэ Ин поет свои песенки об имидже пустым стенам. Ты пойдешь со мной.
– Куда? – спросил я, чувствуя, как тяжесть на сердце начинает понемногу таять.
– Туда, где нет камер, – он усмехнулся своей дерзкой, обворожительной улыбкой. – Туда, где тени не подчиняются протоколу.
Я посмотрел на свои руки. На них больше не было печатки главы семьи или символов власти Ассоциации. Только мои собственные тени, которые радостно шевелились у ног, чувствуя свободу своего хозяина.
– Хорошо, – сказал я, и впервые за много лет это слово не было ложью.
Мы вышли из переулка вместе. Я знал, что завтра мир содрогнется. Знал, что Хэ Ин будет в ярости, а газеты взорвутся заголовками об исчезновении Теневого Монарха. Но глядя на идущего рядом Юки, на его татуировки и взъерошенные волосы, я понимал: это самая малая цена за возможность снова дышать.
Я больше не был манекеном. Я был Сон Джинву. И рядом со мной был единственный человек, который любил меня за это, а не вопреки.