← Назад к обзору

Брат

Искупление в объятиях ночи

Юки стоял неподвижно, глядя на то, как я — великий Теневой Монарх, человек, победивший правителей и национальных героев, — буквально рассыпаюсь на части перед ним. Мои плечи мелко дрожали, а слезы, которые я не проливал с тех самых пор, как стал игроком Системы, теперь обжигали кожу. Я чувствовал себя обнаженным, лишенным всей своей брони, и это было пугающе.

Юки не оттолкнул меня. В его взгляде не было того отвращения, которого я так боялся. Напротив, в небесно-голубых глазах отразилась глубокая, почти болезненная нежность. Он медленно протянул руку и стер слезу с моей щеки своим длинным пальцем. Его фарфоровая кожа казалась неестественно белой в свете уличных фонарей.

– Пошли, Джин-Джин, – тихо произнес он, переплетая свои пальцы с моими. – Здесь нам больше делать нечего.

Он повел меня за собой, и я шел, не разбирая дороги. Моя сила, мои тени — всё это ушло на задний план. Сейчас существовал только этот контакт: тепло его ладони и уверенный шаг впереди. Мы миновали несколько кварталов, пока не оказались перед современным жилым комплексом с панорамными окнами. Юки жил здесь один, вдали от семейного особняка Сон, который он называл «склепом для живых мертвецов».

Квартира встретила нас тишиной и запахом дорогого парфюма и сандала. Здесь всё было пропитано его энергетикой — свободной, дерзкой и в то же время удивительно уютной. Юки бросил ключи на тумбочку и обернулся ко мне. Я замер посреди гостиной, чувствуя себя чужаком в своем собственном теле. Черный костюм, который Хэ Ин выбирала для меня три часа, теперь казался удушающей удавкой.

– Сними это, – скомандовал Юки, кивнув на мой пиджак. – Ты выглядишь так, будто тебя сейчас вырвет от собственного отражения.

Он ушел в спальню и вернулся через минуту, неся в руках стопку мягкой одежды.

– Вот, держи. Это мои вещи, они должны подойти, учитывая, что мы почти одного роста. Иди прими душ, смой с себя этот день. А я пока приготовлю что-нибудь поесть.

Я взял одежду — простую серую толстовку и свободные штаны. Когда я проходил мимо него в ванную, Юки внезапно перехватил мой взгляд.

– Джинву, – позвал он тише. – Просто расслабься. Хэ Ин здесь нет. Никаких камер. Никаких обязательств. Только ты и я.

Я кивнул, не доверяя своему голосу. В душе я стоял под обжигающими струями воды до тех пор, пока кожа не покраснела. Я пытался смыть не только грязь города, но и ощущение фальши, которое пропитало меня за годы брака. Выйдя из душа и переодевшись в одежду брата, я почувствовал странное облегчение. Вещи пахли им — свежестью и какой-то неуловимой магией теней, которая была родственной моей, но куда более дикой.

На кухне Юки уже что-то резал. На столе лежал мой телефон, который я машинально выложил из кармана пиджака. Экран то и дело вспыхивал: «32 пропущенных вызова от Ча Хэ Ин», «15 сообщений от секретаря Ассоциации».

Юки подошел, взял мой телефон и, даже не глядя на экран, зажал кнопку выключения.

– Сегодня мир подождет, – сказал он, откладывая погасший гаджет в сторону. – Садись. Рамен почти готов.

Мы ели в тишине. Это не была та тяжелая, напряженная тишина, что царила за нашим семейным столом, где каждый звук вилки о тарелку казался нарушением этикета. Это было спокойствие двух хищников, нашедших убежище в одной пещере. Я смотрел на Юки — на то, как его черные взъерошенные волосы падают на лоб, как татуировка на шее двигается, когда он глотает. Он был невероятно красив, и эта красота была живой, не кукольной.

– Ты теперь меня ненавидишь, да? – спросил я, наконец, отодвигая пустую тарелку. Мой голос прозвучал глухо, почти жалко.

Юки замер с кружкой кофе в руках. Он медленно поднял глаза, и в них не было и тени осуждения.

– Нет, Джин. Ты мой брат. И ты — самый сильный человек, которого я знаю. То, что ты сейчас сказал... это было неожиданно, чертовски неожиданно. Но ненависть? Это последнее, что я к тебе чувствую.

Он встал, подошел ко мне и положил руку на затылок, слегка сжав волосы.

– Пойдем спать. Ты вымотан до предела.

Мы прошли в спальню. Огромная кровать с темным бельем казалась единственным безопасным местом во всей вселенной. Я лег, чувствуя, как усталость наваливается на меня свинцовым грузом. Юки лег рядом, не отстраняясь. В темноте его глаза казались светящимися точками.

Я не выдержал и придвинулся ближе, ища его тепла. Юки вздохнул и обхватил меня руками, прижимая к своей широкой груди. Его атлетическое тело было горячим, а сердце билось ровно и уверенно.

– Юки, я... – начал было я, желая еще раз извиниться или что-то объяснить.

Но он не дал мне закончить. Юки приподнялся на локте и накрыл мои губы своими. На этот раз это не был мой отчаянный, болезненный порыв. Это был его поцелуй — властный, но удивительно мягкий. Он словно запечатывал мои страхи, запрещая мне думать о завтрашнем дне. Его губы были на вкус как кофе и свобода.

– Спи, – прошептал он, оторвавшись от моих губ всего на миллиметр. – Просто спи, Джин. Завтра мы со всем разберемся. Я не дам ей больше тебя мучить. Отдыхай.

Я закрыл глаза, чувствуя, как его теневые щупальца — тонкие, почти прозрачные в этой темноте — нежно обвивают мою талию и запястья, создавая кокон безопасности. Впервые за многие годы я засыпал не как Теневой Монарх, а как человек, который наконец-то вернулся домой. И пусть завтра весь мир перевернется, пусть Хэ Ин кричит о статусе, а Ассоциация требует отчетов — сейчас, в кольце рук Юки, я был по-настоящему свободен.