← Назад к обзору

Черная молния

Кровь на золотом шелке

Ча Хэ Ин всегда считала, что знает своего мужа лучше, чем кто-либо другой. Сон Джинву был для нее не просто величайшим героем человечества или Теневым Монархом — он был ее опорой, тихой гаванью в мире, который то и дело содрогался от магии и монстров. Но последние несколько месяцев в их идеальном доме что-то надломилось.

Джинву стал другим. Он часто замирал у окна, глядя в пустоту таким взглядом, будто видел там нечто, недоступное взору простых смертных. Он стал рассеянным, подолгу просиживал в кабинете, а его тени, обычно спокойные и преданные, теперь то и дело беспорядочно мелькали по углам особняка, словно выполняя тайные и крайне нервные поручения.

– С ним что-то происходит, – делилась она своими опасениями с подругами, сидя в роскошном кафе при здании Ассоциации охотников.

Ее собеседницы — высокоранговые охотницы и влиятельные женщины Сеула — сочувственно кивали. Ча Хэ Ин была иконой, «Золотой девочкой» Кореи, и любые тени на ее семейном благополучии воспринимались как национальная трагедия.

– Может быть, новые Врата? Или предчувствие беды? – предположила одна из подруг, потягивая латте.

– Нет, это что-то личное, – Хэ Ин задумчиво помешивала ложечкой свой чай. – Он смотрит на Сухо с какой-то странной смесью гордости и... вины. Я не могу понять, в чем дело.

В этот момент автоматические двери Ассоциации с шумом распахнулись. В холл вошел молодой человек, и разговоры в зале мгновенно стихли.

Он был неестественно красив той дерзкой, хищной красотой, которая заставляет людей невольно задерживать дыхание. Высокий, около ста девяноста сантиметров, с растрепанными черными волосами и выбритыми висками, он выглядел как рок-звезда или модель с обложки журнала. На нем была облегающая черная футболка с золотым драконом и футуристичные карго-брюки с цепями, которые негромко звенели при каждом шаге.

Но больше всего поражала его аура. Она не была золотистой, как у Хэ Ин, или фиолетово-черной, как у Джинву. Вокруг него вибрировало нечто острое, колючее, пропитанное запахом озона и иссиня-черными искрами молний.

Парень шел целенаправленно, игнорируя шепот за спиной. Его небесно-голубые глаза сканировали помещение, пока не остановились на столике Хэ Ин.

– Госпожа Ча, – произнес он, остановившись в паре шагов.

Его голос был низким, холодным и вибрировал от едва сдерживаемого раздражения. Подруги Хэ Ин замерли, глядя на незнакомца во все глаза.

– Мы знакомы? – Хэ Ин выпрямила спину, инстинктивно чувствуя исходящую от юноши угрозу.

– К счастью для меня — нет, – Алекс Окумура (а это был именно он) скривил губы в горькой усмешке. – Но я пришел попросить об услуге. Будьте так любезны, посадите своего мужа на цепь. Он и его проклятые тени мне уже до смерти надоели.

В кафе воцарилась гробовая тишина. Никто и никогда не смел говорить о Теневом Монархе в таком тоне.

– О чем вы говорите? – Хэ Ин поднялась, ее лицо побледнело. – Какое право вы имеете так отзываться о Сон Джинву?

– Какое право? – Алекс сделал шаг вперед, и воздух вокруг него затрещал. – Я имею право крови, госпожа Ча. Хотя, поверьте, я бы с радостью выкачал ее из своих жил до последней капли, лишь бы не иметь с этим человеком ничего общего.

Он посмотрел на нее в упор, и Хэ Ин вдруг увидела в разрезе его глаз, в развороте плеч и в этой непоколебимой гордости пугающее сходство со своим мужем.

– Я — сын вашего идеального супруга, – бросил Алекс, и эти слова ударили по залу, как гром среди ясного неба. – Сын той женщины, которую он бросил ради вас. Пока вы наслаждались своей «золотой» жизнью, моя мать умирала в муках при родах в дешевой клинике. Пока вы строили свое идеальное семейное счастье, я рос в приюте, не зная, почему молнии в моих руках жгут мне кожу.

Хэ Ин покачнулась, ее рука судорожно вцепилась в край стола. Подруги в ужасе прикрыли рты ладонями.

– Это... это невозможно, – прошептала она. – Джинву бы никогда...

– О, ваш Джинву — великий мастер создавать иллюзии, – Алекс перебил ее, и в его глазах вспыхнула ярость. – Он переписал этот мир под себя. Сделал его чистеньким, удобным, героическим. Но он забыл, что правда всегда находит лазейку. Моя мать любила его еще тогда, когда он был никем. А когда он стал богом, она стала для него неудобным напоминанием о человеческой слабости.

Алекс оглядел присутствующих женщин, и его взгляд был полон такого презрения, что они невольно отпрянули.

– Ваша семья... – он буквально выплюнул это слово. – Тьфу! Она построена на костях и крови. Вы живете в особняке, фундамент которого — предательство той, кто не была «золотой девочкой» или великим охотником. Она была просто человеком. А Сон Джинву — монстр. Красивый, могущественный, обожаемый миром монстр.

– Замолчите! – выкрикнула Хэ Ин, чувствуя, как слезы застилают глаза. – Вы не имеете права!

– Я имею право ненавидеть, – отрезал Алекс. – И я пришел сюда только для того, чтобы вы передали своему «герою»: пусть уберет своих ищеек. Я поступил в университет, я хочу жить своей жизнью, и мне не нужны его подачки или его запоздалое раскаяние. Если его тени еще раз появятся в моем поле зрения, я начну блокировать каналы маны каждому охотнику, который носит фамилию Сон. Начиная с вашего драгоценного Сухо.

Алекс развернулся, и его длинная накидка взметнулась, словно крыло ворона.

– Передайте ему, чтобы держался от меня подальше, – бросил он через плечо. – Или я уничтожу всё, что ему дорого. Так же, как он уничтожил жизнь моей матери.

Он вышел из здания Ассоциации, чеканя шаг. Гравий под его ботинками искрил от ярости, которую он больше не мог сдерживать.

В кафе повисла тяжелая, удушающая тишина. Хэ Ин стояла, не в силах пошевелиться. Она чувствовала на себе десятки взглядов. Взглядов, полных шока, любопытства и — что было больнее всего — осуждения.

Ее подруги, те самые, что минуту назад восхищались ее семьей, теперь смотрели на нее совсем иначе.

– Хэ Ин... – тихо произнесла одна из них, и в ее голосе не было сочувствия, только холодное любопытство. – Ты как? Ты... ты знала об этом? Как ты могла это скрывать?

– Я не знала, – голос Хэ Ин дрожал. – Я клянусь, я ничего не знала.

– Сын, родившийся, когда вы только поженились... – прошептала другая, быстро прикидывая даты в уме. – Боже, Хэ Ин, неужели всё это время мы верили в сказку, написанную на чужом горе?

Хэ Ин не выдержала. Она подхватила сумочку и почти бегом бросилась к выходу. Ей казалось, что стены Ассоциации сжимаются, пытаясь раздавить ее. Весь ее мир, такой прочный и светлый, только что превратился в пепел от слов одного растрепанного мальчишки с глазами ее мужа.

Она выскочила на парковку, судорожно вдыхая прохладный воздух. Ее трясло. В голове крутились слова парня: «Сын той, которую он бросил ради вас».

В этот момент пространство перед ней дрогнуло, и из тени вышел Джинву. Он выглядел встревоженным, его взгляд метался по парковке, пока не остановился на жене.

– Хэ Ин! Что случилось? Я почувствовал всплеск твоей маны...

Она посмотрела на него так, будто видела впервые. На этого безупречного мужчину, на этого бога, который всегда был рядом.

– Это правда? – спросила она, и ее голос был едва слышен из-за шума крови в ушах.

Джинву замер. Его лицо в мгновение ока превратилось в непроницаемую маску, но в глубине его глаз Хэ Ин увидела то, чего боялась больше всего — признание.

– Хэ Ин, позволь мне объяснить...

– Его зовут Алекс, – Хэ Ин сделала шаг назад, когда он попытался подойти. – У него твои глаза, Джинву. И он ненавидит тебя так сильно, что воздух вокруг него горит. Он сказал... он сказал, что его мать умирала, пока мы праздновали нашу свадьбу.

Джинву опустил голову. Тишина, воцарившаяся между ними, была страшнее любого крика.

– Я не знал о его рождении, – тихо произнес он. – Я узнал о нем только недавно. Когда я изменил время, я думал, что даю ей шанс на спокойную жизнь без меня. Я не знал, что судьба свяжет нас снова.

– Ты не знал? – Хэ Ин горько рассмеялась, вытирая слезы. – Ты — Теневой Монарх! Ты видишь всё, что происходит в этом мире! Ты просто не хотел знать, Джинву. Ты хотел свою идеальную «золотую девочку» и своего идеального наследника. А тот мальчик... он вырос в приюте. Он называет тебя монстром. И знаешь что? Глядя на его боль, я впервые в жизни с ним согласна.

Она оттолкнула его руку и села в машину.

– Не возвращайся сегодня домой, – бросила она, прежде чем захлопнуть дверь. – Я не хочу видеть монстра, который построил мой рай на чьем-то аду.

Джинву остался стоять на парковке, провожая взглядом ее уезжающий автомобиль. Его тени роились у его ног, испуганные и смятенные. Он чувствовал, как мир, который он так тщательно оберегал, дает трещину за трещиной.

А где-то на другом конце города Алекс Окумура сидел в своей «Акуре», сжимая руль до белизны в костяшках. Он только что нанес свой первый удар. И этот удар оказался куда эффективнее любой черной молнии. Он не просто задел Монарха — он начал разрушать его трон изнутри.

– Это только начало, «папа», – прошептал Алекс, включая зажигание. – Ты хотел, чтобы я жил ради себя? Я буду жить. И моей жизнью станет твое падение.

Он нажал на газ, и черная машина сорвалась с места, исчезая в сумерках Сеула, оставляя за собой лишь запах озона и горечь невысказанных обид. Буря, которую так долго сдерживал Сон Джинву, наконец-то вырвалась на свободу, и имя ей было — его собственный сын.