Countryhumans у меня дома!?
Наследники Империй и Тень Конкордии
Утро в поместье Девилль не просто наступало — оно вступало в свои права с высокомерием, достойным его хозяйки. Солнечные лучи, пробиваясь сквозь тяжелые бархатные портьеры моей спальни, ложились на антикварный паркет золотыми полосами. Я открыла глаза, чувствуя, как магия вампира внутри меня лениво потягивается, пробуждаясь вместе с телом.
Рядом, на огромной кровати, едва заметно дышал РИ. Его лицо в предрассветных сумерках казалось высеченным из мрамора — спокойное, величественное, лишенное той вековой усталости, что преследовала его в его собственном мире. С другой стороны, раскинувшись с истинно прусской бесцеремонностью, спал Пруссия, чья рука собственнически покоилась на моем бедре.
Я осторожно высвободилась и встала. Сегодня моим детям — Аде, Саше, Глебу и Марку — исполнялось два месяца. Четверо маленьких существ, в чьих жилах текла гремучая смесь магии Верховной ведьмы и мощи величайших империй прошлого, уже начали проявлять свой нрав.
– Ты рано, Даша, – раздался негромкий голос РИ2 из кресла у камина. Он не спал, перелистывая какие-то отчеты на планшете. – Дети затихли всего час назад. Ада устроила настоящую бурю в детской, заставив все игрушки летать под потолком.
– Она просто тренирует волю, – я улыбнулась, накидывая на плечи шелковый халат с монограммой «CD». – Как обстановка на границах?
РИ2 поднял на меня взгляд своих пронзительных глаз.
– «Конкордия» притихла после того, как мы сожгли их штаб-квартиру, но это затишье перед штормом. Твой брат Федя перехватил зашифрованный сигнал из Южной Америки. Похоже, у них там есть резервная база, о которой не знала даже твоя разведка.
– Пусть попробуют, – я подошла к зеркалу, поправляя свои черно-белые волосы. – Сегодня праздник. Я не позволю никаким генетикам испортить день рождения моих детей.
Спустившись в столовую, я застала привычную, но всё еще сюрреалистичную картину. За длинным столом сидели страны. СССР о чем-то негромко спорил с Германией, тыкая вилкой в сторону карты, выведенной на голографический экран. Франция и Великобритания изящно пили кофе, делая вид, что не замечают, как Америка и Россия соревнуются в том, кто быстрее съест стопку блинов.
– Доброе утро, господа, – мой голос мгновенно заставил всех выпрямиться. – Надеюсь, вы помните, какой сегодня день?
– Разумеется, Круэлла, – ГИ поднялся, галантно отодвигая мне стул. – Подарки уже доставлены в малую гостиную. Пруссия заказал для Глеба настоящую миниатюрную саблю из дамасской стали, хотя я считаю, что это преждевременно.
– В семье Варламовых ничего не бывает преждевременно, – отрезала я, принимая чашку крепкого кофе из рук подошедшего Ильи. Мой старший сын в свои четырнадцать лет уже выглядел как настоящий офицер, его выправка была безупречной. – Илья, как младшие?
– Лилит и Белла кормят их, мама. Ника и Артём проверяют системы безопасности периметра. Мы не хотим сюрпризов во время торжества.
– Правильно, – я кивнула. – После завтрака жду всех в саду. Мы проведем обряд Инициации Крови. Пора официально представить наследников силам этого мира.
Обряд Инициации был древней традицией нашего рода. Он позволял магии земли признать новых членов семьи и даровал им защиту предков. Но в этот раз всё было иначе. В детях текла кровь не только ведьм, но и Воплощений — существ, которые сами были источниками колоссальной энергии.
Сад поместья Девилль представлял собой шедевр ландшафтного искусства и магической инженерии. В центре, на поляне, окруженной вековыми дубами, стоял алтарь из черного обсидиана. Вокруг него уже собралась вся моя огромная семья. Мои братья — Федя, Джаспер, Рома — и сестры стояли по правую руку. Страны — по левую.
Я подошла к алтарю, держа на руках Аду. РИ нес Сашу, ГИ — Марка, а Пруссия — Глеба. Младенцы вели себя удивительно тихо, их глаза внимательно следили за происходящим.
– Сегодня мы связываем нити прошлого и будущего, – мой голос, усиленный магией, разнесся по лесу, заставляя птиц замолкнуть. – Кровь Варламовых и мощь Империй сливаются воедино.
Я сделала небольшой надрез на своем пальце, позволяя капле алой крови упасть на обсидиан. РИ, ГИ и Пруссия последовали моему примеру. Как только капли коснулись камня, земля под нашими ногами вздрогнула.
– Смотрите! – воскликнула Настя, указывая на небо.
Над поляной начал формироваться вихрь. Но это был не ветер — это была чистая энергия. Цвета флагов великих держав сплетались с изумрудным сиянием ведьмовской силы. Вихрь опустился на младенцев, окутывая их мягким коконом.
– Они принимают дар, – прошептал РИ2, стоявший рядом со мной.
Внезапно Ада в моих руках вскрикнула, и из её крошечных ладошек вырвался сноп фиолетовых искр. Энергия ударила в небо, разрывая облака. В ту же секунду я почувствовала резкий укол тревоги. Магический барьер поместья завибрировал от мощного внешнего воздействия.
– Контакты на северо-западе! – раздался крик Джаспера из рации. – Мама, это не люди! Это те самые синтетики, но их сотни!
– В круг! – скомандовала я, передавая Аду Лилит. – Детей в дом, немедленно! Старшие — защита периметра! Страны — к оружию!
Мир вокруг мгновенно преобразился. Праздничная атмосфера испарилась, сменившись ледяным спокойствием войны. СССР сорвал с плеча автомат, Россия и Америка, забыв о своих распрях, встали плечом к плечу, активируя энергетические щиты.
Из леса, ломая деревья, начали выходить существа. Это были те самые порождения «Конкордии» — гротескные смеси плоти и металла, их глаза светились холодным неоновым светом. Но среди них выделялась одна фигура — высокий мужчина в безупречном белом костюме, который шел так, словно прогуливался по парку.
– Дарья, какая встреча, – его голос был усилен технически и раздавался отовсюду. – Вы устроили такое прекрасное шоу. Жаль, что оно станет последним для вашего рода.
– Маркус фон Штерн? – я прищурилась, узнавая голос, хотя лицо было другим. – Ты всё-таки выжил после нашей прошлой встречи?
– Я эволюционировал, – он остановился в пятидесяти метрах от нас. Синтетики замерли за его спиной. – Ваша кровь — это ключ. Отдайте детей, и я позволю вам и вашим... антиквариатам уйти.
– Ты плохо знаешь историю, Маркус, – Пруссия вышел вперед, обнажая свою саблю. Клинок хищно блеснул на солнце. – Империи не сдаются. Они диктуют условия.
– Тогда умрите вместе со своим прошлым, – холодно бросил фон Штерн и взмахнул рукой.
Синтетики рванулись в атаку. Это не было похоже на обычный бой. Это было столкновение технологий будущего и магии прошлого.
– Огонь! – скомандовал ГИ.
Залп из всех видов оружия встретил нападавших. Америка использовал какие-то экспериментальные лазеры, которые разрезали синтетиков как масло, но те продолжали идти, соединяясь заново прямо на ходу.
– Они восстанавливаются быстрее, чем мы их уничтожаем! – крикнул Федя, отстреливаясь из двух пистолетов.
– Потому что их питает внешний источник, – я закрыла глаза, концентрируясь. – РИ, РИ2, мне нужна ваша сила. Прямо сейчас!
Я протянула руки к своим мужьям. Они взяли меня за ладони, создавая живую цепь. Я чувствовала, как их вековая мощь, их воля к жизни и власти перетекают в меня. Мои волосы поднялись вверх, глаза залил чистый белый свет.
– От имени Верховной... – я начала заклинание, которое не использовала четырнадцать лет. – Разрываю связи, гашу искры! Земля, забери то, что ей не принадлежит!
Я ударила ладонями по обсидиановому алтарю. Волна черного пламени, пропитанного вампирской магией и имперской яростью, разошлась от центра во все стороны. Она прошла сквозь нас, не причинив вреда, но когда она коснулась синтетиков, те начали распадаться на атомы. Их наноботы просто сгорали в магическом огне.
Фон Штерн отшатнулся, его лицо исказилось от ярости.
– Это невозможно! Никакая органика не может генерировать такую мощность!
– Мы — не просто органика, – я медленно пошла к нему, и каждый мой шаг оставлял на траве выжженный след. – Мы — память поколений. Мы — те, кто строил и разрушал миры. А ты — всего лишь ошибка в коде.
Я вскинула руку, и невидимая сила подняла фон Штерна в воздух. Он пытался сопротивляться, его тело начало трансформироваться, выпуская металлические щупальца, но моя магия была сильнее.
– Ты хотел кровь моих детей? – я прошептала это ему прямо в лицо, оказавшись рядом в мгновение ока. – Почувствуй вкус своей собственной.
Я сжала кулак. Раздался неприятный хруст металла и костей. Фон Штерн издал сдавленный крик и обмяк. Я бросила его тело к ногам Пруссии.
– Допросите его. Если у него остались базы, я хочу знать о них до заката.
Бой закончился так же быстро, как и начался. Лес вокруг поместья выглядел так, будто по нему прошелся ураган. Страны опускали оружие, переводя дух.
– Неплохо для пенсионеров, а? – Америка хлопнул Россию по плечу. Тот лишь хмуро кивнул, вытирая сажу с лица.
Я вернулась к алтарю, где Лилит всё еще держала Аду. Малышка смотрела на меня и вдруг... улыбнулась. Это была не просто детская улыбка, в ней читалось понимание и одобрение.
– Ты видела это, мама? – прошептала Лилит. – Она помогала тебе. Я чувствовала, как от неё исходит поток силы, когда ты произносила заклинание.
Я взяла дочь на руки, чувствуя её тепло.
– Она — Девилль. И она — Империя. Другого я и не ожидала.
Вечер того же дня мы провели в большой гостиной. У камина, на ковре, ползали старшие из младших — те, кому было по 3-4 года. Ариэль и Мирон пытались построить замок из кубиков, которые Илья заставлял левитировать для них.
– Мы получили данные из памяти фон Штерна, – Джаспер вошел в комнату, выглядя измотанным. – «Конкордия» уничтожена. Он был последним из их высшего совета, кто сохранил рассудок. Остальные превратили себя в чистый программный код, который мы стерли вместе с их серверами.
– Значит, мы свободны? – спросила Алена, присаживаясь рядом со мной.
– Мы никогда не будем полностью свободны, – я посмотрела на своих мужей, которые сидели вокруг, образуя мой личный круг защиты. – Но теперь мир знает: нападать на поместье Девилль — это самоубийство.
– Знаешь, Даша, – РИ взял мою руку в свою. – Я прожил долгую жизнь. Я видел взлеты и падения, революции и войны. Но здесь, с тобой и нашими детьми, я впервые чувствую, что история наконец-то пришла к правильному финалу.
– Это не финал, любимый, – я прислонилась головой к его плечу. – Это только предисловие. Наши дети вырастут. Ада, Саша, Глеб и Марк... они изменят этот мир. А мы будем рядом, чтобы направить их.
– И чтобы задать трепку любому, кто встанет на их пути, – добавил Пруссия, поднимая бокал вина. – За семью!
– За семью! – хором отозвались все присутствующие.
Я смотрела на огонь в камине, на своих детей, на своих мужчин. Четырнадцать лет назад я была напуганной девочкой в чужом мире. Сегодня я была Круэллой Девилль — самой богатой, самой могущественной и самой счастливой женщиной на земле.
Внезапно Ада, лежащая в колыбели рядом, издала тихий звук и... исчезла. Через секунду она материализовалась на коленях у Пруссии, который от неожиданности едва не пролил вино.
– Телепортация? В два месяца? – ГИ расхохотался, подхватывая внучку. – Да уж, Даша, спокойная старость нам точно не грозит.
Я рассмеялась вместе с ними. Пусть враги строят планы, пусть мир меняется. У нас была магия, у нас была сила наций, и самое главное — у нас была любовь, которая оказалась крепче любого металла и древнее любой страны.
Над поместьем Девилль взошла полная луна, освещая башни школы и густые леса. В этом доме, где прошлое встретилось с будущим, начиналась новая легенда. И я знала: что бы ни принес завтрашний день, мы встретим его вместе. Ведь мы — Варламовы. Мы — Девилль. Мы — Империи. И этот мир принадлежит нам.