Countryhumans у меня дома!?
Колыбель империй и пепел амбиций
– Посмотри на них, Даша. Они спят так спокойно, будто за стенами этого дома не решаются судьбы миров, – голос Российской Империи был тихим, почти благоговейным.
Он стоял у колыбели, где, укутанные в тончайший шелк, сопели Ада, Саша, Глеб и Марк. Четверо младенцев, которым исполнилось всего два месяца, уже обладали той тяжелой, осязаемой аурой власти, которая когда-то окружала их отцов. В комнате пахло лавандой, магическими благовониями и тем особым, молочным теплом, которое бывает только в детских.
– Они спокойны, потому что знают: их покой охраняют лучшие воины истории, – я подошла сзади и положила руку на плечо РИ. – Но ты же чувствуешь это, не так ли? Воздух стал гуще. Моя магия вибрирует, словно струна перед обрывом.
РИ обернулся, и в его глазах, глубоких, как зимнее небо над Петербургом, отразилась тревога. Он взял мою ладонь в свою, и я почувствовала холод металла его колец.
– Твои предчувствия никогда не обманывали нас. Пруссия и ГИ уже на обходе. Они усилили патрули в лесу. Твой брат Федя сообщил, что «Конкордия» — или то, что от неё осталось — начала перемещать активы в сторону наших границ. Они не смирились, Даша.
– Они не могут смириться, – я усмехнулась, чувствуя, как мои клыки непроизвольно удлиняются от предвкушения возможной схватки. – Я Круэлла Девилль, я Верховная, и я забрала у них всё. Но сегодня мы празднуем. Илья!
Сын материализовался в дверях мгновенно. Его выправка, унаследованная от РИ2, и холодный расчет в глазах делали его в четырнадцать лет полноценным командиром моей личной гвардии.
– Да, мама? – он коротко кивнул отцу.
– Передай Насте, чтобы тени в саду были плотнее. Сегодняшний вечерний прием в честь двух месяцев младших должен пройти безупречно. И проверь, как там наши «гости» из Ватикана. Если они еще раз попытаются окропить святой водой мои розы, я позволю Джасперу использовать их в качестве мишеней для тренировок.
– Будет исполнено, – Илья исчез в коридоре так же бесшумно, как и появился.
Вечер опустился на поместье Девилль, окутывая башни школы сиреневым туманом. Сад был залит огнями магических фонариков, которые Лилит заставила парить в воздухе. Гости — представители древних магических родов, деловые партнеры и, конечно, страны — собрались на террасе.
– Круэлла, дорогая, ты выглядишь как сама смерть, решившая прийти на бал в лучшем наряде, – Франция галантно поцеловал мою руку, игнорируя свирепый взгляд ГИ, стоявшего рядом.
– Смерть — это часть жизни, Франс, – ответила я, поправляя меховую накидку. – А сегодня жизнь торжествует. Посмотрите на моих сыновей и дочь.
РИ2 и Пруссия вынесли детей к гостям. Ада, единственная девочка, уже сейчас проявляла характер: она не плакала, а внимательно разглядывала присутствующих своими фиолетовыми глазами, в которых время от времени проскакивали искры телекинеза. Саша и Глеб увлеченно дергали Пруссию за ордена, а Марк, самый спокойный, казалось, изучал ауры гостей.
– В них сила, которой мы не видели веками, – прошептал Великобритания, подходя ближе. – Ты понимаешь, Круэлла, что они — живой вызов всему мировому порядку?
– Мировой порядок — это то, что я пишу в своих контрактах, Артур, – я обвела взглядом присутствующих. – Сегодня здесь собрались те, кто признает мою власть. Остальные... что ж, пепел «Конкордии» еще не остыл.
Внезапно музыка оборвалась. В воздухе разлился резкий запах озона, от которого у меня заложило уши. Защитный купол поместья, созданный моей магией и технологиями Америки, вспыхнул ярко-синим светом.
– Контакты на южном периметре! – голос Феди в рации был сухим и деловитым. – Мама, это не наемники. Это «Очистители». Те самые фанатики, о которых предупреждал Ватикан.
– Гостей в дом! – скомандовала я, и мой голос, усиленный магией, перекрыл шум начавшейся паники. – Илья, Лилит — в подвал, к младшим! Живо!
Страны среагировали мгновенно. СССР выхватил свой модернизированный автомат, Америка активировал тактический интерфейс, а Пруссия и ГИ обнажили клинки, встав по обе стороны от меня.
– Мы не дали им закончить ужин, – Пруссия оскалился в хищной улыбке. – Какая жалость. Я так надеялся на десерт.
– Десертом будет их кровь, – отрезала я, чувствуя, как по моим венам разливается ледяная ярость Верховной.
Из леса начали выходить фигуры в белых плащах с золотыми крестами. Но это не были люди. Их движения были слишком быстрыми, слишком механическими. «Очистители» — киборги, накачанные святой магией и наноботами.
– В атаку! – закричал лидер нападавших, высокий мужчина с лицом, скрытым под золотой маской.
Залп из энергетических орудий ударил по нашему щиту. Купол затрещал, по нему пошли трещины, похожие на разбитое стекло.
– Даша, назад! – РИ2 выставил руку, создавая дополнительный барьер из чистой воли. – Мы с ними разберемся.
– Нет, – я шагнула вперед, сбрасывая меховую накидку. Под ней было платье из черной чешуи дракона, способное выдержать прямое попадание снаряда. – Это мой дом. Мои дети. И моя война.
Я вскинула руки к небу. Облака над поместьем закрутились в гигантскую воронку. Я чувствовала, как магия вампира внутри меня требует выхода, требуя жертв.
– Тени прошлого, восстаньте! – мой голос сорвался на крик.
Земля под ногами «Очистителей» разверзлась. Из неё начали выходить скелеты в мундирах разных эпох — тени тех войн, которыми когда-то командовали мои мужья. Это была армия призраков, призванная кровью Верховной.
Бой превратился в кровавую баню. Пруссия ворвался в ряды врагов, его сабля пела песню смерти, отсекая головы и конечности киборгов. ГИ работал как отлаженная машина уничтожения, каждый его удар дробил металл и кости. РИ и РИ2 прикрывали фланги, используя магию льда и стали, замораживая врагов на скаку и разбивая их на тысячи осколков.
СССР и Россия вели прицельный огонь с террасы, не давая «Очистителям» перегруппироваться. Америка и Канада использовали подавители сигналов, отключая связь наноботов врага с их командным центром.
Я же шла в центр битвы, и каждый мой шаг оставлял на траве выжженный след. Лидер в золотой маске бросился на меня, размахивая мечом, пылающим белым пламенем.
– Умри, отродье тьмы! – прохрипел он.
Я просто поймала его лезвие голой рукой. Металл зашипел, обжигая мою ладонь, но я не почувствовала боли — только упоение силой.
– Ты пришел с огнем в дом ведьмы? – я улыбнулась, и мои глаза вспыхнули алым. – Глупец.
Я сжала кулак, и меч фанатика рассыпался в пыль. Другой рукой я схватила его за горло, чувствуя под пальцами холодный металл имплантов.
– Кто тебя послал? – прошептала я, глядя прямо в прорези маски. – Ватикан? Или остатки «Конкордии»?
– Мы... мы легион Господень... – прохрипел он.
– Ты — просто мусор на моем газоне, – я свернула ему шею одним резким движением и отбросила тело в сторону.
Битва закончилась так же внезапно, как и началась. Оставшиеся киборги, лишившись связи и лидера, превратились в бесполезные груды железа. Мои призрачные солдаты растаяли в воздухе, возвращаясь в землю.
Я стояла посреди разгромленного сада, тяжело дыша. РИ подошел ко мне и осторожно обнял за плечи, проверяя, не ранена ли я.
– Всё кончено, Даша. Мы победили.
– Это только начало, – я посмотрела на свои обожженные руки, которые уже начали затягиваться благодаря регенерации. – Они не оставят нас в покое. Теперь они знают, что мы здесь.
– Пусть приходят, – ГИ подошел к нам, вытирая окровавленный клинок о плащ одного из нападавших. – Мы — Империи. Мы привыкли к осадам.
Мы вернулись в дом. В гостиной было тихо, гости разошлись по своим комнатам под охраной моих братьев. Я направилась прямо в детскую.
Дети спали. Но когда я подошла к колыбели Ады, она открыла глаза. В их фиолетовой глубине не было страха — только спокойное, почти пугающее знание. Она протянула ко мне крошечную ручку, и я почувствовала, как её магия мягко касается моих ран, ускоряя исцеление.
– Она видела всё, – прошептал РИ2, стоя в дверях. – Она не спала. Она смотрела через твои глаза, Даша.
– Она — истинная дочь своих родителей, – я присела на край колыбели. – Мой маленький генерал. Моя маленькая ведьма.
– Мы должны нанести ответный удар, – Пруссия вошел в комнату, его глаза всё еще горели азартом битвы. – Мы не можем просто сидеть и ждать следующего нападения. Я знаю, где находится их тренировочный лагерь в Европе.
– Нет, Пруссия, – я подняла руку, останавливая его. – Мы не будем опускаться до их уровня. Мы сделаем иначе. Завтра я созываю пресс-конференцию. Я объявлю о создании международного магического совета под эгидой Академии Девилль. Мы легализуем нашу силу.
– Ты хочешь выйти из тени? – СССР прислонился к косяку, скрестив руки на груди. – Это опасно, Даша. Политики вцепятся тебе в горло.
– Пусть пробуют, – я встала, и в моей осанке появилась та самая сталь, которая когда-то заставляла мафиозные кланы дрожать от страха. – У меня есть деньги, у меня есть магия, и у меня есть вы — олицетворения величайших держав. Кто посмеет перечить нам, когда мы едины?
РИ подошел ко мне и взял мою руку.
– Мы поддержим тебя, Круэлла. В любом твоем решении. Этот мир изменился, и пришло время, чтобы он узнал своих новых хозяев.
Ночь прошла в напряженном ожидании. Федя и Джаспер занимались утилизацией тел нападавших, а страны совещались в кабинете, разрабатывая стратегию новой политической игры. Я же сидела на балконе, глядя на звезды.
Четырнадцать лет назад я была просто Дашей Варламовой, девочкой, потерявшейся в мире стран. Теперь я была Круэллой Девилль, женщиной, которая вернула эти страны к жизни и создала для них новый дом.
– Мама, ты не спишь? – Лилит подошла ко мне, кутаясь в теплый халат.
– Не сплю, котенок. Думаю о том, какой мир достанется вам.
– Мир, который мы построим вместе, – Лилит прижалась к моему боку. – Я видела, как ты сражалась. Ты была... великолепна. Я хочу быть такой же сильной.
– Ты будешь сильнее, Лилит. Потому что у тебя есть то, чего не было у меня — семья, которая всегда прикроет спину.
Утро встретило нас суетой. Поместье приводили в порядок, магические службы очищали территорию от остатков святой энергии. К десяти часам к воротам Академии начали съезжаться журналисты крупнейших мировых изданий.
Я вышла на трибуну, установленную перед главным входом. По обе стороны от меня стояли РИ, РИ2, ГИ и Пруссия в своих парадных мундирах. За ними — остальные страны, создавая внушительный фон из мощи и истории.
– Леди и джентльмены, – мой голос звучал уверенно и властно. – Сегодня я здесь, чтобы объявить о новой эре. Мир, который вы знали, изменился. Магия больше не тайна, а история — не просто страницы в учебниках.
Я сделала паузу, наслаждаясь тишиной, воцарившейся среди сотен репортеров.
– Академия Девилль берет на себя ответственность за магическую безопасность планеты. Мы не подчиняемся ни одному правительству, но мы открыты к сотрудничеству. Любая попытка агрессии против нашей семьи или наших подопечных будет расценена как объявление войны. И поверьте, вы не захотите воевать с нами.
Вспышки камер ослепляли, вопросы сыпались градом, но я больше не слушала. Я смотрела на балкон второго этажа, где Лилит и Илья держали на руках Аду, Сашу, Глеба и Марка.
– Мы сделали это, – прошептал РИ, сжимая мою ладонь под трибуной.
– Мы только начали, – ответила я, улыбаясь объективам.
Этот день вошел в историю как «День Девилль». Мир содрогнулся, осознав, что рядом с ними живут существа, способные стирать города с лица земли одной лишь волей. Но в то же время мир почувствовал странную надежду. Ведь если империи прошлого вернулись, чтобы защитить своих детей, возможно, у этого будущего есть шанс.
Вечером, когда поместье наконец опустело, мы собрались в гостиной у камина. Настя принесла вино, а Джаспер — отчеты о первых реакциях мировых лидеров.
– Они в шоке, Круэлла, – Джаспер усмехнулся. – Ватикан хранит молчание, Вашингтон созывает экстренное совещание, а Кремль... кажется, они просто пытаются понять, как Россия могла оказаться у тебя в мужьях.
– Пусть гадают, – я подняла бокал. – Главное, что мы здесь. Вместе.
– За Аду, Сашу, Глеба и Марка, – произнес РИ2, поднимая свой бокал. – За наследников, которые понесут наше имя дальше.
– За семью Варламовых-Девилль! – хором отозвались страны.
Я смотрела на огонь и знала: впереди еще много трудностей. Будут заговоры, будут попытки покушений, будут новые «Конкордии». Но глядя на своих мужей и детей, я понимала — мы непобедимы. Мы — сплав магии и истории, любви и власти. И этот мир теперь принадлежит нам.
Ада в своей колыбели внезапно рассмеялась, и в камине вспыхнуло яркое фиолетовое пламя. Мы переглянулись и рассмеялись в ответ. Будущее действительно обещало быть интересным.