← Назад к обзору

Дети монарха

Искупление в тени молний

Сон Джинву стоял у панорамного окна своего кабинета, прижимая к губам чашку с крепким черным кофе. Горечь напитка приятно обжигала язык, помогая сосредоточиться. За окном Сеул медленно просыпался, окутанный утренним туманом, но мысли Верховного Охотника были далеки от городских пейзажей.

Экран смартфона на столе мигнул коротким уведомлением. Джинву не нужно было подходить ближе, чтобы прочитать сообщение. Его зрение, усиленное Системой и годами сражений, легко уловило текст с расстояния нескольких метров.

«У нас всё хорошо. Мы вместе. Спасибо, отец. Я перед тобой в долгу. Как Сухо? Привезу Ли Вона к ужину. А.».

Джинву едва заметно улыбнулся, и эта улыбка смягчила его суровые черты. Алекс нашел в себе силы принять правду и, что более важно, нашел слова, чтобы исцелить чужую израненную душу. Черная молния наконец-то обрела покой.

– Мой господин, – раздался из тени тихий, вибрирующий голос Бера.

– Говори, – коротко бросил Джинву, не оборачиваясь.

– Молодой господин Сухо покинул тренировочный зал десять минут назад. Он направился в оранжерею. Его аура... она нестабильна. Печаль смешивается с зарождающимся гневом.

Джинву вздохнул, поставив пустую чашку на подоконник. С Алексом вопрос был решен, но младший сын всё еще находился в эпицентре бури, которую сам не заслужил.

– Оставь его, Бер. Ему нужно время, чтобы осознать предательство той, кого он считал идеалом. Но не спускай глаз с Ча Хэ Ин. Она скоро проснется, и наш разговор неизбежен.

Тень беззвучно растворилась в углу кабинета. Джинву вышел в коридор, направляясь в жилое крыло особняка. Его шаги были бесшумными, как у хищника, выходящего на охоту. Но охотиться он собирался не на монстров, а на ложь, которая пропитала его дом.

У дверей спальни он помедлил. Ча Хэ Ин была его женой, матерью его младшего сына, женщиной, с которой он прошел через огонь и воду. Но власть и сила меняют людей, даже Охотников S-ранга. Её одержимость Алексом стала опухолью, которую нужно было вырезать, пока она не пустила метастазы в жизни детей.

Он вошел в комнату. Хэ Ин уже сидела перед трюмо, расчесывая свои короткие светлые волосы. Увидев отражение мужа в зеркале, она вздрогнула, но быстро взяла себя в руки.

– Доброе утро, Джинву, – сказала она, не оборачиваясь. – Ты рано сегодня. Опять не спал?

– Есть вещи важнее сна, Хэ Ин, – Джинву подошел ближе и остановился за её спиной. – Например, верность. И я сейчас не о верности супружеской, а о верности себе и своей семье.

Хэ Ин замерла, расческа застыла в её руке. Атмосфера в комнате мгновенно стала тяжелой, воздух словно загустел.

– К чему ты клонишь? – её голос стал холодным, как лед.

– Алекс вчера вернулся из Японии. Но он не пришел домой. Он у Чон Ли Вона. Теперь они официально пара, – Джинву внимательно следил за её реакцией через зеркало.

Он увидел, как побелели её костяшки, сжимающие расческу. Увидел вспышку ярости, а затем – глубокое, болезненное разочарование в её глазах. Это не был взгляд мачехи, радующейся за счастье пасынка. Это был взгляд женщины, потерявшей желанную добычу.

– Чон Ли Вон? Тот жалкий адвокат с дефектом? – она горько усмехнулась. – Алекс достоин большего, чем этот... недочеловек.

Джинву положил руку ей на плечо, и Хэ Ин невольно вскрикнула от холода, исходившего от его ладони.

– Никогда больше не смей так называть его, – прошептал Джинву ей на ухо. – Ли Вон – выбор моего сына. И если ты сделаешь хоть один шаг, чтобы разрушить их союз, или если я еще раз замечу, как ты смотришь на Алекса... я забуду, что ты мать моего второго ребенка.

– Ты угрожаешь мне? – она резко развернулась, в её глазах вспыхнул свет Охотника S-ранга. – После всего, что мы пережили?

– Я защищаю своих сыновей, – отрезал Джинву, и его аура подавила её силу, прижимая к креслу. – Алекс не твой трофей и не замена мне. Сухо страдает из-за твоих интриг с Сумико. Ты поощряла её интерес к Алексу, надеясь через неё быть ближе к нему, не так ли? Ты использовала чувства собственного сына как разменную монету.

Хэ Ин промолчала, опустив голову. Её плечи мелко дрожали. Джинву знал, что она не раскаивается – она просто признала поражение в этом раунде.

– Уезжай в тренировочный лагерь на юге, – приказал он. – На месяц. Скажем всем, что это срочная инспекция Ассоциации. К вечернему ужину ты должна исчезнуть. Я не хочу, чтобы твое присутствие отравляло воздух, когда Алекс приведет Ли Вона.

– Сухо мне этого не простит, – прошептала она.

– Сухо уже знает правду о Сумико. И скоро он узнает правду о тебе, если ты не начнешь исправляться. Иди, Хэ Ин. Не заставляй меня применять силу.

Когда она вышла, Джинву почувствовал усталость. Сражаться с Владыками было проще – там враг был ясен. Здесь же враг носил лицо любимого человека.

Он вышел в сад. Утреннее солнце уже припекало, золотя листву деревьев. В глубине оранжереи он увидел Сухо. Парень сидел на скамье, уставившись на свои руки. Рядом с ним на дорожке лежала раздавленная роза – видимо, результат недавнего всплеска эмоций.

– Сухо, – негромко позвал Джинву.

Сын вздрогнул и быстро вытер лицо.

– Отец. Я не слышал, как ты подошел.

– Это нормально. Я всё еще умею скрывать свое присутствие, – Джинву сел рядом с ним. – Алекс прислал сообщение. У него всё получилось. Он счастлив.

Сухо горько усмехнулся.

– Рад за него. Правда. Алекс всегда получает то, что хочет. Даже если это упрямый адвокат.

– Ты тоже получишь то, что заслуживаешь, Сухо. Но не от Сумико.

– Я знаю, пап. Просто... обидно. Я ведь действительно верил ей. Думал, что её холодность – это просто характер, а не расчет. А она просто ждала, когда Алекс обратит на неё внимание.

– Сумико – сильная охотница, но слабая женщина, – сказал Джинву, глядя на небо. – Она ищет силу, чтобы заполнить пустоту внутри себя. Ты же ищешь любовь, чтобы поделиться своей силой. В этом ваша разница. Сегодня на ужине будет Ли Вон. Я хочу, чтобы ты был рядом. Алексу нужна твоя поддержка.

– Конечно, – Сухо выпрямился, в его глазах появилась решимость. – Я не подведу брата. И Ли Вона... я постараюсь принять его. Если Алекс видит в нем что-то особенное, значит, так оно и есть.

– Хороший мальчик, – Джинву потрепал сына по волосам. – А теперь иди, приведи себя в порядок. И, Сухо... если Сумико попытается связаться с тобой, не отвечай. Я сам поговорю с ней в Ассоциации.

***

Здание Ассоциации Охотников Кореи сияло стеклом и сталью. Учиха Сумико шла по коридору, и охотники рангом ниже поспешно расступались перед ней. Она была в прекрасном расположении духа. Алекс вернулся из Японии, и она была уверена, что сегодня он обязательно заглянет к ней. После того, как она «случайно» намекнула Ли Вону, что Алекс – это её территория, адвокат должен был окончательно сдаться.

Она толкнула дверь тренировочного зала, ожидая увидеть там Сухо или Алекса, но замерла на пороге.

В центре зала, в круге света, стоял Сон Джинву. Он не был одет в доспехи, на нем был обычный черный костюм, но от его фигуры исходила такая мощь, что Сумико почувствовала, как подкашиваются ноги.

– Господин Сон? – она склонилась в глубоком поклоне. – Какая честь. Вы ищете Алекса?

– Нет, Сумико. Я искал тебя, – голос Джинву был тихим, но он заполнил всё пространство зала, отражаясь от стен.

Девушка невольно сглотнула. Запах смерти, всегда преследовавший Теневого Монарха, стал почти осязаемым.

– Я... чем я могу помочь?

– Ты можешь помочь тем, что исчезнешь из жизни моих сыновей, – Джинву сделал шаг вперед, и тени под его ногами хищно шевельнулись. – Твоя игра окончена, Сумико. Я знаю о твоих разговорах с Ли Воном. Я знаю о твоих планах использовать Сухо, чтобы добраться до Алекса.

Лицо Сумико побледнело, затем пошло пятнами.

– Это... это недоразумение! Я просто заботилась о репутации семьи Сон! Алекс – герой, он не может быть с этим...

– Замолчи, – коротко бросил Джинву, и Сумико почувствовала, как невидимая рука сжала её горло. Она не могла издать ни звука. – Ты не имеешь права произносить его имя. Ты одарена силой S-ранга, но твоя душа не стоит и ломаного гроша. С этого дня ты переводишься в японский филиал. На постоянной основе.

– Но... – Сумико попыталась возразить, борясь с давлением ауры.

– Это не предложение, – глаза Джинву вспыхнули фиолетовым огнем. – Если я увижу тебя в радиусе километра от Сухо или Алекса, я лично аннулирую твою лицензию. И поверь, это будет самым мягким, что я с тобой сделаю. Твое присутствие в Сеуле нежелательно. Иди. Собирай вещи.

Сумико вылетела из зала, едва не сбив с ног охранников. Её амбиции разбились о несокрушимую стену воли человека, который когда-то в одиночку остановил армию монархов.

Джинву остался в зале один. Он посмотрел на свои руки. Иногда ему казалось, что он превращается в монстра, манипулирующего жизнями людей. Но потом он вспоминал улыбку Алекса и искренность Сухо. Ради них он был готов быть монстром.

***

Вечер опустился на город, окрашивая небо в пурпурные и золотые тона. Особняк семьи Сон светился огнями. Ча Хэ Ин уже уехала, оставив после себя лишь холодный аромат духов в пустой комнате.

Джинву и Сухо сидели в гостиной, когда послышался знакомый рокот мотора. Через несколько минут дверь открылась, и на пороге появился Алекс. Он выглядел уставшим, но его глаза сияли так ярко, как никогда раньше. За руку он держал Ли Вона.

Адвокат выглядел напряженным. На нем был строгий серый костюм, волосы тщательно уложены, но в глазах читался страх. Он смотрел на Джинву так, будто ожидал немедленного приговора.

– Мы пришли, – просто сказал Алекс, крепче сжимая ладонь Ли Вона. – Отец, Сухо.

Сухо первым поднялся с дивана. Он подошел к паре и, вопреки ожиданиям Ли Вона, не стал хмуриться. Он протянул руку адвокату.

– Привет, Ли Вон. Прости за всё, что было раньше. Брат сказал, что ты теперь часть семьи. А семья – это святое.

Ли Вон растерянно моргнул, переводя взгляд с Сухо на Алекса. Его ладонь, чуть дрожа, легла в руку младшего Сона.

– Спасибо, Сухо. Это... много значит для меня.

Джинву поднялся последним. Он подошел к ним медленно, его присутствие заполняло комнату, но на этот раз аура была теплой и защищающей. Он посмотрел Ли Вону прямо в глаза, видя в них всю глубину его души.

– Добро пожаловать, Чон Ли Вон, – произнес Джинву. – Мой сын сделал мудрый выбор. В этом доме тебе больше не нужно ничего бояться и ничего скрывать. Здесь ты под моей защитой. И под защитой Алекса.

Ли Вон почувствовал, как ком подкатывает к горлу. Все те годы одиночества, страха и ненависти к собственному телу словно растворились в этом простом признании.

– Спасибо, господин Сон, – прошептал он.

– Просто Джинву, – поправил его Верховный Охотник. – Раз уж мы будем видеться часто. Проходите к столу. Ужин готов.

Вечер прошел в удивительно спокойной атмосфере. Алекс, как обычно, много шутил, рассказывая о своих приключениях в Японии, опуская кровавые подробности и делая акцент на смешных ситуациях. Ли Вон постепенно расслабился, поддерживая беседу о праве и новых законах об охотниках. Сухо внимательно слушал, иногда вставляя свои комментарии, и Джинву видел, как между младшим сыном и Ли Воном начинает зарождаться дружба.

Когда ужин подошел к концу, Алекс и Ли Вон вышли на террасу, чтобы подышать свежим воздухом. Сухо ушел к себе, а Джинву остался в столовой, наблюдая за старшим сыном через стекло.

Алекс что-то тихо говорил Ли Вону, обнимая его со спины и положив подбородок ему на плечо. Адвокат улыбался – искренне, открыто, и эта улыбка преображала его лицо, делая его по-настоящему прекрасным.

В этот момент Джинву понял, что всё сделал правильно. Он разрушил фальшивый мир Ча Хэ Ин и амбиции Сумико, но на этих руинах выросло что-то настоящее.

– Мой господин, – Бер снова появился из тени. – Вы довольны?

– Да, Бер, – ответил Джинву, не отрывая взгляда от сыновей. – Замкнутый круг разорван. Тени прошлого отступили.

– А что будет дальше?

Джинву усмехнулся, пригубив остатки вина.

– Дальше будет жизнь. Сложная, непредсказуемая, полная новых врат и новых битв. Но теперь они будут сражаться не в одиночку. А это – самое главное преимущество, которое может быть у человека.

Он вышел на террасу к Алексу и Ли Вону. Ночной воздух был прохладным, но сердца этих людей грели друг друга. Черная молния и серые глаза нашли свою гармонию, и в тишине корейской ночи это казалось самым важным достижением величайшего охотника в истории. Битва за семью была выиграна.