← Назад к обзору

Девочки

Эхо пустых коридоров

Весна в университете всегда ощущалась как глоток свежего воздуха после удушливой зимней спячки. Цветущая вишня осыпала кампус нежно-розовыми лепестками, которые путались в волосах студентов и забивались в складки одежды. Магия, казалось, тоже смягчилась: метки на телах восьми девушек больше не жгли кожу яростным огнем, а лишь приятно пульсировали, напоминая о связи, ставшей за эти месяцы чем-то естественным, как дыхание.

Кан Ёсан сидела на скамейке в отдаленном углу парка, лениво перебирая в руках коробочку с куриными наггетсами. Ее белые волосы, подсвеченные мягким апрельским солнцем, казались почти прозрачными. Рядом, прислонившись спиной к дереву, стояла Чхве Чонхо. Младшая Чхве была в своем привычном строгом стиле — темно-серый жилет поверх белой рубашки, — но взгляд ее, прикованный к Ёсан, утратил былую колючесть.

– Ты опять не доела завтрак, – негромко произнесла Чонхо, складывая руки на груди. – Тебе нужно больше сил. Тренировки с кусаригамой выматывают тебя сильнее, чем ты признаешь.

Ёсан подняла на нее взгляд, и алые точки у ее глаз блеснули в ответ на заботу.

– Повтори, – попросила она, слегка наклонив голову.

– Я сказала, что ты плохо ешь, – Чонхо сделала шаг ближе, и их общая бордовая нить судьбы, ставшая почти невидимой при дневном свете, натянулась, передавая Ёсан ощущение тепла и легкого раздражения Чхве. – И не делай вид, что не слышала с первого раза.

– Я слышала, – Ёсан протянула ей наггетс. – Просто мне нравится, как ты это говоришь. Ты звучишь... по-другому.

Чонхо собиралась что-то ответить, возможно, в своей привычной резкой манере, но в этот момент ее телефон в кармане разразился серией яростных уведомлений. Почти одновременно завибрировал и телефон Ёсан.

Мир, застывший в весенней неге, мгновенно треснул.

– Это Хонджун, – Чонхо нахмурилась, быстро пролистывая сообщения в групповом чате. – Она спрашивает, где Сонхва. И Юнхо. И Уён. Они не пришли на общую лекцию по стратегии, хотя Сонхва никогда не опаздывает.

Ёсан медленно поднялась, и наггетс выпал из ее пальцев. Внутри нее, в той самой бездонной пустоте, которая обычно была тихой и спокойной, вдруг возник странный, ледяной сквозняк.

– Уён не отвечает на звонки, – прошептала Ёсан, чувствуя, как ее собственная магия пространства начинает тревожно вибрировать. – И Юнхо. Связь... Чонхо, я не чувствую их связи. Она не оборвана, но она словно... заглушена.

Через десять минут они уже были в главном холле, где их ждали остальные. Ким Хонджун металась из стороны в сторону, ее синие волосы были растрепаны, а в глазах плескалось то самое опасное безумие, которое обычно предшествовало стихийному бедствию. Чхве Сан стояла у окна, вцепившись пальцами в подоконник так, что дерево жалобно стонало.

– Они пропали, – Хонджун резко остановилась перед Ёсан. – Сонхва, Юнхо и Уён. Последний раз их видели у входа в библиотечный архив сорок минут назад. Я была в студии, Сан была в зале... Мы думали, они просто задерживаются.

– Я пыталась отследить Уён по нити, – голос Сан дрожал от сдерживаемой ярости. – Но нить ведет в никуда. Она просто обрывается прямо посреди коридора. Как будто их стерли из реальности.

Ёсан закрыла глаза, концентрируясь. Ее пространственная магия позволяла ей чувствовать структуру мироздания тоньше, чем кому-либо другому. Она сделала глубокий вдох, позволяя своей пустоте расшириться, охватывая здание архива.

– Их не стерли, – Ёсан открыла глаза, и ее взгляд стал пугающе прямым. – Их утянули в «карман». Кто-то создал изолированную зону прямо внутри университета. Кто-то, кто знает о нашей скрытости.

– Кто? – Чонхо подошла к ней вплотную, ее кулаки сжались, а аура разрушения начала тяжело давить на окружающих. – Кто в этом городе способен похитить троих магов их уровня одновременно?

– Те, кто охотится за полярностями, – Хонджун сплюнула на пол, и в ее ладони на секунду вспыхнуло рыжее пламя. – Древние семьи или фанатики чистоты. Им не нужны мы все. Им нужны те, кто слабее в прямом столкновении, чтобы выманить нас.

– Сонхва не слабая, – ледяным тоном отозвалась Сан, оборачиваясь. – И Уён с Юнхо тоже. Если их взяли, значит, использовали что-то, против чего магия бессильна.

– Или использовали их слабости, – Ёсан посмотрела на Хонджун. – Сонхва боится высоты и не переносит горечь. Уён слишком доверчива, когда дело касается помощи другим. Юнхо... Юнхо просто тяжелее всех реагирует на внезапные магические всплески после бессонных ночей.

– Мы идем в архив, – Хонджун перехватила свою куртку. – Ёсан, ты сможешь вскрыть этот «карман»?

– Если найду точку входа, – кивнула блондинка. – Но мне понадобится сила Чонхо, чтобы пробить барьер. Моя пустота может только найти разлом, но чтобы расширить его, нужен физический удар колоссальной плотности.

Группа двинулась через кампус, игнорируя удивленные взгляды студентов. Напряжение между ними было настолько густым, что птицы смолкали, когда они проходили мимо.

В библиотечном архиве пахло пылью и старой бумагой. Ёсан медленно шла между стеллажами, ведя рукой по воздуху. Остальные следовали за ней, готовые в любой момент призвать оружие.

– Здесь, – Ёсан остановилась у массивного шкафа с редкими рукописями. – Здесь структура пространства искривлена. Видите?

Она указала на пустой угол. Для обычного глаза там ничего не было, но для них воздух казался подернутым маслянистой пленкой, как бензин в луже.

– Они там, – прошептала Сан, прижимая ладонь к шее, где пульсировала метка. – Я чувствую Уён. Ей страшно. Она... она плачет.

– Чонхо, сейчас, – скомандовала Хонджун.

Чхве Чонхо вышла вперед. В ее левой руке с оглушительным треском материализовалась боевая коса. Лезвие цвета запекшейся крови засияло в полумраке архива. Она перехватила древко, ее мышцы напряглись, а в глазах вспыхнула решимость защитить то, что стало ей дорого.

– Ёсан, держи нить, – глухо произнесла Чонхо.

Ёсан вскинула руку, и из ее запястья вырвалась серебряная цепь кусаригамы. Она вонзила серп прямо в невидимую пленку, фиксируя точку разлома.

– Бей! – крикнула Ёсан.

Чонхо издала короткий, яростный выкрик и обрушила косу на пустое пространство. Звук удара был похож на взрыв. Воздух вокруг них буквально лопнул, осыпаясь невидимыми осколками. Перед ними разверзлась черная пасть портала, ведущего в холодное, темное помещение, похожее на подвал заброшенного завода.

– Вперед! – Хонджун первой прыгнула в разлом, ее огненный меч осветил тьму, как маленькое солнце.

Они оказались в огромном зале, стены которого были исписаны подавляющими рунами. В центре, прикованные к магическим столбам, находились остальные.

Сонхва висела на цепях, ее розовые волосы были спутаны, а лицо бледным, как мел. Уён сидела на полу, скованная кинетическими кандалами, которые гасили любую ее попытку вызвать веера. Юнхо была без сознания, ее голова бессильно склонилась на грудь, а вокруг нее пульсировал темный купол, высасывающий энергию земли.

– Сонхва! – Хонджун бросилась к ней, но невидимая стена отбросила ее назад.

Из тени вышли фигуры в длинных серых плащах. Их лица были скрыты масками, а в руках они держали посохи, светящиеся мертвенно-зеленым светом.

– Полярности, – проскрежетал один из них. – Вы пришли быстрее, чем мы ожидали. Это упрощает задачу. Собрав всех восемь в одном круге, мы сможем извлечь первичную магию и очистить этот мир от вашего «скрытого» уродства.

– Уродства? – Хонджун медленно поднялась с колен, и ее смех, низкий и безумный, заполнил подвал. – Вы похитили мою Сонхва, напугали мою команду и теперь говорите об очищении?

Она посмотрела на своих.

– Сан, займись теми, что слева. Чонхо, ломай купол Юнхо. Ёсан...

– Я найду Сонхва, – Ёсан уже раскручивала груз своей цепи. – Они не понимают, что пустота не имеет границ.

Бой вспыхнул мгновенно.

Сан действовала как молния. Ее кинжалы мелькали в воздухе, создавая гравитационные колодцы, которые затягивали похитителей, не давая им колдовать. Она прорывалась к Уён, игнорируя удары посохов.

– Уён-а! Смотри на меня! – крикнула Сан, вонзая кинжал в кандалы танцовщицы. – Не смей сдаваться, слышишь?!

Уён подняла голову, ее глаза вспыхнули черным огнем. Почувствовав близость своей полярности, ее кинетическая магия взорвалась изнутри, разрывая цепи.

– Я и не собиралась! – выкрикнула Уён, и в ее руках мгновенно раскрылись стальные веера. – Они отобрали у меня телефон! Сан, они разбили мой телефон!

– Мы купим тебе десять новых, только убей их всех! – отозвалась Сан, становясь с ней спина к спине.

Тем временем Чонхо обрушила всю мощь своей косы на купол, окружающий Юнхо. С каждым ударом по залу расходились сейсмические волны.

– Проснись, Юнхо! – рычала Чонхо. – Минги ждет тебя! Она места себе не находит!

Юнхо медленно открыла глаза. Увидев Чонхо и почувствовав знакомый резонанс, она слабо улыбнулась. Ее рука дернулась, и из пола под ногами похитителей вырвались мощные древесные корни, опутывая их и сдавливая щиты.

– Я не сплю... – прошептала Юнхо, и ее черный лук материализовался в руках. – Просто... у них был очень горький газ.

Хонджун и Сонхва оказались в центре самого ожесточенного столкновения. Главный похититель удерживал Сонхва магическим захватом, используя ее как живой щит.

– Подойдешь ближе — и я выжгу ее разум! – крикнул он.

Хонджун замерла. Ее меч дрожал в руке, пламя на лезвии стало неровным.

– Хонджун... – Сонхва с трудом подняла голову. Ее голос был тихим, но в нем не было страха. – Не слушай его. Мой лед... он сильнее его оков.

Сонхва закрыла глаза. Она вспомнила, как Хонджун учила ее не бояться хаоса. Она вспомнила тепло их общей нити. И тогда, вместо того чтобы бороться с цепями, Сонхва позволила своей магии абсолютного порядка расшириться внутрь самой себя.

Воздух вокруг нее мгновенно превратился в жидкий азот. Цепи, удерживающие ее, стали хрупкими, как стекло, и рассыпались от малейшего движения. Сонхва упала на руки подоспевшей Хонджун.

– Ты опоздала, Капитан, – прошептала Сонхва, прижимаясь лицом к плечу Хонджун.

– Я знаю, принцесса. Больше не отпущу, – Хонджун развернулась к похитителю, и ее меч вспыхнул с такой силой, что стены подвала начали плавиться.

Бой закончился быстро. Против восьми магов, чьи полярности вошли в полный резонанс, у обычных людей, пусть и вооруженных древними артефактами, не было шансов. Когда последний похититель упал, Ёсан подошла к центру зала и сделала широкий жест рукой. Пространство вокруг них снова начало сворачиваться, возвращая их в библиотечный архив университета.

Они стояли среди стеллажей, тяжело дыша и поддерживая друг друга. Весеннее солнце все еще светило в окна, как будто ничего не произошло.

– Все целы? – Хонджун осмотрела свою команду, не выпуская руки Сонхва.

– Я в порядке, – Юнхо оперлась на плечо Чонхо. – Но мне нужно поспать еще часов двенадцать.

– И курица! – вставила Уён, поправляя растрепанные волосы. – Мы пропустили обед из-за этих идиотов в плащах!

Ёсан подошла к Чонхо и молча положила руку ей на запястье. Младшая Чхве выдохнула, чувствуя, как уходит напряжение боя.

– Мы нашли их, – тихо сказала Ёсан.

– Мы всегда будем их находить, – ответила Чонхо, переплетая свои пальцы с пальцами блондинки. – Система не даст нам потеряться.

На улице вишня продолжала ронять лепестки. Университет жил своей обычной жизнью, не подозревая, что в его недрах только что решилась судьба восьми душ. Они шли к выходу — четыре пары, связанные невидимыми, но нерушимыми нитями, готовые к любым вызовам, которые приготовит им эта весна.