Девушка сон сухо
Шепот теней и аромат корицы
Ночной воздух был непривычно свежим, и Юми казалось, что каждый вдох наполняет её легкостью, которой она была лишена весь этот бесконечный вечер. Когда огни особняка семьи Сон скрылись за поворотом, а ладонь Сухо в последний раз согрела её пальцы перед расставанием у такси, она почувствовала, как невидимый груз, давивший на плечи, окончательно исчез.
Дорога до небольшого уютного домика, где она жила с бабушкой, пролетела незаметно. Юми стояла перед своей дверью, поправляя растянутую клетчатую рубашку. Её сердце всё еще билось чуть быстрее обычного. Она — обычная девушка, мечтающая о кондитерской, сегодня ужинала с человеком, чье имя заставляло содрогаться правительства стран. Но в памяти всплывал не холодный взгляд Монарха Теней, а то, как он аккуратно, почти бережно, держал её эклер.
Едва ключ повернулся в замке, как тишину прихожей нарушил мягкий, но властный голос.
– Живая, значит. Это уже неплохое начало для семейного союза.
Юми вздрогнула и подняла глаза. В дверях кухни стояла Ким Сунхи. Её седые волосы, аккуратно заплетенные в тугую косу, серебрились под светом лампы, а голубые глаза — точь-в-точь как у внучки — смотрели с нескрываемым любопытством и легкой иронией. Бабушка была для Юми всем: и строгим наставником, и единственной опорой.
– Бабушка! Ты почему не спишь? Уже поздно, – Юми принялась поспешно снимать кроссовки, стараясь скрыть дрожь в руках.
– Как я могу спать, когда моя внучка отправилась в логово льва? – Сунхи прошла в гостиную и уселась в свое любимое кресло, жестом приглашая Юми сесть напротив. – Ну, рассказывай. Ты опозорила мой род? Пролила чай на ковер? Или, упаси небо, назвала господина Сона «папочкой» раньше времени?
Юми со стоном опустилась на диван, закрыв лицо руками.
– Всё было... странно, – выдохнула она сквозь пальцы. – Сначала я думала, что упаду в обморок прямо на пороге. Его мама, госпожа Ча Хэ Ин, она такая красивая, бабушка! Словно фарфоровая статуэтка, но при этом от неё веет такой силой... А отец...
Юми замолчала, подбирая слова. Как описать Сон Джинву?
– Когда он посмотрел на меня, мне показалось, что время остановилось, – продолжила она тише. – Воздух стал тяжелым, как перед сильной грозой. Но потом... он съел мой эклер. И сказал, что у меня талант.
Сунхи удовлетворенно хмыкнула, её морщинистое лицо расплылось в улыбке.
– Значит, не зря я заставляла тебя переделывать заварной крем по десять раз. Путь к сердцу Монарха лежит через правильную консистенцию сливок. Рассказывай дальше, о чем вы говорили? Неужели он просто сидел и ел?
Юми начала подробный рассказ. Она говорила о том, как Сухо поддерживал её под столом, о том, как госпожа Ча расспрашивала про мечту открыть кафе, и о том, как в конце вечера страх сменился странным чувством защищенности.
– Бабушка, они ведь совсем не такие, как пишут в новостях, – подытожила Юми, глядя на свои руки. – Они просто... семья. Очень сильная, пугающая, но любящая.
– Семья — это самое сложное плетение в мире, Юми, – серьезно ответила Сунхи. – И если ты решила войти в эту реку, будь готова к тому, что течение будет сбивать тебя с ног. Но я рада, что ты справилась. Иди спать, завтра нам нужно подготовить заказ для госпожи Ли, она ждет свои лимонные тарты.
Юми кивнула, поцеловала бабушку в щеку и отправилась в свою комнату. Она быстро переоделась в пижаму и нырнула под одеяло. Усталость навалилась мгновенно. Девушка не заметила, как её дыхание стало ровным, а сознание уплыло в царство снов, где пахло карамелью и персиками.
Она не видела, как в углу её комнаты, там, где ночные тени сгущались особенно плотно, пространство вдруг едва заметно дрогнуло.
***
В это же самое время в рабочем кабинете особняка семьи Сон царил полумрак. Единственным источником света была настольная лампа, отбрасывающая длинные тени на книжные полки. Сон Джинву стоял у окна, заложив руки за спину. Его взгляд был устремлен куда-то вдаль, за пределы видимого горизонта.
Дверь тихо скрипнула, и в комнату вошла Ча Хэ Ин. Она подошла к мужу и мягко положила руку ему на плечо.
– О чем ты думаешь? О ней?
Джинву не обернулся, но его голос зазвучал мягче.
– Она необычная. В ней нет магической энергии в привычном понимании, но её воля... она светится. Сухо выбрал девушку с очень сильной душой.
– Она мне понравилась, – улыбнулась Хэ Ин. – В ней есть искренность, которой так мало в нашем кругу. Но я чувствую твоё беспокойство, Джинву.
Монарх Теней наконец повернулся к жене. Его глаза на мгновение блеснули фиолетовым.
– Мир меняется, Хэ Ин. Даже если сейчас всё спокойно, тени прошлого никогда не исчезают бесследно. Сухо — мой наследник. И те, кто захочет ударить по нему, рано или поздно заметят Юми. Она — его самая большая любовь и, следовательно, его самая большая уязвимость.
Хэ Ин вздохнула. Она знала, что муж прав. Быть близким человеком сильнейшего существа на планете — это не только привилегия, но и постоянная опасность.
– Ты уже что-то предпринял? – спросила она, зная ответ наперед.
Джинву слегка наклонил голову.
– Из тени!
В ту же секунду пол в кабинете словно превратился в черную маслянистую лужу. Из неё бесшумно поднялись три фигуры. Они были сотканы из тьмы, их доспехи поглощали свет, а из-под шлемов струилось призрачное синее пламя.
Это были элитные солдаты его армии. Не такие огромные, как Белл или Игрит, но идеально подходящие для скрытного наблюдения.
– Слушайте мой приказ, – голос Джинву стал холодным и вибрирующим от заключенной в нем власти. – Отныне эта девушка под моей защитой. Следуйте за ней повсюду. Не обнаруживайте себя, пока её жизни не будет угрожать реальная опасность. Она не должна знать о вашем присутствии.
Солдаты синхронно преклонили колени, склонив головы в знак абсолютной преданности.
– Идите.
Тени мгновенно рассыпались черным пеплом и втянулись обратно в пол. Теперь они были связаны с тенью Юми. Где бы она ни находилась — на кухне, в парке или в своей постели — верные стражи Монарха будут рядом, готовые разорвать любого, кто посмеет причинить ей вред.
Джинву снова посмотрел в окно. Он чувствовал связь со своими солдатами и знал, что сейчас они уже заняли свои позиции в маленьком домике на окраине города.
***
Юми перевернулась на другой бок во сне. Ей снилось, что она открывает свое кафе. Стены были выкрашены в теплый кремовый цвет, на витринах красовались её лучшие десерты, а за окном цвела сакура. В её сне в углу кафе всегда стоял высокий человек в темном плаще, но он не пугал её. Напротив, его присутствие дарило странное чувство покоя.
Она не знала, что в реальности, в углу её спальни, одна из теней слегка шевельнулась, поправляя невидимый клинок. Солдат Тени внимательно наблюдал за тем, как мерно вздымается грудь спящей девушки. Для него она была приказом господина, но в то же время — чем-то хрупким, что нужно было оберегать любой ценой.
Утром Юми проснулась от звонка будильника. Она потянулась, чувствуя прилив сил. Вчерашний страх казался теперь далеким воспоминанием, чем-то вроде страшной сказки, которая закончилась хорошо.
– Доброе утро, мир! – прошептала она, вставая с кровати.
Она подошла к зеркалу и начала расчесывать свои длинные черные волосы. В отражении она выглядела обычной девятнадцатилетней девушкой: немного сонной, с припухшими после сна губами и копной непослушных прядей. Она и не догадывалась, что в её собственной тени, прямо у её ног, скрыта мощь, способная сокрушить целую армию.
Спустившись на кухню, она застала бабушку за приготовлением завтрака.
– О, проснулась, кондитерская душа, – подмигнула Сунхи. – Сухо уже звонил. Сказал, что заедет через час, хочет помочь тебе с доставкой заказов.
Юми вспыхнула.
– Он серьезно? У него же тренировки в академии.
– Сказал, что ради твоих лимонных тартов он готов пропустить даже лекцию по теории магических потоков, – рассмеялась бабушка. – Иди умывайся, и за работу. Мечты сами себя не исполнят.
Рабочий день начался бурно. Юми обожала этот процесс: взбивание белков до твердых пиков, аромат свежей цедры, тепло духовки. Когда она работала, она забывала обо всем на свете.
Сухо приехал вовремя. Он выглядел как всегда безупречно, хотя сегодня на нем была простая толстовка — он явно не хотел привлекать лишнего внимания.
– Привет, – он подошел к Юми со спины и осторожно обнял её за талию, пока она украшала пирожные. – Как спалось? Мой отец не снился в кошмарах?
Юми обернулась в его руках, испачкав его нос капелькой крема.
– Представь себе, нет. Твой отец оказался очень милым дегустатором. Хотя я всё еще немного в шоке.
Сухо рассмеялся, вытирая нос.
– Он под впечатлением, Юми. И мама тоже. Она утром за завтраком только и говорила о том, что у тебя «стальной стержень под слоями сахара».
Они начали упаковывать коробки. Юми работала быстро и ловко, а Сухо старался не мешаться, хотя его присутствие в маленькой кухне делало пространство уютнее.
Когда они вышли к машине, Юми на мгновение остановилась. Ей показалось, что краем глаза она заметила какое-то движение в кустах у ворот. Что-то темное, промелькнувшее и исчезнувшее за долю секунды.
– Что такое? – спросил Сухо, заметив её замешательство.
– Ничего... – Юми тряхнула головой. – Наверное, просто кошка. Поехали, а то госпожа Ли нас съест вместо тартов, если мы опоздаем.
Сухо улыбнулся и открыл перед ней дверцу машины. Он не сказал ей, что тоже почувствовал это мимолетное присутствие. Но он узнал эту энергию. Это была энергия его отца.
«Значит, ты всё-таки решил присматривать за ней, пап», – подумал Сухо, садясь за руль.
В его душе боролись два чувства: легкое раздражение от чрезмерной опеки и глубокая благодарность. Он знал, что в этом мире нет более надежной защиты, чем тень его отца. И если Джинву признал Юми достойной такой охраны, значит, она действительно стала частью их семьи.
Машина тронулась с места, увозя влюбленных в сторону центра города. А в пустом доме Ким Сунхи, в темном углу гостиной, на мгновение вспыхнули два синих огонька и тут же погасли.
Юми смеялась, рассказывая Сухо какую-то забавную историю из детства, и даже не подозревала, что её путь к мечте теперь освещен не только солнцем, но и защищен самой глубокой тьмой, которая только существовала в этом мире. И эта тьма была на её стороне.