← Назад к обзору

Дочь джозеф Морган

Кровь, сталь и голливудский блеск

В лобби пятизвездочного отеля «Арарат Парк Хаятт» царила приглушенная атмосфера роскоши, которая обычно действовала на Джозефа успокаивающе. Но не сегодня. Он сидел в глубоком кожаном кресле, вертя в руках нетронутый бокал виски. Перед глазами всё еще стоял образ той девушки из парка. Её гордый разворот плеч, копна темных волос и этот взгляд — дикий, непокорный, до боли напоминающий его собственный в зеркале, когда он входил в роль Клауса Майклсона.

– Джозеф, ты выглядишь так, будто увидел привидение, – Фиби присела на край столика, внимательно вглядываясь в лицо коллеги. – Или ты всё еще под впечатлением от того русского «рыцаря» на черном танке?

– Это не смешно, Фиби, – глухо отозвался Морган. – Вы видели её глаза? И ту женщину, что прошла мимо нас за пять минут до этого... Анну.

– Ты уверен, что это была она? – Дэниэл Гиллис подошел к ним, ослабляя узел галстука. – Прошло больше двадцати лет, Джо. Люди меняются. Москва — огромный город, вероятность встретить здесь твою бывшую любовь из юности стремится к нулю.

– В этом мире нет ничего случайного, Дэниэл, – Джозеф наконец сделал глоток, чувствуя, как алкоголь обжигает горло. – Я чувствую это. Та девушка... Вероника, кажется, так её назвал тот парень? Она — копия Анны. И в то же время... в ней есть что-то от меня.

Пока актеры обсуждали странное происшествие, черный «Гелендваген» уже миновал оживленные проспекты центра и свернул в тихий охраняемый переулок, где располагалась элитная квартира, принадлежащая структурам Ворона.

В салоне автомобиля стояла тяжелая тишина. Вероника демонстративно отвернулась к окну, прижав ладонь к животу. Она чувствовала, как внутри толкается маленькая жизнь, и это немного утихомиривало её ярость. Но обида на Сашу никуда не делась.

– Приехали, – коротко бросил Шрам, глуша мотор.

Он первым вышел из машины, привычно сканируя взглядом периметр. Шрам был тенью Джокера, его правой рукой и самым верным соратником. Они вместе прошли через такие разборки на Охте, о которых обычные люди даже в кино не видели. Для него Вероника была не просто женой босса, а сестрой, которую нужно было оберегать любой ценой, особенно сейчас.

Джокер открыл дверь со стороны жены и протянул ей руку.

– Выходи, Ника. Хватит дуться.

– Оставь меня в покое, Александр, – она даже не обернулась. – Я могла бы дойти до дома сама, если бы ты не устроил этот цирк перед иностранными туристами. Ты видел их лица? Они решили, что ты меня убивать везешь.

– Мне плевать на туристов, – Джокер усмехнулся, и в его глазах блеснул тот самый опасный огонек, который заставлял конкурентов в Питере бледнеть. – Пусть радуются, что легко отделались. Если бы кто-то из них посмел подойти к тебе ближе, чем на три метра, Шраму пришлось бы доставать ствол.

Он не стал дожидаться, пока она передумает. Снова подхватив её под локоть, Саша практически вытащил её из машины.

– Шрам, проверь почту и свяжись с Углом. Пусть доложит, как там дела на базе. Ерёма звонил, Ворон нервничает из-за нашего отсутствия.

– Сделаю, Саш, – кивнул Шрам. – Завтра в девять утра выезжаем?

– Да. Ника должна выспаться.

Они поднялись в квартиру. Как только дверь захлопнулась, Вероника сбросила туфли и прошла на кухню, чтобы налить себе воды. Джокер шел за ней по пятам, не давая ей пространства, которое она так отчаянно пыталась отвоевать.

– Ты ведешь себя как параноик, – сказала она, оборачиваясь. – Мы в Москве. Здесь нас никто не знает. Это не Питер, где за каждым углом может быть подвох.

– Ты ошибаешься, – он подошел вплотную, упираясь руками в столешницу по обе стороны от неё, заключая в кольцо. – Мои враги не знают границ. И если они узнают, что ты беременна, ты станешь моей самой слабой точкой. Я не могу этого допустить.

– Ты просто боишься потерять контроль, – Вероника коснулась его щеки, и её голос смягчился. – Саш, я не фарфоровая кукла. Я дочь Анны Крыловой, я выросла, зная, что такое трудности.

– Ты дочь Анны, но ты — моя жена, – отрезал он, перехватывая её руку и целуя ладонь. – И завтра мы возвращаемся домой. К Ворону. Под защиту.

Тем временем в другом конце города Анна Крылова сидела на кухне своей небольшой, но уютной квартиры. На столе стояла старая фотография, спрятанная в томик Шекспира. На ней — молодой британец с озорной улыбкой. Джозеф.

Она видела их сегодня в парке. Видела его — того самого человека, который был смыслом её жизни двадцать два года назад. Сердце Анны пропустило удар, когда она узнала его в толпе туристов. Он почти не изменился, только взгляд стал глубже и мудрее. Но она не могла подойти. Не имела права.

Её жизнь давно была связана с миром, в который Джозефу Моргану не было входа. Когда она узнала, что беременна, она испугалась. Испугалась его славы, испугалась, что его семья не примет простую русскую девушку. А потом в её жизни появился Ерёма, человек Ворона, который помог ей выжить, вырастить Нику и защитил их.

Телефон на столе завибрировал. Звонила дочь.

– Да, Ника? – Анна постаралась, чтобы голос не дрожал.

– Мам, мы завтра уезжаем в Питер, – голос Вероники звучал устало. – Саша совсем с ума сошел со своей опекой. Представляешь, сегодня в парке чуть не подрался с какими-то иностранцами, просто потому что они на меня посмотрели.

Анна похолодела.

– С иностранцами? В парке у гостиницы?

– Ну да. Какие-то актеры, кажется. Фиби что-то там... и еще один, такой высокий, в кепке. Он на меня так смотрел, мам... как будто знал меня всю жизнь.

Анна судорожно вздохнула, прижимая руку к груди.

– Ника, послушай меня внимательно. Тебе лучше действительно уехать в Питер. Прямо сейчас, если получится.

– Мам, ты чего? Ты тоже заделалась в параноики? – Вероника усмехнулась. – Саши мне хватает.

– Просто... в Москве сейчас неспокойно. Обещай мне, что не будешь выходить из дома до самого отъезда.

Положив трубку, Анна поняла: прошлое, которое она так старательно закапывала, решило воскреснуть в самый неподходящий момент. Её дочь была замужем за бандитом, её бывший возлюбленный был мировой звездой, а она сама находилась между двух огней.

На следующее утро Москва проснулась под шум дождя. Актеры ТВД собрались в холле для поездки на пресс-конференцию. Джозеф выглядел решительно. Ночью он принял решение.

– Ребята, поезжайте без меня, – сказал он, поправляя воротник пальто. – Я присоединюсь к вам через пару часов.

– Джозеф, не делай глупостей, – Йен положил руку ему на плечо. – Ты хочешь её найти? Ту женщину?

– Я должен знать правду, Йен. Если та девушка — моя дочь, я не могу просто улететь обратно в Атланту и сделать вид, что ничего не произошло.

– Ты видел тех парней, – напомнил Пол Уэсли. – Они не из тех, кто подписывает автографы. У того, со шрамом, под курткой явно был не мобильный телефон.

– Я Майклсон или нет? – Джозеф попытался пошутить, но улыбка вышла кривой. – Я просто поговорю.

Он вышел из отеля и нанял частного детектива через свои связи в России. У него было только имя — Анна и примерный возраст. Но для профессионала этого было достаточно, учитывая, что Анна Крылова когда-то работала переводчиком в театральных кругах.

В это же время на выезде из города черный «Гелендваген» притормозил у заправки. Шрам вышел за кофе, оставив супругов в машине.

– Саш, посмотри, – Вероника ткнула пальцем в экран телефона. – Это же они! Те люди из парка. Смотри, это Джозеф Морган, он играет Клауса в «Первородных». А я-то думала, почему у него лицо такое знакомое.

Джокер мельком взглянул на экран смартфона. На него смотрел мужчина, чьи черты лица — форма носа, разрез глаз — пугающе напоминали черты его собственной жены. Внутри у Саши всё похолодело. Он был не просто бандитом, он был умным и расчетливым человеком. Сопоставить факты — визит звезд в Россию, реакцию Анны на расспросы о отце Ники, странный взгляд туриста в парке — не составило труда.

– Морган, значит... – процедил Джокер. – Актер.

– Ты его знаешь? – удивилась Вероника.

– Слышал. Ника, ложись на заднее сиденье и накройся пледом.

– Что? Зачем?

– Делай, что я сказал! – рявкнул он так, что Вероника вздрогнула и подчинилась.

В зеркале заднего вида Джокер заметил серый седан, который следовал за ними от самого отеля. Он знал этот почерк. Это не были люди Ворона. И это не были конкуренты из Охты. Это был хвост, который явно искал информацию.

– Шрам! – крикнул Джокер другу, который уже возвращался с двумя стаканами кофе. – Бросай всё, уходим! У нас хвост. Похоже, папаша решил поиграть в детектива.

Шрам на ходу запрыгнул в кресло водителя, ударив по газам так, что гравий полетел во все стороны.

– Кто такие? – спросил Шрам, выкручивая руль и уходя в занос, чтобы вклиниться в поток фур на МКАДе.

– Голливудские гастролеры, – Джокер достал пистолет, проверяя обойму. – Решили, что здесь съемочная площадка. Надо объяснить им, что в России сценарии пишутся кровью.

– Саша, не смей! – Вероника приподнялась с сиденья. – Если ты тронешь его...

– Если он полезет в нашу жизнь, я его закопаю, – отрезал Джокер. – Мне плевать, сколько у него миллионов подписчиков. Ты — моя семья. И я не позволю какому-то заезжему клоуну разрушить то, что мы строили годами. Шрам, уходи дворами, потом на трассу. Нам нужно добраться до Питера. Там наши правила.

Машина неслась по шоссе, разрезая пелену дождя. Джозеф Морган, сидевший в той самой серой машине сопровождения, которую нанял детектив, даже не подозревал, что он только что объявил войну человеку, для которого человеческая жизнь не стоила и гроша.

– Мы теряем их, мистер Морган, – сказал водитель-детектив. – Они профи. Уходят грамотно.

– Не теряйте, – Джозеф сжал кулаки. – Я заплачу втрое. Я должен знать, куда они везут эту девушку.

Он еще не знал, что эта погоня приведет его в самое сердце криминального Петербурга, где его слава не будет значить ничего, а жизнь будет зависеть от того, сможет ли он договориться с пасынком самого Ворона. И где-то там, в тени питерских дворов-колодцев, Анна Крылова уже набирала номер Ерёмы, понимая, что назревает катастрофа, которую она боялась всю свою жизнь.

– Алло, Ерёма? – прошептала она в трубку. – Он здесь. Джозеф здесь. И Саша... Саша может его убить. Сделай что-нибудь. Умоляю.

– Поздно, Аня, – раздался в трубке хриплый голос. – Джокер уже на взводе. А когда Джокер заведен, даже Ворон не всегда может его остановить. Готовься к большой стирке, Москва приехала в гости к Питеру.

Глава закончилась на звуке захлопывающейся двери и реве мощного мотора, уходящего в бесконечную серую даль трассы «Кола». История только начиналась.