← Назад к обзору

Дракон

Шепот бездны и колыбель заката

– Ты слишком напряжен, Сон Джинву, – голос Юми прозвучал мягко, почти невесомо, но в тишине спальни он отозвался громом.

Она сидела у туалетного столика, расчесывая свои иссиня-черные волосы. В зеркале отражались её небесно-голубые глаза, в которых теперь, после той ночи в подземелье, постоянно плясали золотистые искры. На её шее всё еще виднелось багровое пятно — метка Монарха, которую она даже не пыталась скрыть.

Джинву стоял у панорамного окна, глядя на ночной Сеул. Его тень на полу жила своей жизнью: она то удлинялась, то сворачивалась кольцами, словно потревоженный хищник.

– Система не умолкает, – ответил он, не оборачиваясь. – Уведомления приходят каждые пять минут. «Вероятность божественного вмешательства: 87%», «Обнаружены пространственные колебания». Они знают, Юми. Они знают, что одна из печатей сломана.

Юми отложила гребень и встала. На ней был лишь легкий шелковый халат, который подчеркивал её идеальную фигуру. Она подошла к Джинву со спины и обняла его, прижавшись щекой к его широким лопаткам.

– Пусть знают, – прошептала она. – Ты ведь не боишься их, правда? Монарх Тени, который поставил на колени саму Смерть, не может бояться кучки высокомерных божков.

– Я боюсь не за себя, – Джинву развернулся в её объятиях и взял её лицо в свои ладони. – Ты еще не восстановилась. Твоя мана нестабильна. Если они ударят сейчас, используя остатки твоих печатей как проводник...

– Они не успеют, – перебила она его, и в её глазах на мгновение вертикально вытянулись зрачки, как у истинного дракона. – Потому что у нас есть то, чего нет у них. У нас есть время. И у нас есть общий враг.

В этот момент пространство комнаты внезапно сгустилось. Тени по углам зашипели, а Бер и Игрис, находившиеся в тени своего господина, одновременно проявились, преклонив колени. Их ауры были напряжены до предела.

– Мой Король! – голос Бера дрожал от ярости. – Незваный гость на границе восприятия! Разрешите мне вырвать его сердце!

Джинву поднял руку, призывая генерала к тишине. Он и сам почувствовал это. Воздух в пентхаусе запах озоном и старой бумагой. Прямо посреди комнаты реальность начала трескаться, как тонкий лед, и из золотистого разлома вышел человек.

Это был старик, одетый в простые белые одежды, расшитые золотыми нитями. В его руках был посох, увенчанный глазом, который, казалось, видел всё мироздание сразу. Нефритовый Император не пришел лично, но его Аватара обладала достаточной мощью, чтобы заставить стены здания стонать от давления.

– Сон Джинву, – старик заговорил, и его голос вибрировал на частоте, недоступной человеческому уху. – Ты переступил черту. Связь с Королевой Драконов — это не просто каприз. Это акт войны против небесного порядка.

Джинву сделал шаг вперед, закрывая собой Юми. Его глаза вспыхнули фиолетовым пламенем, а за спиной материализовались кинжалы, от которых исходил холод самой бездны.

– Твой порядок устарел, старик, – голос Монарха был подобен рокоту надвигающегося шторма. – Ты пришел сюда угрожать мне в моем собственном доме? Ты забыл, кто я такой?

Аватара Императора слегка наклонила голову, и глаз на посохе сузился.

– Мы помним, кто ты. Но ты — лишь тень того, что было раньше. А она... – старик указал пальцем на Юми. – Она — пламя, которое должно быть запечатано. Если вы продолжите этот союз, вы породите нечто, что не сможет контролировать даже Система. Вы породите Конец.

Юми вышла из-за спины Джинву. Её кожа начала светиться мягким золотом, а шрамы на спине, скрытые под халатом, запульсировали в такт её участившемуся сердцебиению.

– Вы всегда боялись того, что не можете контролировать, – сказала она, и её голос обрел пугающую глубину. – Вы запечатали меня не потому, что я была злом, а потому, что я была свободна. Джинву дал мне больше, чем просто свободу. Он дал мне цель.

– Цель? – Аватара горько усмехнулась. – Ваша цель — уничтожение баланса. Система уже начала перестройку. Скоро подземелья S-ранга покажутся вам детской площадкой. Тарахта уже пробудился. И он идет за своей королевой.

При упоминании этого имени Юми вздрогнула. Джинву почувствовал её страх — древний, укоренившийся в самой её сути.

– Кто такой Тарахта? – спросил Джинву, не сводя глаз с посланника небес.

– Мой брат, – ответила Юми вместо старика. Её голос дрожал. – Предатель. Тот, кто помог богам наложить на меня печати в обмен на бессмертие. Он — пожиратель драконов. И если он здесь, значит, небеса действительно в отчаянии.

Аватара Императора начала медленно растворяться, но перед окончательным исчезновением старик произнес:

– У вас есть семь дней до того, как печати начнут разрушаться окончательно. Сделай выбор, Монарх Тени. Спаси этот мир, убив её, или позволь ей сжечь всё, что тебе дорого.

Когда разлом закрылся, в комнате воцарилась тяжелая, липкая тишина. Бер и Игрис всё еще стояли в боевых позах, ожидая приказа.

– Джинву... – Юми коснулась его руки. Её пальцы были ледяными. – Он не лгал. Тарахта... он почувствовал мою связь с тобой. Он придет, чтобы забрать мою силу и твою тьму.

Джинву обернулся к ней. Его лицо было непроницаемым, как маска из черного мрамора. Он молча подошел к ней и притянул её к себе, обнимая так крепко, словно боялся, что она исчезнет прямо сейчас.

– Никто не заберет тебя у меня, – прорычал он ей в волосы. – Ни боги, ни их ручные драконы. Если Система хочет Конца — она его получит. Но это будет не твой конец. Это будет конец их власти.

Юми подняла голову, глядя на него со смесью надежды и ужаса.

– Ты понимаешь, что он сказал? Семь дней. Моя сила начнет вырываться наружу. Я могу превратить этот город в пепел просто своим дыханием.

Джинву усмехнулся, и в этой усмешке было столько первобытной мощи, что даже Тени внутри него затрепетали.

– Тогда мы уйдем туда, где нет городов. Игрис!

– Слушаю, мой Господин, – рыцарь в багровых доспехах склонил голову.

– Подготовь «Пустоту». Мы переносим домен в междумирье. Бер, собери легион. Патрулировать все точки соприкосновения с реальностью. Любое божественное присутствие уничтожать на месте.

– Слушаюсь! – Бер исчез в облаке черного дыма, издавая ликующий стрекот.

Джинву снова посмотрел на Юми.

– Нам нужно поднять твой уровень привязанности до максимума, – сказал он, и в его голосе прозвучали нотки, от которых у Юми по спине пробежали мурашки. – Система обещала награду за «Королеву». Если мы достигнем порога в 100 баллов до прихода Тарахты, ты получишь контроль над своей силой без печатей.

Юми закусила губу, её щеки вспыхнули.

– И как мы это сделаем? Система говорит, что за «интимную связь» дают 85 баллов. Но нам нужно больше. Нам нужно...

– Нам нужно доверие, – закончил за неё Джинву. – Полное и абсолютное. Я открою тебе доступ к своему источнику маны. Мы синхронизируем наши души. Это риск, Юми. Если я не выдержу твоего пламени, я сгорю. Если ты не выдержишь моей тьмы, ты станешь тенью.

– Я готова, – ответила она без колебаний. – Я лучше сгорю вместе с тобой, чем буду вечно томиться в этих цепях.

– Тогда идем.

Они переместились в «Пустоту» — личное измерение Джинву, где время текло иначе, а законы физики подчинялись его воле. Это было место вечных сумерек, усеянное обломками древних замков и костями гигантских монстров.

Джинву привел её к центру измерения, где пульсировало ядро его силы — огромное озеро черной жидкости, которая казалась живой.

– Садись, – приказал он.

Они сели друг напротив друга, соприкасаясь коленями. Джинву взял её руки в свои. Система мгновенно выдала каскад уведомлений:

[ВНИМАНИЕ!]

[Начата процедура синхронизации душ «Тень и Пламя».]

[Вероятность успеха: 12%.]

[Штраф за провал: Стирание сущностей.]

– Ты видишь это? – спросила Юми, глядя на призрачные окна интерфейса.

– Вижу, – Джинву закрыл глаза. – Игнорируй цифры. Слушай моё сердце.

Он начал направлять свою ману в неё. Это не было похоже на обычное вливание энергии. Это было похоже на то, как если бы он вскрыл свои вены и позволил тьме течь в её золотые каналы. Юми вскрикнула, её тело выгнулось дугой. Из её глаз, ноздрей и рта вырвалось золотое пламя, которое мгновенно окрасилось в фиолетовый цвет.

– Не отпускай! – прохрипел Джинву.

Он чувствовал, как её жар плавит его внутренности. Это была боль, превосходящая всё, что он испытывал раньше. Его кожа начала чернеть и трескаться, но из трещин выходила не кровь, а чистая тьма, которая тут же латала раны.

В её сознании он увидел вспышки прошлого. Тысячелетия одиночества в ледяных пещерах, предательство брата, тяжесть небесных цепей. Он почувствовал её ярость, её тоску по небу, которое у неё отняли.

Юми, в свою очередь, увидела его путь. Маленький, слабый охотник E-ранга, бесконечные смерти в двойном подземелье, тяжесть короны, которую он не просил, но которую несет ради всех остальных. Она почувствовала его одиночество на вершине мира, где нет равных, только слуги.

И в этот момент их боли встретились и узнали друг друга.

[Уровень привязанности: 90... 92... 95...]

– Еще немного... – выдохнула Юми. Её халат давно сгорел, и теперь она сидела перед ним полностью обнаженная, окутанная вихрем из огня и тени. Её татуировка дракона на спине ожила, она извивалась и издавала беззвучный рев.

Джинву потянул её на себя. Когда их тела соприкоснулись, произошел мощный выброс энергии, который отбросил тени на километры вокруг. Это не был секс в обычном понимании — это было слияние двух божественных начал. Каждый толчок его сердца отдавался в её венах, каждая её мысль становилась его собственной.

– Ты... моя... – прошептал он ей в губы.

– А ты... мой... – ответила она, впиваясь ногтями в его плечи.

[ВНИМАНИЕ!]

[Уровень привязанности достиг 100 баллов!]

[Достигнуто условие: «Королева Монарха».]

[Все печати Королевы Драконов аннулированы.]

[Получен навык: «Единство Мироздания».]

[Внимание: Обнаружен преемник.]

Джинву замер. Последнее сообщение Системы заставило его сердце пропустить удар. Он посмотрел на Юми. Она тяжело дышала, её кожа светилась ровным, спокойным светом, а в глазах была такая глубина, которой он не видел никогда раньше.

– Ты слышала? – спросил он.

Юми медленно положила руку на свой живот. Её лицо озарилось улыбкой, в которой было столько нежности, что «Пустота» на мгновение осветилась ярким светом.

– Да, – прошептала она. – Я чувствую его. Искра... тень и пламя. Джинву, мы создали нечто невозможное.

Джинву обнял её, чувствуя, как внутри него закипает новая, защитная ярость. Теперь у него была не просто цель. У него было будущее.

– Теперь пусть приходят, – сказал он, глядя в темное небо своего измерения. – Пусть приходит Тарахта, пусть приходит сам Император. Теперь им придется иметь дело не со мной. Им придется иметь дело с нами.

В этот момент на границе «Пустоты» раздался оглушительный рев. Небо раскололось, и в разлом просунулась гигантская голова дракона, покрытая изумрудной чешуей. Тарахта пришел раньше.

– Отдай мне её, Тень! – голос дракона сотряс горы обломков. – Отдай мне её, и я пощажу твоего выродка!

Джинву медленно поднялся. Его доспехи Монарха Тени материализовались вокруг него, но на этот раз они были украшены золотыми рунами драконьего пламени. Из его спины выросли крылья из чистой тьмы, по краям которых стекал жидкий огонь.

– Бер! Игрис! Клык! – его голос разнесся по всему измерению. – Легион, ко мне!

Миллионы теневых солдат поднялись из земли, их глаза горели новым, фиолетово-золотым светом. Они больше не были просто тенями. Они стали воинами нового мира.

Юми встала рядом с ним. Она раскинула руки, и за её спиной раскрылись огромные золотые крылья. Она больше не была запечатанной королевой. Она была богиней, вернувшей свой трон.

– Брат, – её голос был полон ледяного презрения. – Ты пришел за своей смертью. И я с радостью тебе её подарю.

Джинву взял её за руку, и их маны слились в единый поток, который ударил в небо, заставляя Тарахту взвыть от боли еще до начала битвы.

– Сегодня, – произнес Джинву, глядя в глаза врагу, – мы перепишем историю Системы.

И они бросились в бой — первый Монарх и его Королева, готовые сжечь небеса ради того, что они создали в тишине своей любви. Битва за будущее только начиналась, и Сеул, погруженный в глубокий сон, даже не подозревал, что его судьба решается в сердце бездны, где тень и пламя стали одним целым.

Система в последний раз мигнула уведомлением, которое никто не прочитал:

[Новое задание: Рождение Бога. Награда: Вечность.]