← Назад к обзору

Дракон

Горький вкус бессмертия

Ночной Сеул тонул в неоновом мареве, но для обычных людей эта ночь ничем не отличалась от сотен других. Никто не заметил, как в тени заброшенных доков на окраине города разыгралась короткая, но яростная схватка. Небожители, решившие проверить на прочность пробудившегося Дракона, совершили фатальную ошибку: они недооценили не только Юки, но и того, кто пришел ему на выручку.

Когда Юки, Мори и молчаливый, сосредоточенный Джинву вернулись в квартиру, в воздухе всё еще витал запах озона и паленой плоти божественных сущностей. Юки тяжело дышал. Его божественный облик — черно-золотое кимоно и алые глаза — всё еще не желал исчезать, удерживаемый адреналином битвы. Однако рана на груди, та самая, где он собственноручно вырвал сердце, выглядела скверно. Края не затягивались, а по коже расползались черные вены, пульсирующие в такт его сбитому дыханию.

– Ты слишком долго держал печать сорванной, старый ящер, – Мори отбросил свою спальную повязку на диван и в один прыжок оказался рядом с Юки. – Твое тело отвыкло от такой концентрации хаоса.

Юки попытался отмахнуться, но ноги подвели его. Рост в сто девяносто пять сантиметров и мощная мускулатура сейчас стали обузой — он начал заваливаться назад. Джинву рванулся вперед, чтобы подхватить его, но Мори оказался быстрее. С ловкостью, присущей только Королю Обезьян, он перехватил Юки и, не церемонясь, повалил его прямо на ковер в гостиной.

– Какого черта ты творишь, Мори? – прорычал Юки, пытаясь подняться.

Его вид сейчас был пугающе притягательным и опасным одновременно. Растрепанные черные волосы разметались по полу, алые глаза с вертикальными зрачками горели яростью, а удлинившиеся клыки опасно поблескивали при каждом слове. Влажная от пота кожа отражала свет ламп, подчеркивая каждый изгиб его тренированного тела.

– Лежи и не дергайся, – Мори навис сверху, придавливая плечи Юки к полу. – Сон Джинву, принеси воды. Быстро!

Джинву замер на мгновение, его собственные глаза вспыхнули фиолетовым. Ему не нравилось, как этот парень обращается с Юки, но он видел состояние своего возлюбленного. Черная кровь, сочившаяся из раны, не предвещала ничего хорошего. Он исчез в тени и через секунду появился со стаканом воды.

Мори тем временем выудил из кармана своих помятых брюк небольшую коробочку из темного дерева. Внутри лежали две жемчужно-серые пилюли, источающие резкий травяной аромат.

– Сьешь эти пилюли Дзень Шань, – приказал Мори, поднося одну к губам Юки.

– Нет... – Юки стиснул зубы, его голос вибрировал от сдерживаемой боли. – Засунь их себе в жопу, каменная обезьяна. Это дрянь... она выжжет остатки моей человеческой магии.

– Твоя «человеческая магия» сейчас — это просто мусор, который мешает тебе восстановиться! – Мори не отступал. Его большой палец бесцеремонно вклинился между челюстей Юки, пытаясь разжать их.

– Мори, остановись, если он говорит, что это опасно... – начал было Джинву, делая шаг вперед.

– Опасно — это если его сердце сейчас окончательно превратится в обсидиан! – рявкнул Мори, не оборачиваясь. – Не противься, Юки. Это нужно. Ты быстрее восстановишься.

Юки дернулся, его тело изогнулось, татуировка дракона на спине, казалось, начала светиться тусклым золотом. Он был похож на пойманного в ловушку хищника — прекрасного и смертоносного.

– Да пошел ты... это яд для меня... в нынешнем состоянии... – прохрипел Юки, пытаясь увернуться от пальцев Мори.

Мори раздраженно цокнул языком. Его терпение, и без того не самое крепкое, окончательно лопнуло. Он посмотрел на пилюли, затем на упрямое лицо друга.

– Ладно, ты сам напросился на классический метод.

Прежде чем Юки или ошеломленный Джинву успели среагировать, Мори забросил пилюлю себе в рот, быстро разжевал её и, резко наклонившись, впился в губы Юки.

Джинву почувствовал, как воздух в комнате застыл. Теневые солдаты в его подсознании взревели от ярости, готовые вырваться наружу, чтобы защитить честь своего господина. Но он заставил себя стоять на месте. Он видел, что Мори не целует Юки из страсти — он силой проталкивал лекарство, смешанное с собственной божественной энергией, прямо в глотку Дракона.

Юки издал глухой звук протеста, его руки вцепились в плечи Мори, сминая ткань футболки. Ему пришлось проглотить горькую массу. Как только это произошло, Мори отстранился, тяжело дыша.

Тело Юки мгновенно выгнулось дугой. Каждая мышца его пресса и груди напряглась до предела, кожа стала почти прозрачной, а под ней заструился чистый золотой свет. Рана на груди начала затягиваться с невероятной скоростью: черные вены исчезали, сменяясь здоровой фарфоровой кожей. Через несколько секунд на месте страшного разрыва остался лишь тонкий, едва заметный шрам в форме полумесяца.

Мори, не обращая внимания на испепеляющий взгляд Джинву, приложил ухо к груди Юки.

– Вот так... – прошептал он, прислушиваясь. – Слушай, как бьется. Спокойно, ровно. Как новенькое.

Юки обмяк на полу. Алый цвет начал медленно вымываться из его глаз, возвращая им небесную синеву. Клыки уменьшились, а когти втянулись. Он тяжело дышал, глядя в потолок невидящим взором.

Мори довольно усмехнулся и выпрямился, собираясь что-то сказать, но не успел. Юки, резко придя в себя, нанес молниеносный удар — не рукой, а лбом, вложив в это движение всю свою оставшуюся злость.

Раздался сочный «бум».

– Черт! – Мори отлетел назад, хватаясь за голову и катаясь по ковру. – Мой лоб! Ты что, с ума сошел? Каменная обезьяна здесь ты, а не я!

Юки приподнялся на локтях, его лицо исказила гримаса отвращения. Он резко повернул голову в сторону и выплюнул на ковер сгусток густой черной крови — остатки заразы, которую вытеснило лекарство.

– Еще раз... – Юки вытер рот тыльной стороной ладони, его голос всё еще подрагивал. – Еще раз ты полезешь ко мне с этими методами, и я скормлю твой посох твоему же хвосту, которого у тебя нет.

– Ой-ой, какие мы грозные, – простонал Мори, продолжая растирать ушибленное место. – Я спас твою чешуйчатую задницу, а ты дерешься. Джинву, скажи ему!

Джинву подошел к Юки и молча протянул руку, помогая ему подняться. Его взгляд был сложным — смесь облегчения, ревности и глубокой печали. Он чувствовал себя лишним в этом кругу древних существ, которые могли вот так запросто обмениваться ударами и божественными лекарствами.

– Ты в порядке? – тихо спросил Джинву, игнорируя причитания Мори.

Юки посмотрел на него. Гнев в его глазах мгновенно угас, сменившись усталостью. Он оперся на плечо Джинву, чувствуя его тепло.

– Теперь да. Эта обезьяна права, хоть и методы у него варварские. Моя человеческая оболочка едва не сгорела.

Мори наконец перестал скулить и уселся по-турецки, глядя на них двоих. Его взгляд стал необычайно серьезным для такого легкомысленного парня.

– Это только начало, – сказал он, потирая лоб. – Те двое, которых мы прихлопнули в доках, были всего лишь разведчиками. Настоящие игроки еще не пришли. Юки, ты не сможешь вечно играть в человека. Твоя печать теперь как маяк для всех, кто хочет занять твое место в небесной иерархии.

Юки вздохнул и провел рукой по растрепанным волосам.

– Знаю. Но пока что я хочу просто выпить чаю и поспать.

– Я приготовлю, – быстро сказал Джинву. – Иди в душ, я всё уберу.

Юки кивнул и медленно побрел в сторону ванной, его шаги были всё еще немного неуверенными. У самой двери он обернулся к Мори.

– И не смей трогать персики в холодильнике. Они для завтрака.

– Жадина! – бросил ему вдогонку Мори, но в его глазах светилась искра радости от того, что его друг снова в строю.

Когда дверь в ванную закрылась и послышался шум воды, в гостиной воцарилась тяжелая тишина. Джинву стоял у окна, глядя на ночной город, а Мори рассматривал свои руки.

– Ты ведь любишь его, верно? – внезапно спросил Мори.

Джинву не оборачивался, но его тени на полу тревожно дрогнули.

– Больше жизни.

– Тогда будь готов, – голос Короля Обезьян лишился всяких шутливых ноток. – Быть рядом с Драконом — значит всегда ходить по краю бездны. Он пожертвовал многим, чтобы быть здесь, с тобой. Но мир не позволит ему оставаться обычным охотником. Рано или поздно тебе придется решить: сможешь ли ты следовать за ним туда, где нет ни Системы, ни рангов, а есть только вечная война богов.

Джинву медленно повернулся к нему. Его лицо было спокойным, как маска, но в глазах горел холодный, неукротимый огонь Теневого Монарха.

– Я уже решил это давным-давно, Мори. Если небеса захотят забрать его у меня, я поглощу сами небеса.

Мори усмехнулся, обнажая зубы.

– А ты мне нравишься, парень. Может, из тебя и выйдет толк. Ладно, где там этот твой чай? Я чертовски проголодался после драки.

Джинву лишь покачал головой и направился на кухню. Эта ночь изменила всё. Старые правила больше не действовали. В мире, где пробудились Небесный Дракон и Король Обезьян, даже Сильнейшему Охотнику Человечества предстояло стать кем-то большим. Или исчезнуть в тени их величия.

Но глядя на то, как Юки через полчаса вышел из ванной — сонный, в простой футболке, с мокрыми волосами и без всякого пафоса, — Джинву понял одну вещь. Кем бы ни был Юки в прошлом, сейчас он был его Юки. Тем, кто любит персики, умеет вкусно готовить и чье сердце, пусть и восстановленное магией, билось только для него одного.

И ради этого стоило сразиться с любым богом.