← Назад к обзору

Дракон

Пламя и Банановое Парфе

Тишина в пентхаусе Юки была обманчивой. Воздух внутри барьера, который воздвиг юноша, вибрировал от колоссального напряжения. Это была не просто магия — это была плотная, осязаемая энергия двух существ, чья мощь не вписывалась в систему рангов этого мира. Стены дрожали, хотя снаружи, на улицах Сеула, никто не слышал ни звука.

Мори сидел сверху, придавливая Юки к полу. Его дыхание было прерывистым, а золотые искры в глазах пылали ярче, чем когда-либо. Повязка для сна давно валялась где-то в углу, а футболка была разорвана в клочья во время их импровизированного спарринга, который быстро перерос в нечто гораздо более опасное и интимное.

– Юки... – прохрипел Мори, и в этом звуке было столько же жажды боя, сколько и жажды самого парня.

Юки не ответил словами. Его фарфоровая кожа была покрыта испариной, а алые глаза смотрели на Короля Обезьян с вызовом, в котором читалось древнее, первобытное узнавание. Он запустил пальцы в растрепанные коричневые волосы Мори, ощущая их жесткость, и с силой притянул его к себе.

Их поцелуй был подобен столкновению двух звезд. Горячий, страстный, почти болезненный. Юки кусал губы Мори, чувствуя вкус его энергии, а тот отвечал с той же неистовостью, на которую был способен только бог, не знающий границ. В эту ночь барьер Юки едва сдерживал бурю, бушующую внутри пентхауса. Это было возвращение домой — не в дом семьи Сон, а в объятия того, кто помнил его истинное имя еще до сотворения нынешнего мира.

Два дня спустя утро Сеула встретило жителей прохладой и запахом дождя. В небольшом, но элитном кафе в центре города было немноголюдно. Юки сидел за угловым столиком, глядя в окно. На нем была мешковатая черная толстовка, скрывающая его мощную мускулатуру и татуировки, простые брюки и дорогие туфли. Очки он больше не носил — скрывать алый блеск глаз теперь не было смысла, печать была перекована и надежно удерживала его ауру в узде.

Неподалеку, за соседним столиком, сидел Мори. Он выглядел как обычный подросток, если не считать того, что перед ним возвышалась гора сладостей. Огромное банановое парфе, украшенное взбитыми сливками, и три шарика персикового мороженого исчезали с невероятной скоростью. Мори вел себя шумно, привлекая взгляды редких посетителей, но Юки это лишь забавляло. Это была их негласная договоренность: Мори прикрывает его, оставаясь в стороне, но готовый вмешаться в любую секунду.

Дверь кафе открылась, и колокольчик над ней звякнул, возвещая о прибытии гостей. В зал вошли трое. Сон Джин Ву шел впереди, его лицо было непроницаемой маской, но глаза лихорадочно искали младшего сына. Следом шла Чэ Хэ Ин, чьи руки заметно дрожали, и Сон Сухо, выглядевший так, будто он не спал все эти двое суток.

Юки не встал. Он лишь слегка кивнул, указывая на свободные стулья напротив себя.

– Садитесь, – произнес он ровным, лишенным эмоций голосом.

Семья Сон опустилась на стулья. Тишина, повисшая над столиком, была тяжелой, как свинец. Официантка, подошедшая было предложить меню, почувствовала исходящее от присутствующих давление и, побледнев, поспешно ретировалась.

– Юки... – первой заговорила Хэ Ин, протягивая руку к сыну, но он едва заметно отодвинулся. – Слава богу, ты в порядке. Мы места себе не находили. Почему ты не вернулся домой? Мы... мы можем всё обсудить.

Юки перевел взгляд на мать. В его глазах не было злости, только бесконечная, выжженная пустота.

– Домой? – он слегка наклонил голову набок. – У этого слова много значений. Но то место, где я готовил ужины, пока вы обсуждали подвиги Сухо, больше не является моим домом.

– Брат, не говори так, – подал голос Сухо, его лицо исказилось от боли. – Мы виноваты, мы признаем это. Отец... он всё понял. Мы изменимся. Мы станем настоящей семьей.

Юки посмотрел на старшего брата. Раньше этот взгляд заставил бы его почувствовать себя неполноценным, но теперь Сухо казался ему маленьким ребенком, играющим в солдатики.

– Сухо, ты не понимаешь, – мягко сказал Юки. – Дело не в обиде. Обида — это человеческое чувство. То, что произошло на Сикоку, не было капризом подростка. Я сорвал печать, которая связывала меня с этим миром и с этой фамилией. Сон Юки, твой младший брат, умер там, в центре острова. То, что сидит перед вами сейчас — лишь оболочка, сохранившая его память.

– Ты всё еще мой сын, – твердо произнес Сон Джин Ву. Его голос вибрировал от скрытой мощи. – Какую бы силу ты ни пробудил, какая бы древняя сущность в тебе ни жила, твоя кровь — моя кровь. Я не позволю тебе просто исчезнуть.

Юки наконец посмотрел отцу прямо в глаза. Столкновение их воль было коротким, но разрушительным. Стакан с водой на столе пошел трещинами.

– Твоя кровь? – Юки усмехнулся, обнажая острые клыки. – Джин Ву, ты — Монарх Теней. Ты повелеваешь мертвыми. Но я — Небесный Дракон. Я повелеваю самим небом. Твоя кровь была лишь сосудом, в котором я ждал своего часа. Я благодарен тебе за это тело и за то, что ты кормил меня шестнадцать лет. Но на этом наши пути расходятся.

– Кто этот парень за соседним столом? – внезапно спросил Джин Ву, переводя взгляд на Мори, который в этот момент громко хлюпал трубочкой, допивая парфе. – Я не чувствую в нем маны, но от него исходит угроза, которую я не могу игнорировать.

Мори, услышав это, широко улыбнулся и помахал рукой, перепачканной в сливках.

– Это мой друг, – ответил Юки. – И он — единственная причина, по которой я согласился на эту встречу. Он убедил меня, что нужно расставить все точки над «и», прежде чем я окончательно покину Корею.

– Ты уезжаешь? – Хэ Ин всхлипнула. – Куда? Юки, ты еще несовершеннолетний, ты не можешь просто...

– Я могу всё, мама, – перебил её Юки, и в его голосе впервые прорезались божественные нотки, заставившие всех в кафе на мгновение замереть. – Я больше не подчиняюсь законам людей. Я пришел сказать вам, чтобы вы не искали меня. Если вы попытаетесь вмешаться в мою жизнь или использовать Ассоциацию, чтобы выследить меня... я не посмотрю на наше родство.

Джин Ву нахмурился. Его тень на полу начала расширяться, из неё стали доноситься глухие стоны теневых солдат, чувствующих гнев своего господина.

– Ты угрожаешь собственной семье? – тихо спросил он.

– Я предупреждаю, – поправил его Юки. – Вы жили своей жизнью, не замечая меня. Продолжайте в том же духе. У вас есть Сухо. Он — великий охотник, он — ваша гордость. Пусть так и остается. А я... я хочу увидеть этот мир без очков и без лжи.

Мори тем временем доел свое мороженое и, потянувшись, встал. Его присутствие мгновенно заполнило кафе, заставляя Джин Ву напрячься. Король Обезьян подошел к их столику и бесцеремонно оперся рукой о плечо Юки.

– Ну что, ящерица, закончил свои дела? – спросил он, игнорируя тяжелые взгляды семьи Сон. – У нас самолет через два часа. Ну, или мы можем просто перелететь океан, если тебе лень стоять в очереди на регистрацию.

– Мы закончили, – Юки поднялся, его движения были полны хищной грации.

– Подожди! – Сухо вскочил вслед за ним. – Неужели тебе совсем не жаль? Неужели всё, что было между нами — ничего не значит?

Юки остановился у самого выхода. Он обернулся, и на мгновение его взгляд смягчился, напоминая того самого тихого мальчика, который любил готовить персики.

– Мне жаль только одного, Сухо, – тихо произнес он. – Что я так долго пытался заслужить вашу любовь, вместо того чтобы просто быть собой. Но теперь это не имеет значения. Прощайте.

Они вышли из кафе вместе с Мори. Джин Ву сделал шаг, чтобы последовать за ними, но внезапно почувствовал, что его ноги словно приросли к полу. Невидимый, но абсолютно непреодолимый барьер отрезал их от выхода.

– Не стоит, великий Монарх, – донесся до него голос Мори, хотя тот даже не обернулся. – Дай ему пожить своей жизнью. Он это заслужил.

Через мгновение оба силуэта — один в черной толстовке, другой в яркой футболке — растворились в толпе прохожих. Когда Джин Ву наконец смог пошевелиться и выбежать на улицу, там не было ни следа их присутствия. Даже его тени, способные найти любого в этом мире, вернулись ни с чем.

Юки и Мори шли по оживленному проспекту.

– Ну и ну, – Мори закинул руки за голову. – Ты был довольно суров с ними. Особенно с мамой.

– Правда всегда сурова, Мори, – Юки вздохнул, чувствуя, как с его плеч свалился огромный груз. – Если бы я оставил им хоть каплю надежды, они бы никогда не оставили меня в покое. А теперь... теперь я свободен.

– И куда теперь? – Мори хитро прищурился. – В Китай? В Европу? Или, может, заскочим в одно измерение, где подают лучшие персики во всех девяти мирах?

Юки посмотрел на небо. Оно было бескрайним, чистым и звало его к себе.

– Давай начнем с персиков, – улыбнулся он. – Я проголодался.

Два бога, скрытые в телах подростков, зашагали прочь от прошлого, навстречу будущему, которое принадлежало только им. А в кафе на столе осталась лишь пустая креманка из-под бананового парфе и маленькая металлическая цепочка, которую Джин Ву так и не решился отдать обратно. Юки оставил её там навсегда — как последнюю точку в истории мальчика, который слишком долго ждал любви, прежде чем стать легендой.