← Назад к обзору

Дракон

Пепел забытого прошлого

Дождь за окном превратился в настоящую стену воды, смывающую фальшивый блеск элитного района. Сон Юки зашел в свою комнату, которая всегда казалась ему чужой — слишком стерильной, слишком пустой. Он не стал брать много. Пара смен одежды, кулинарный нож ручной работы, который он купил на свои честно заработанные деньги, и небольшая коробка со спелыми персиками — его единственная слабость.

Юки натянул на голову глубокий капюшон темной куртки. Тень Игриса, высокая и непоколебимая, застыла у него за спиной, словно изваяние из живой тьмы.

– Игрис, – не оборачиваясь, произнес Юки, и его голос звучал как хруст ломающегося льда. – Я ухожу навсегда. Я не Теневой Монарх и не наследник этой фамилии. Ты волен остаться здесь, со своим создателем, или пойти за мной в неизвестность. Выбирай сейчас.

Рыцарь не колебался ни секунды. Он склонил голову, и его алый плюмаж коснулся пола. Это было безмолвное, но абсолютное отречение от старого господина в пользу того, чья душа сияла ярче любого солнца.

– Хорошо, – Юки закинул рюкзак на плечо. – Идем.

Они покинули квартиру через балкон, растворившись в дожде и сумраке, прежде чем Джинву смог прийти в себя. У Юки было место, о котором не знал никто — небольшой старый дом на окраине города, купленный через подставных лиц. Там он мог быть собой. Там он мог готовить, тренироваться и ждать, когда печать в его сердце окончательно рассыплется в прах.

***

В тренировочном зале элитного пентхауса повисла удушливая тишина. Сон Джинву сидел на полу, прижимая к груди раздробленную кисть. Его регенерация, способная восстанавливать целые конечности за секунды, работала медленно, словно сама сила Теневого Монарха была подавлена мощью младшего сына.

Ча Хэ Ин тяжело дышала, прижимая ладони к шее. На ее бледной фарфоровой коже отчетливо проступали иссиня-черные синяки — следы пальцев Юки. Она смотрела в пустоту, и в ее глазах, обычно таких решительных, плескался первобытный ужас.

– Что... что это было? – прохрипел Сон Сухо, с трудом поднимаясь на ноги. Его лицо было бледным, а на губах все еще виднелась кровь. – Отец, почему ты позволил ему?! Ты должен был раздавить его за то, что он сделал с мамой!

Джинву не ответил. Он чувствовал, как его собственные тени внутри него дрожат. Они не горели желанием мстить. Они боялись.

Внезапно пространство в центре зала подернулось рябью, и из нее выступил Игрис. Но он не подошел к Джинву. Он встал в нескольких метрах, окруженный аурой, которая больше не принадлежала армии теней Монарха.

– Игрис? – Джинву поднял на него тяжелый взгляд. – Ты нашел его? Верни его назад. Это приказ.

Рыцарь медленно покачал головой. Его голос, который Джинву слышал крайне редко, прозвучал металлическим рокотом, наполненным горьким разочарованием.

– Мой король... я сделал свой выбор.

– О чем ты говоришь? – закричал Сухо, пытаясь сделать шаг вперед, но давление ауры Игриса заставило его пошатнуться. – Ты — тень моего отца! Ты обязан подчиняться!

– Вы все перестали быть людьми, – Игрис проигнорировал выпад «золотого мальчика», обращаясь напрямую к Джинву и Хэ Ин. – В погоне за величием, в стремлении создать идеального наследника, вы забыли, что значит быть семьей. Вы предали молодого господина Юки задолго до того, как он поднял на вас руку.

– Мы защищали его! – выкрикнула Хэ Ин, и ее голос сорвался на крик. – Мы запечатали его силу, чтобы он мог жить обычной жизнью! Чтобы боги не нашли его!

– Вы лжете себе, – Игрис сделал шаг назад, его фигура начала тускнеть. – Вы запечатали его, потому что боялись правды. Молодой господин — не просто человек. Он перерождение Небесного Дракона, Чехон Тэсона. Он выбрал вас в качестве семьи, надеясь найти здесь тепло, которое искал веками. Но вы провалились. Вы видели в нем лишь помеху для своего совершенного Сухо.

– Небесный Дракон? – Джинву нахмурился, в его памяти всплыли древние легенды, которые он слышал в глубинах порталов. – Это невозможно. Это божество из другого мира...

– Он был вашим сыном, – отрезал Игрис. – А теперь он — ваша погибель, если вы решите встать у него на пути. Я ухожу к своему истинному господину.

С этими словами великий рыцарь окончательно растворился в воздухе, оставив после себя лишь запах озона и горечи.

***

Юки стоял на кухне своего нового убежища. Здесь пахло деревом и сушеными травами. Он методично нарезал персики, его движения были точными и успокаивающими. На плите уже закипал чай.

Он чувствовал, как внутри грудной клетки, прямо за грудиной, пульсирует нечто раскаленное. Печать больше не была монолитом. С каждым ударом сердца он видел вспышки: золотое небо, бесконечные горы и смех человека, чьи глаза светились крестами.

– Джин Мори... – прошептал Юки, пробуя это имя на вкус.

Оно отозвалось в нем волной такой нежности и тоски, что он на мгновение зажмурился. Он вспомнил. Не всё, лишь обрывки, но этого было достаточно. Он вспомнил, как они сражались спина к спине против легионов богов. Вспомнил, как Мори обещал найти его, в какую бы дыру мироздания его ни забросило перерождение.

– Ты уже близко, верно? – Юки посмотрел на свои руки.

Кожа на них начала светиться мягким лазурным светом. Татуировка на плече зашевелилась, лепестки цветов на рисунке словно распускались под действием внутренней магии.

Он знал, что процесс снятия печати будет мучительным. Чтобы полностью вернуть себе суть Небесного Дракона, его нынешнее человеческое сердце должно остановиться. Его нужно будет буквально вырвать, сжать в кулаке, чтобы уничтожить последние оковы, наложенные Джинву, и восстановить заново из чистой божественной энергии.

Это была цена за возвращение домой. И Юки был готов заплатить её.

***

Где-то в складках пространства, между мирами, Джин Мори несся вперед, рассекая вакуум. Его полет был подобен комете. Он чувствовал, как резонирует его собственная сила с той, что пробуждалась в Сеуле.

– Еще немного, мой Дракон, – Мори сжал кулак, и вокруг него заискрились молнии. – Я уже вижу твой свет.

Он знал, что те, кто называл себя семьей Юки, не отпустят его так просто. Монархи, охотники, боги — для Мори они были лишь пылью на дороге к его супругу.

– Если они посмеют коснуться тебя снова... – лицо Короля Обезьян на мгновение стало пугающе серьезным, – я превращу их мир в пепел.

***

Юки закончил готовить. На столе стояла тарелка с идеально нарезанными фруктами и чашка дымящегося чая. Он сел у окна, наблюдая, как молнии разрезают небо над городом.

– Игрис, – позвал он.

Тень появилась из угла комнаты.

– Господин.

– Завтра начнется охота, – Юки отпил чай, его ярко-голубые глаза теперь светились ровным, холодным светом. – Мой отец не из тех, кто признает поражение. Он пришлет за мной своих теней. Моя мать пришлет охотников. Они будут называть это «спасением», но на деле они просто хотят вернуть свою собственность.

– Я защищу вас ценой своего существования, – произнес рыцарь.

– Нет, – Юки улыбнулся, и в этой улыбке было больше от древнего божества, чем от подростка. – Ты будешь просто смотреть. Пришло время показать им, почему небо всегда выше земли.

Он положил руку на грудь, чувствуя, как печать дает последнюю, самую глубокую трещину. Боль была острой, но она приносила облегчение. Сон Юки умирал. Небесный Дракон расправлял крылья.

– Скоро, Мори, – тихо сказал он, глядя на луну, проглядывающую сквозь тучи. – Скоро мы снова будем вместе.

В эту ночь в Сеуле никто не спал спокойно. Теневые солдаты по всему городу выли от невидимой боли, а охотники S-ранга чувствовали, как их сила меркнет перед лицом наступающего рассвета. Эра Монархов подходила к концу. Наступала эра Богов.