← Назад к обзору

Дракон

Пламя былого и шёпот будущего

Горячий пар поднимался над поверхностью термального источника, окутывая каменные чаши белёсой, прозрачной фатой. Здесь, на самой вершине скрытой горы, где реальность переплеталась с миром богов, вода была живой. Она смывала усталость веков, но не могла утолить тот жар, что пылал в жилах Юки.

Он прижимал Мори к гладкому камню берега, чувствуя под ладонями его вздрагивающее, горячее тело. В этом месте, в окружении ночных цветов и под надзором равнодушной луны, Юки больше не был тем тихим подростком из дома Сон. Он был Ливэем — Небесным Драконом, чья страсть была подобна извержению вулкана. Его движения были быстрыми, властными, наполненными первобытной силой, которую он слишком долго сдерживал.

– Мори... – Его голос сорвался на низкий рык.

Юки приподнял ногу мужа, закидывая её себе на плечо, и вошёл ещё глубже, заставляя Царя Обезьян вскрикнуть, запрокинув голову. Мори словно сходил с ума; его пальцы судорожно впивались в плечи Юки, царапая кожу там, где черные татуировки драконов казались раскалёнными. Он слишком долго был один. Слишком долго его сердце было пустым, пока он искал эту искру в бесконечных мирах.

Юки наклонился к самому лицу мужа, ловя его сбивчивое дыхание, и резко укусил Мори за мочку уха, заставляя того вздрогнуть всем телом.

– Ты мой, – прошептал Юки, и в его пронзительно-голубых глазах вспыхнуло золото. – В этой жизни, в прошлой и в каждой следующей.

Он положил широкую ладонь на живот Мори, чувствуя, как там, под кожей, перекатывается божественная энергия. Движения Юки стали чуть медленнее, но тяжелее, наполненные не только страстью, но и какой-то отчаянной, вековой тоской.

– Я хочу детей, Мори, – произнёс он, и это признание прозвучало как клятва. – И в этот раз мы защитим их. Я не хочу снова терять ни тебя, ни нашу кровь.

Мори замер на мгновение, его глаза расширились, а в уголках скопились слёзы, которые тут же смывал пар. Воспоминание, острое и болезненное, как удар меча, пронзило их обоих.

Их дочь. Маленький росток света в мире, полном теней. Она была совсем крошечной, когда Нефритовый Император возжелал её силу. Боги, застывшие в своём бессмертном высокомерии, не могли иметь детей, их суть была статична. Но союз Дракона и Обезьяны породил чудо — жизнь, способную менять законы мироздания. И боги решили забрать это чудо себе. Та война, в которой пал Ливэй, началась не из-за территорий или власти. Она началась из-за колыбели.

– Я уже представляю их, – Юки перевернул Мори, заставляя его упереться руками в камни, и вошёл снова, ещё глубже, словно пытаясь закрепить этот момент в самой вечности. – Двое мальчиков. Один — твоя копия, такой же несносный, с каштановым вихром волос и взглядом, бросающим вызов небесам. А второй — мой. Спокойный, как глубина океана, но с пламенем внутри.

– Да, Юки... да! – Мори выкрикнул его имя, задыхаясь. – Мы вернём всё, что у нас отняли.

Это был самый худший день в их прошлом — когда они потеряли её, когда их миры раскололись, а сами они разлетелись по разным концам сансары. Юки помнил холодный блеск небесного оружия и тишину, наступившую после крика ребёнка. Но сейчас, здесь, тепло воды и жар их тел говорили о другом.

Юки обхватил Мори за талию, притягивая его спиной к своей груди, и начал двигаться в унисон с биением их общих сердец. Каждое движение было словно заживление старой раны.

– Никто не разлучит нас, – Юки впечатал эти слова в кожу на затылке мужа. – Ни твой отец, ни мой «отец», ни все боги, что ещё смеют дышать. Если они придут за нашей семьёй снова, я вырву небеса с корнем.

Мори обернулся, ловя губы Юки своими. Этот поцелуй был со вкусом соли, пара и обещания крови.

– На этот раз я буду сражаться рядом с тобой до конца, мой дракон, – прошептал Мори, когда они наконец затихли, тяжело дыша в объятиях друг друга. – Больше никаких печатей. Никаких тайн.

Вода источника ласкала их уставшие тела. Юки чувствовал, как внутри него, в том самом месте, где раньше была пустота, теперь прорастает новая сила. Это не была мана Теневого Монарха или мощь Системы. Это была сила Творца, способного создавать жизнь из любви и пепла.

Они долго лежали в воде, глядя на звёзды, которые в этом месте казались так близко, что можно было коснуться их рукой. Юки перебирал волосы Мори, наслаждаясь моментом абсолютного покоя.

– Как ты думаешь, – тихо спросил Мори, прикрыв глаза, – Джинву поймёт?

Юки усмехнулся, вспоминая суровое лицо Монарха Теней.

– Он охотник. Он понимает только силу и преданность. Когда он увидит, кто я на самом деле, он поймёт, что я никогда не принадлежал его тени. Но я благодарен ему за то, что он хранил моё тело, пока моё сердце было заперто.

– Он будет в ярости, когда узнает, что его «обычный» сын сбежал с Царём Обезьян, – хихикнул Мори, возвращаясь к своему обычному, задорному состоянию.

– Пусть злится, – Юки поднялся из воды, вынося мужа на руках. Его атлетическое тело сверкало в лунном свете, а татуировки теперь светились мягким голубым светом. – Теперь у него есть Сухо. А у меня есть ты. И скоро... скоро нас станет больше.

Он нёс Мори к дому, ступая по ковру из опавших лепестков персика. Запах плодов был здесь повсюду — сладкий, пьянящий, обещающий новую жизнь. Юки знал, что впереди их ждут испытания. Боги не прощают побегов, а Монархи не любят терять контроль. Но глядя на спящее лицо Мори у себя на плече, он понимал: он готов сжечь весь мир, если это потребуется, чтобы защитить этот маленький рай.

Ливэй вернулся. И на этот раз Дракон не намерен падать.