← Назад к обзору

Дракон

Отцы-одиночки на полставки

Воздух в международном аэропорту Инчхон, казалось, вибрировал от скрытой мощи. Обычные люди проходили мимо, не замечая ничего странного, но любой охотник ранга B и выше почувствовал бы, как по их коже пробегает ледяная дрожь, смешанная с золотистыми искрами чистой, первородной энергии.

Сон Юки шел сквозь терминал с той самой небрежной грацией, которая выдавала в нем хищника высшего порядка. На нем было длинное кашемировое пальто, скрывающее татуировки, но его небесно-голубые глаза светились так ярко, что прохожие невольно отводили взгляд. Рядом с ним, приплясывая от нетерпения, шел Джин Мори. Король Обезьян выглядел непривычно собранным, хотя его широкая улыбка всё равно обещала миру кучу неприятностей.

Но главной причиной того, почему вокруг пары образовался вакуум из испуганных пассажиров, были не сами легендарные личности, а два одинаковых рюкзака-кенгуру, закрепленных на их груди.

– Юки, я всё еще чувствую себя предателем, – прошептал Мори, поправляя сползающую панамку на голове Хару. – Посмотри на него, он так доверчиво пускает пузыри. А мы сдаем его «бабушке и дедушке», чтобы уехать на остров и целыми днями... ну, ты сам знаешь.

– Мори, мы не спали нормально с тех пор, как они научились ползать, – Юки поправил лямку своего рюкзака, где мирно сопел Рюу. – Если мы не проведем эти две недели в тишине, я боюсь, что Небесный Дракон сойдет с ума и заморозит всю Азию просто ради того, чтобы никто не шумел. Нам нужен этот отдых. Семья сама напросилась.

– Ты прав, – Мори вздохнул, но тут же хитро прищурился. – Но ты же понимаешь, что твой отец — Монарх Теней? Он командует армией мертвецов. Он не привык к тому, что кто-то командует им. А Хару... Хару — это маленькая версия меня. Он не признает авторитетов, даже если они пахнут смертью.

– Тем интереснее будет посмотреть на результат, – Юки усмехнулся, завидев у выхода знакомую черную машину и стоящую рядом делегацию.

Сон Джинву и Ча Хэ Ин ждали их, словно готовились к самому важному рейду в своей жизни. Хэ Ин сжимала в руках список вопросов, который Юки прислал ей накануне (там было тридцать пунктов, включая «что делать, если у Рюу вспыхнут глаза синим»), а Джинву выглядел подозрительно сосредоточенным. За его спиной Беру и Игрис стояли в невидимости, но Юки чувствовал их нервное колыхание. Кажется, даже тени Монарха понимали, что их ждет испытание похлеще войны с Правителями.

– Мы на месте, – Юки остановился перед родителями. – Всё в силе? Вы не передумали? Еще можно развернуть самолет обратно в Пекин.

– Ни за что! – Хэ Ин тут же протянула руки к Хару. – Дай мне его скорее. Мы подготовили весь второй этаж. Купили лучшие игрушки, наняли поваров для детского меню...

– Повара не нужны, – отрезал Юки, осторожно передавая Рюу на руки отцу. – Я оставил в холодильнике замороженные порции моего приготовления. Другое они могут не принять. И помните: если Хару начнет светиться золотом — просто дайте ему персик. Это его успокаивает. А если Рюу начнет замораживать пол — наденьте на него шерстяные носки, это блокирует его каналы на ранней стадии.

Джинву держал внука так, словно тот был сделан из тончайшего стекла. Рюу приоткрыл один глаз, посмотрел на деда, узнал знакомую «темную» ауру и, издав тихий звук, похожий на довольное урчание, уткнулся носом в его плечо.

– Я справлюсь, Юки, – твердо сказал Джинву, хотя по его лбу скатилась капелька пота. – Я управляю миром теней. Неужели я не справлюсь с двумя младенцами?

– Пап, мир теней подчиняется приказам, – вставил Сухо, выходя из-за машины. – А эти двое... я видел, как Хару вчера пытался съесть хвост Кинтоуна. Удачи тебе.

– Сухо, ты тоже в деле, – Юки строго посмотрел на брата. – Ты — оперативная поддержка. Если мама устанет, ты идешь на смену. И никакой магии при них! Они копируют всё мгновенно. Мы не хотим, чтобы через неделю дом Сон превратился в ледяной замок с прыгающими обезьянами.

– Мы всё поняли, – Хэ Ин сияла от счастья, прижимая к себе Хару. – Езжайте. Отдыхайте. Мы будем присылать отчеты каждые три часа.

– Каждые двенадцать часов, – поправил Мори, обнимая Юки за плечи. – Мы хотим отключить телефоны. Пожалуйста.

Юки еще раз окинул взглядом свою семью. Великий Монарх Теней с младенцем на руках, лучшая охотница Кореи с сумкой подгузников и «золотой мальчик» Сухо, который уже пытался незаметно скормить Хару шоколадку.

– Ну, с богом, – прошептал Юки.

***

Первые три часа в доме Сон прошли в подозрительной тишине. Рюу и Хару изучали новую территорию.

– Смотри, Джинву, они такие спокойные, – Хэ Ин умиленно наблюдала, как близнецы ползают по ковру в гостиной. – Юки просто слишком тревожный отец.

Джинву сидел в кресле, не сводя глаз с внуков. Его чувства были обострены до предела.

– Хэ Ин, Хару только что посмотрел на люстру так, словно собирается на ней поселиться.

– Не выдумывай, он просто...

Договорить она не успела. Хару, издав радостный визг, внезапно оттолкнулся от пола с такой силой, что ковер под ним пошел складками. Малыш взлетел на три метра вверх, уцепился за хрустальную подвеску люстры и начал раскачиваться, заливаясь смехом.

– Беру! – рявкнул Джинву.

Тень верховного муравья мгновенно материализовалась в воздухе, пытаясь поймать ребенка. Но Хару, почувствовав азарт, ловко увернулся от когтистых лап, перепрыгнул на карниз и замер там, победно глядя на взрослых сверху вниз. Его зрачки-звезды светились ярким золотом.

– О боже... – Хэ Ин схватилась за сердце. – Сухо, неси лестницу! Или персик! Юки говорил про персик!

В этот момент Рюу, оставшийся на полу, почувствовал себя обделенным вниманием. Он надул губы, и температура в комнате мгновенно упала на десять градусов. По дорогому паркету пополз иней, превращая гостиную в каток.

– Игрис, держи Рюу! – скомандовал Джинву, вскакивая с места.

Верный рыцарь теней появился из пола, но тут же поскользнулся на свежем льду и с глухим стуком доспехов растянулся на полу. Рюу, увидев это зрелище, захлопал в ладоши, и из его крохотных ладошек вылетел сноп ледяных игл, которые пригвоздили полы плаща Игриса к паркету.

– Сон Сухо! – закричала Хэ Ин. – Где персики?!

Сухо влетел в комнату, размахивая тарелкой с фруктами.

– Я здесь! Хару, смотри, вкуснятина! Спускайся!

Хару посмотрел на дядю, затем на люстру, затем на персик. В его маленькой голове шел сложный мыслительный процесс. В итоге жадность победила — он разжал руки и камнем рухнул вниз. Сухо едва успел подставить руки, принимая на себя вес ребенка, который весил в три раза больше обычного младенца из-за своей плотности силы.

– Поймал... – выдохнул Сухо, оседая на пол. – Он тяжелый, как наковальня!

Тем временем Джинву пытался договориться с Рюу. Он присел перед внуком на корточки, стараясь сделать лицо как можно более дружелюбным.

– Рюу, малыш, давай мы не будем превращать дом в ледник? Бабушке холодно.

Рюу посмотрел на деда своими пронзительными голубыми глазами, точь-в-точь как у Юки. В этом взгляде читалась такая мудрость и ирония, что Джинву на мгновение стало не по себе. Малыш протянул руку и коснулся щеки Монарха. Холод был обжигающим.

– Ты хочешь играть? – догадался Джинву. – Хорошо. Беру, Игрис... в строй.

Спустя час гостиная превратилась в поле битвы. Верховные тени, способные уничтожать армии, теперь играли в «ку-ку» и «догонялки» с двумя полубогами. Беру изображал самолетик, катая Хару на спине, а Игрис послушно позволял Рюу замораживать свои щиты, чтобы потом малыш мог их разбивать маленьким пластмассовым молоточком.

– Юки нас убьет, если узнает, – прошептала Хэ Ин, вытирая пот со лба и наблюдая, как её муж — великий правитель теней — строит замок из кубиков, которые Рюу тут же превращает в ледяные глыбы.

– Юки здесь нет, – Джинву сосредоточенно устанавливал верхушку башни. – И если мы выживем в эти две недели, я потребую у Ассоциации статус S-ранга за присмотр за детьми. Это сложнее, чем зачистка двойного подземелья.

***

Вечер первого дня выдался еще более эпичным. Наступило время купания.

– Я пойду первым, – вызвался Сухо. – Что там сложного? Вода, пена, уточки.

Через пять минут из ванной раздался грохот, всплеск и крик Сухо. Когда родители вбежали внутрь, они увидели, что Хару решил использовать воду как опору. Он бегал по поверхности воды в ванне, создавая такие волны, что Сухо был промокшим до нитки. Рюу же сидел в другом конце ванны и методично превращал теплую воду в кубики льда, которыми потом кидался в дядю.

– Они синхронизируются! – в ужасе крикнул Сухо, уворачиваясь от ледяного снаряда. – Мама, они используют тактику «молот и наковальня»!

Джинву вздохнул и просто призвал Кайсела. Огромный теневой дракон, уменьшившись до размеров крупной собаки, втиснулся в ванную. При виде настоящего дракона оба младенца замерли. Рюу с благоговением уставился на теневое существо, чувствуя родство, а Хару просто решил, что это новая большая игрушка.

– Мыться, – коротко приказал Джинву.

Дети, завороженные Кайселом, наконец притихли.

Когда их, чистых и пахнущих детским мылом, наконец уложили в кроватки, в доме воцарилась тишина. Хэ Ин, Джинву и Сухо сидели в гостиной, чувствуя себя так, словно по ним проехался танковый батальон.

– Юки говорил, что они любят музыку, – вспомнила Хэ Ин, тяжело дыша. – Завтра нужно включить что-нибудь спокойное.

– Завтра нужно укрепить стены, – проворчал Сухо, осматривая трещину на потолке, оставленную Хару. – Отец, ты видел, как Хару смотрел на твой кинжал? Я думаю, он пытался его призвать.

Джинву промолчал. Он смотрел на свои руки, которыми только что укачивал Рюу. Холод внука всё еще чувствовался на коже, но это был приятный холод.

– Знаете, – тихо сказал Монарх Теней, – Юки рос в тишине. Мы не слышали его смеха, мы не видели, как он разрушает комнаты. Мы думали, что это хорошо. Что он «идеальный».

Хэ Ин грустно кивнула.

– А эти двое... они громкие. Они опасные. Они — хаос. Но в этом хаосе столько жизни, сколько мы никогда не давали Юки. Я рада, что он доверил их нам. Это его способ сказать, что он нас простил.

– Или его способ отомстить за свое детство, – Сухо усмехнулся, потирая ушибленное плечо. – Потому что если они завтра решат поиграть в «охотников», я уволюсь из Ассоциации.

***

Прошло десять дней.

Юки и Мори сидели на берегу океана, наслаждаясь закатом. Телефоны были выключены, мир казался бесконечно далеким и спокойным.

– Знаешь, я начинаю скучать, – Мори потянулся, демонстрируя идеальный пресс. – Не хватает этого звука... когда что-то разбивается в соседней комнате.

– Не каркай, – Юки пригубил коктейль. – Я уверен, у родителей всё под контролем. Мой отец — сильнейший человек на планете. Моя мать — легенда фехтования. Сухо — восходящая звезда. Что могут сделать два годовалых ребенка против такой мощи?

– Ты недооцениваешь гены Короля Обезьян, Юки. И своего Дракона тоже.

Юки улыбнулся и прикрыл глаза.

– Наслаждайся тишиной, Мори. Скоро нам возвращаться.

***

В это же время в Сеуле.

Дом семьи Сон выглядел так, словно по нему прошел тайфун, а затем его заморозили и снова разморозили.

Джинву сидел на полу в окружении сотни теневых солдат. Но они не сражались. Они стояли в длинную очередь. Хару, сидя на плечах у Игриса, раздавал «приказы», размахивая игрушечным посохом, который Мори сделал ему из обломка какого-то божественного дерева.

– В атаку! – лопотал Хару, указывая на гору подушек.

Тени послушно бросались на подушки, имитируя эпическую битву.

В другом углу Рюу сидел на коленях у Хэ Ин. Она читала ему книгу о древних драконах, а мальчик внимательно слушал, время от времени создавая из инея маленькие фигурки персонажей прямо на страницах книги.

– Смотри, Джинву, он создал маленького тебя! – Хэ Ин рассмеялась, указывая на ледяную фигурку воина с двумя кинжалами.

Джинву подошел к ним, чувствуя невероятную усталость, но и странное, забытое чувство полноты.

– Они выпили всю ману из Игриса, – сообщил Сухо, вваливаясь в комнату. Он был покрыт какой-то липкой субстанцией, подозрительно похожей на клубничное варенье. – Хару решил, что Игрис — это отличный холст для рисования едой. Отец, твои солдаты на грани дезертирства. Беру вообще спрятался в тени и отказывается выходить, пока «маленький господин» не перестанет пытаться оторвать ему крылья.

– Еще три дня, Сухо, – Джинву поднял Рюу на руки. – Мы должны выстоять.

– Я больше не могу, – Сухо рухнул на диван. – Юки — монстр. Как он справляется с ними каждый день? Один?

– У него есть Мори, – напомнила Хэ Ин. – И у него есть то, чего нет у нас — терпение дракона.

В этот момент Хару, уставший от командования армией, спрыгнул с Игриса и подбежал к Сухо. Он посмотрел на дядю своими большими глазами, в которых на мгновение отразилась вся мудрость Короля Обезьян, и протянул ему обслюнявленную печеньку.

– Дя-дя... – пролепетал он.

Сухо замер. Вся его усталость, всё раздражение и желание сбежать куда-нибудь в Антарктиду мгновенно испарились. Он взял печеньку и неловко обнял племянника.

– Ладно, мелкий. Ты победил. Пошли играть в «захват крепости». Но чур подушки не замораживать!

Джинву смотрел на эту сцену и понимал: эти две недели были нужны не только Юки и Мори. Они были нужны им. Чтобы понять, что сила — это не только разрушение и уровни. Что настоящая мощь — это способность выдержать удар маленькой ручкой по лицу и в ответ просто улыбнуться.

***

Когда через три дня Юки и Мори вошли в дом, они ожидали увидеть руины. Или, по крайней мере, очень злых родственников.

Вместо этого они застали идиллическую картину. В гостиной, на огромном матрасе, расстеленном прямо на полу, спали все: Джинву, Хэ Ин, Сухо и посреди них, обняв дедушку за шею, спал Рюу, а Хару уютно устроился на животе у Сухо. Вокруг них незримым караулом стояли тени, держа в руках детские бутылочки и погремушки.

Юки замер на пороге, чувствуя, как в горле встает ком.

– Смотри-ка, – прошептал Мори, – они их не просто не убили. Они их приручили.

– Или наоборот, – Юки улыбнулся, чувствуя, как лед внутри него окончательно тает.

Джинву приоткрыл глаза, почувствовав ауру сына. Он не вскочил, не призвал оружие. Он просто приложил палец к губам, призывая к тишине.

– Вы вернулись, – одними губами произнес Монарх Теней. – Тише. Мы только что их уложили. Это была битва за завтрак, и мы едва победили.

Юки подошел к отцу и сел рядом на пол. Он посмотрел на своих детей, на своих родителей, на брата.

– Спасибо, пап, – тихо сказал он.

– Не благодари, – Джинву осторожно переложил спящего Рюу на руки Юки. – Но в следующий раз... давай ограничимся выходными. Мои тени начинают требовать отпуск по уходу за ребенком.

Юки рассмеялся — тихо, счастливо. Он прижал к себе сына, чувствуя его знакомый холод, и понял, что этот отпуск был лучшим в его жизни. Не потому, что он отдохнул, а потому, что теперь его дети знали: за их спиной стоит не только мощь Небесного Дракона и Короля Обезьян, но и целая армия теней, готовая играть в прятки по первому зову.

Семья Сон наконец-то стала единым целым. И цена этому была всего лишь пара разбитых люстр, замороженный паркет и бесконечное количество съеденных персиков.

– Юки, – позвала Хэ Ин, просыпаясь и потягиваясь, – а ты привез тот рецепт каши, о котором говорил? Хару сказал, что у меня она получается «бяка».

Юки посмотрел на Мори, тот подмигнул ему.

– Привез, мам. Привез. У нас впереди целый вечер. Рассказывайте, как вы тут выживали.

И под тихий шепот теней и сопение маленьких героев, в доме Сон началась новая глава. Глава, где не было места одиночеству, а был только шумный, хаотичный и бесконечно теплый свет настоящей семьи.