← Назад к обзору

Дракон

Пламя под фарфоровой кожей

Юки сжимал в кармане коробку с новым смартфоном последней модели, купленным на карту отца. Ему было плевать на цену, плевать на технологии. Всё, о чем он мог думать — это то злополучное фото, которое до сих пор стояло перед глазами, выжигая сетчатку. Мори знал, что делал. Этот невыносимый, древний и совершенно беспардонный бог знал, как довести Юки до точки кипения.

Юки не пошел домой к родителям. Он направился в район Каннам, в тихий элитный жилой комплекс, где полгода назад в тайне от семьи купил квартиру на деньги, которые заработал, выполняя «особые» поручения в теневом секторе, где его силу Небесного Дракона ценили выше золота. Это было его убежище. Место, где он мог не быть «пустым» сыном Монарха или младшим братом золотого мальчика.

Он ворвался в квартиру, едва не сорвав дверь с петель. Воздух в прихожей был пропитан знакомым ароматом персиков и какой-то дикой, солнечной свежести.

– Мори! – выкрикнул Юки, сбрасывая кроссовки. Его голос сорвался на низкий рык. – Я знаю, что ты здесь! Выходи, если не хочешь, чтобы я разнес этот дом к чертям!

– Я здесь, мой дракон... В спальне, – донесся ленивый, тягучий голос, от которого у Юки по спине пробежали мурашки.

Юки широкими шагами пересек гостиную и толкнул дверь в спальню. Он замер на пороге, и весь гнев, который он копил по дороге, мгновенно испарился, сменившись тяжелым, вязким вожделением.

Мори лежал на его кровати, закинув руки за голову. На нем были только свободные белые штаны, едва державшиеся на бедрах. Солнечный свет из окна падал на его золотистую кожу, подчеркивая каждый изгиб тренированного тела, каждый шрам, оставленный битвами богов. Его каштановые волосы были в беспорядке, а на губах играла та самая хитрая ухмылка.

– Ты... – Юки сглотнул, чувствуя, как во рту пересохло. – Ты меня убить хочешь? Или просто издеваешься?

– А разве это не одно и то же в любви, Юки? – Мори приподнялся на локтях, его глаза-прицелы хищно сузились, изучая высокую фигуру подростка. – Ты выглядишь напряженным. Неужели мой подарок тебе не понравился?

Юки начал стягивать с себя футболку, не сводя взгляда с Короля Обезьян. Ткань затрещала, обнажая атлетичный торс, покрытый вязью черной татуировки, которая сейчас пульсировала тусклым золотом.

– Мало того, что я неделю спать нормально не могу из-за тебя, – прорычал Юки, расстегивая ремень штанов, – так ты еще и этим фото решил меня добить? Ты хоть представляешь, что я чувствую, когда ты так делаешь?

Мори жадно разглядывал его. Он видел, как за три года мальчик превратился в мужчину, чья сила могла соперничать с его собственной. В Юки просыпался Небесный Дракон, и Мори был единственным, кто мог усмирить это пламя, или же разжечь его до небес.

– Я представляю, – тихо сказал Мори, его голос стал серьезным. – Потому что я чувствую то же самое. Иди сюда.

Юки не заставил себя ждать. Он рванулся вперед, буквально вминаясь в Мори, прижимая его к матрасу весом своего тела. Он впился в губы парня с яростью и отчаянием, которые копил всё это время. Это не был нежный поцелуй — это была битва, столкновение двух стихий.

Мори только хитро улыбнулся в поцелуй, обхватывая Юки за шею и притягивая еще ближе. В эту ночь Сеул мог спать спокойно, но в этой квартире рождалась буря, способная перекроить мироздание. Юки не собирался давать ему пощады. Ни на минуту. Ни на секунду.

***

Тем временем в особняке семьи Сон царила мертвая тишина, которую нарушал лишь мерный стук ножа о разделочную доску. Чи Хе Ин готовила ужин, но её движения были механическими.

– Его опять нет, – холодно произнесла она, не оборачиваясь к вошедшему мужу. – Сухо уже дома, он тренировался весь день и проголодался. А Юки... Юки снова где-то бродит.

Сон Джинву остановился в дверях кухни. Он выглядел усталым. В последнее время груз ответственности за мир казался ему пустяком по сравнению с пропастью, которая росла между членами его семьи.

– Он сказал, что пошел купить телефон, – тихо ответил Джинву. – Я сам дал ему карту.

– Ты слишком потакаешь ему в последнее время, – подал голос Сухо, сидевший за столом и лениво пролистывавший новости об охотниках. – Он пропускает занятия, не тренируется. От него нет никакого прока, папа. Только и знает, что музыку слушать да курить за углом. Я чувствую запах табака от его вещей.

В этот момент в кухню вошла Сон Джинхи, сестра Джинву. Она была единственной, кто не боялся говорить правду в этом доме, полном теней и величия. Услышав слова племянника, она резко поставила сумку на стул.

– Прока нет? – Джинхи смерила Сухо презрительным взглядом, от которого тот невольно поежился. – Ты, золотой мальчик, хоть раз интересовался, что твой брат чувствует? Вы с матерью смотрите на него как на пустое место только потому, что у него нет маны.

– Джинхи, не начинай, – устало попросила Хе Ин. – Мы любим их одинаково.

– Ложь! – Джинхи ударила ладонью по столу, заставив приборы подпрыгнуть. – Ты, Хе Ин, когда в последний раз обнимала Юки? Когда ты спрашивала, какую музыку он любит или почему он ест только персики? Ты даже не заметила, что он вырос на голову выше своего отца!

Джинву нахмурился, осознавая, что сестра права. Он видел физические изменения в сыне, но списывал это на гены.

– Джинву, посмотри на меня, – Джинхи подошла к брату и посмотрела ему прямо в глаза. – Ты — Теневой Монарх. Ты видишь души, ты повелеваешь смертью. Но ты слеп по отношению к собственному ребенку. Ты хоть знаешь, чем он увлекается? Где он проводит ночи? Ты чувствуешь, какая мощь на самом деле зреет в нем?

– О чем ты? – Джинву напрягся. – Я проверял его. В нем нет маны.

– Мана — это не единственная сила в этой вселенной, идиот! – Джинхи почти кричала. – Пока вы с Хе Ин возитесь с «гениальным» Сухо, Юки нашел себе кого-то другого. Кого-то, кто ценит его. И когда он окончательно закроет свое сердце для вас, вы его не вернете. Никогда. Даже твои тени не смогут найти его, если он сам не захочет вернуться.

Хе Ин замерла с ножом в руке. В её глазах промелькнула тень сомнения, смешанная с раздражением.

– Он мой сын, Джинхи. Он никуда не денется. Он просто трудный подросток.

– Он уже не подросток, он — стихия, которую вы игнорируете, – Джинхи взяла свою сумку. – Поговори с ним, Джинву. И с ней поговори. Пока не стало слишком поздно. Потому что сейчас Юки принадлежит кому-то другому. И этот «кто-то» явно сильнее ваших семейных уз.

Джинхи вышла, громко хлопнув дверью. В кухне снова воцарилась тишина, но теперь она была тяжелой и удушливой. Джинву посмотрел на свои руки, которыми он когда-то спас мир. Сможет ли он спасти свою семью от самого себя?

– Папа, она просто преувеличивает, – подал голос Сухо, пытаясь разрядить обстановку. – Юки просто неудачник без сил. Что он может?

Джинву медленно повернул голову к старшему сыну. В его глазах вспыхнул фиолетовый огонь, от которого Сухо мгновенно побледнел и вжался в стул.

– Никогда... – голос Джинву вибрировал от скрытой угрозы, – ...никогда больше не называй своего брата так.

Монарх вышел из кухни, оставив жену и старшего сына в оцепенении. Он чувствовал, что время уходит сквозь пальцы, как песок. Где-то там, в ночном городе, его младший сын горел пламенем, которое он, величайший из охотников, даже не мог распознать.

А в квартире в Каннаме Юки крепко прижимал к себе уснувшего Мори. В комнате пахло грозой и персиками. Юки смотрел в потолок, и в его глазах больше не было боли или одиночества. Там была решимость. Он больше не был тенью своего отца. Он был Драконом, нашедшим своего Короля. И если мир захочет забрать у него это счастье, он сожжет этот мир дотла.