← Назад к обзору

Дракон

Ветер перемен под персиковым небом

Вечерний воздух был прохладным, пропитанным ароматом цветущего сада и едва уловимым запахом дорогого табака. Юки стоял на террасе своего пентхауса, опершись локтями о каменные перила. Внизу раскинулся Сеул — море огней, пульсирующая жила мегаполиса, которая когда-то казалась ему холодной и безразличной. Теперь этот город принадлежал ему не по праву силы, а по праву человека, нашедшего в нём свой дом.

Юки достал из пачки сигарету и щелкнул зажигалкой. Огонёк на мгновение осветил его лицо: фарфоровую кожу, небесно-голубые глаза и короткие, растрепанные черные волосы. В тринадцать лет он курил втайне от всех, прячась в тенях заброшенных строек, пытаясь заглушить дымом горечь одиночества. Сейчас, в двадцать лет, он делал это открыто, просто потому что мог себе позволить эту маленькую слабость.

Из-за панорамных дверей гостиной доносился приглушенный шум. Юки не оборачивался, но его чувства, обостренные силой Небесного Дракона, рисовали четкую картину происходящего внутри. Там, в теплом свете ламп, его родители и брат возились с детьми.

Сон Джинву, Теневой Монарх, перед которым трепетали измерения, сейчас сидел на ковре, позволяя трехлетнему Минхо забираться себе на плечи. Ча Хэ Ин с тихой улыбкой баюкала на руках маленькую Суа, осторожно поправляя розовое одеяльце. А Сухо, «золотой ребенок» семьи Сон, азартно спорил с пятилетним Джихуном о том, какой из роботов-трансформеров сильнее.

Юки выпустил тонкую струйку дыма. В груди всё еще ворочалось странное чувство — смесь облегчения и застарелой настороженности. Он дал им шанс. Один-единственный шанс войти в его мир, который он строил по кирпичику без их помощи.

В дверях послышались мягкие шаги. Юки не нужно было оборачиваться, чтобы узнать этот ритм. Ли Вон подошел сзади и положил ладонь на плечо мужа, слегка сжав его.

– Ты снова сбежал, – негромко произнес Ли Вон, становясь рядом.

– Просто захотелось подышать, – отозвался Юки, стряхивая пепел. – Там слишком... шумно.

– Там жизнь, Юки-я. Твоя семья пытается наверстать упущенное за семь лет в один вечер. Это выглядит немного нелепо, но искренне.

Ли Вон обернулся к стеклянной двери, наблюдая за тем, как Джинву старательно делает вид, что проигрывает Минхо в шуточной борьбе. Затем он снова посмотрел на мужа.

– Ты ведь знаешь, что они смотрят на нас? – спросил Ли Вон. – Не только как на хозяев дома, но и как на пару.

Юки усмехнулся, затягиваясь.

– Пусть смотрят. Я предупредил их: мои правила, мой дом. Если им что-то не нравится, дверь всегда открыта.

Ли Вон помолчал, а затем, словно решившись на что-то, отошел от перил и направился обратно в зал. Юки краем глаза заметил, как его муж подошел к дивану, где сидели Джинву и Хэ Ин, решившие сделать небольшой перерыв в играх.

Юки не двигался, но его слух уловил каждое слово.

– Вы не брезгуете тем, что Юки женат на мужчине? – прямо спросил Ли Вон, присаживаясь в кресло напротив родителей мужа. Его голос был спокойным, лишенным вызова, но в нем чувствовалась стальная уверенность. – Просто некоторые считают это странным или неправильным. Особенно люди вашего круга и поколения.

В зале повисла тишина. Даже Сухо с Джихуном затихли, почувствовав изменение атмосферы. Юки на террасе замер, его пальцы чуть сильнее сжали сигарету. Он ждал ответа, готовый в любую секунду войти и прекратить этот разговор, если почувствует хоть каплю осуждения.

Сон Джинву медленно поднял взгляд на Ли Вона. В его темных глазах, видевших гибель миров, не было ни капли брезгливости. Только глубокая, почти бесконечная усталость и капля признательности.

– Ли Вон, – заговорил Джинву, и его голос вибрировал от скрытой мощи, – я видел, как рушатся цивилизации. Я видел монстров, которые принимали облик людей, и людей, которые были хуже монстров. В моем мире «правильно» — это то, что помогает выжить, а «неправильно» — это предательство своих.

Он на мгновение замолчал, глядя на Юки через стекло.

– Мой сын был сломлен и одинок. Он ушел во тьму, и я не смог его остановить. Вы были тем, кто протянул ему руку. Вы были тем, кто собрал его по осколкам и дал ему повод не просто существовать, а быть счастливым. Для меня не имеет значения ваш пол. Имеет значение только то, что благодаря вам мой сын жив и улыбается.

Ча Хэ Ин кивнула, ее глаза блестели от слез. Она мягко коснулась руки Ли Вона.

– Когда Юки исчез, я думала, что мое сердце остановилось навсегда, – прошептала она. – Все эти годы мы искали его, боясь найти лишь могилу. И увидеть его сейчас таким... сильным, успешным, любящим отцом... Это чудо. И мы знаем, что это чудо во многом — ваша заслуга. Моя мама, кстати, души не чает в зяте, он ее любимчик. Она вечно ставит его в пример Сухо, когда речь заходит о заботе и ответственности.

Сухо, сидевший на ковре, неловко кашлянул и улыбнулся.

– Это правда. Бабушка говорит, что Ли Вон — единственный человек, способный усмирить характер Юки. И она права. Мы просто рады, что у него есть кто-то настолько надежный.

Ли Вон облегченно выдохнул, и его плечи расслабились. Он не ожидал такой открытости от Теневого Монарха и его жены.

– Я ценю вашу честность, – сказал он. – Юки очень дорожит своей независимостью, но под этой броней он всё тот же мальчик, который хочет, чтобы его принимали. Просто он никогда в этом не признается.

Юки на террасе потушил сигарету о дно пепельницы. Его сердце, обычно ритмичное и холодное, сейчас пропустило удар. Слова отца... он не ожидал услышать их именно так. «Благодаря вам мой сын жив».

Он медленно открыл дверь и вошел в зал. Все взгляды тут же обратились к нему.

– О чем секретничаете? – спросил он, стараясь, чтобы голос звучал буднично, хотя внутри всё дрожало.

– О том, какой ты везунчик, – усмехнулся Сухо, поднимаясь с пола. – Твой муж защищает твою честь, пока ты там дымишь на свежем воздухе.

– Папа! – Минхо соскочил с колен Джинву и бросился к Юки, обхватывая его ноги. – Дедушка обещал показать, как вызывать тени! Он сказал, что у него есть очень крутой рыцарь в доспехах!

Юки поднял взгляд на Джинву. Тот смотрел на него с легкой, почти виноватой улыбкой.

– Игрис, – коротко пояснил Джинву. – Он единственный, кто просился выйти, как только мы вошли в этот дом. Кажется, он скучал по тебе больше всех нас.

Юки почувствовал, как в углу комнаты пространство начало едва заметно вибрировать. Тень у подножия дивана удлинилась, и из нее медленно поднялась высокая фигура в багровых доспехах с длинным плюмажем на шлеме. Игрис не двигался, он просто стоял, склонив голову в глубоком, почтительном поклоне перед Юки.

Дети замерли в восторге. Джихун даже приоткрыл рот, глядя на величественного рыцаря.

– Игрис... – Юки подошел к тени. Он протянул руку и коснулся холодного металла наплечника. Когда-то, тринадцать лет назад, этот рыцарь был единственным, кто тайно приносил ему еду и следил за его безопасностью, когда родители были слишком заняты Сухо. Игрис всегда был на стороне Юки.

Рыцарь издал тихий, утробный звук, похожий на вздох облегчения, и еще ниже склонил голову.

– Он помнит тебя, – тихо сказала Хэ Ин, подходя к сыну. – Джинву говорил, что Игрис часто стоял перед твоей пустой комнатой в те годы.

Юки сглотнул ком в горле. Он обернулся к родителям. В этот момент, в свете домашнего очага, окруженный своими детьми, мужем и тенями прошлого, он вдруг понял, что его долгое путешествие по-настоящему закончилось.

– Ладно, – сказал он, и в его голосе впервые за вечер прозвучала настоящая теплота. – Раз уж Игрис здесь, Минхо, Джихун, идите сюда. Но чур не дергать его за плюмаж, он этого не любит.

– Юки, – позвал Джинву.

Юки посмотрел на отца.

– Спасибо, что впустил нас, – просто сказал Монарх. – Я знаю, что не заслужил этого. Но я сделаю всё, чтобы твои дети никогда не чувствовали того, что чувствовал ты.

– Они и не почувствуют, – Юки притянул к себе Ли Вона, который подошел и встал рядом. – Потому что у них есть мы. И теперь, кажется, у них есть вы.

Вечер продолжался. Хэ Ин помогала Ли Вону накрывать на стол для десерта — тех самых персиков, которые она привезла. Сухо и Юки, расположившись на диване, начали обсуждать новые разработки компании «Azure Dragon», и Сухо искренне удивлялся тому, как Юки удалось интегрировать магические кристаллы в повседневную электронику.

Джинву сидел в кресле, наблюдая за внуками, которые теперь пытались научить Игриса играть в прятки. Великий рыцарь теней послушно закрывал забрало руками, делая вид, что не видит детей, прячущихся за шторами.

Юки смотрел на эту картину и чувствовал, как внутри него разливается покой. Сила Небесного Дракона, обычно бушующая и требующая экспансии, сейчас мирно дремала.

Когда пришло время десерта, Ли Вон выставил на стол вазу с персиками и бутылку того самого персикового саке.

– Мама говорит, что это ваш любимый сорт, – улыбнулся Ли Вон, разливая напиток по маленьким чашечкам.

– Это сорт «Лазурное небо», – заметила Хэ Ин. – Мы выращиваем их в нашем саду специально. Юки любил их в детстве.

– Я и сейчас их люблю, – признался Юки, беря сочную дольку. Вкус был именно таким, как в его воспоминаниях — сладким, с легкой кислинкой, пахнущим летом и чем-то далеким, почти забытым.

Он посмотрел на Ли Вона, который подмигнул ему, и на родителей, которые, казалось, впервые за долгое время по-настоящему расслабились.

– Знаете, – заговорил Юки, вертя в пальцах чашечку с саке, – я долго думал, что семья — это то, что дается по факту рождения. Обязательство, которое тяготит. Но Ли Вон научил меня, что семья — это выбор. Каждый день мы выбираем оставаться рядом, поддерживать и прощать.

Он сделал глоток и посмотрел прямо в глаза отцу.

– Сегодня я выбрал вас. Не потому что должен, а потому что хочу, чтобы мои дети видели: даже самые глубокие раны могут затянуться, если приложить правильное лекарство.

Джинву поднял свою чашечку.

– За выбор, – тихо произнес он.

– За семью, – добавила Хэ Ин.

– За реванш в Mobile Legends! – вставил Сухо, вызывая общий смех.

Когда гости начали собираться, Юки проводил их до дверей. Дети, сонные и довольные, уже сопели в своих кроватях под присмотром Ли Вона.

– Приходите на следующей неделе, – сказал Юки, когда Джинву уже стоял на пороге. – Минхо сказал, что дедушка обещал показать ему теневого коня.

Джинву замер, а затем его лицо осветилось такой искренней радостью, что Юки на мгновение увидел в нем того самого молодого охотника из старых хроник, еще не обремененного мощью Монарха.

– Обязательно придем, Юки. Спасибо.

Дверь закрылась. Юки постоял в тишине прихожей, прислушиваясь к звукам засыпающего дома. Ли Вон вышел из спальни, потирая уставшие глаза.

– Они ушли? – спросил он, подходя к мужу.

– Ушли, – Юки обнял его, притягивая к себе. – Ты был прав. Всё прошло лучше, чем я ожидал.

– Я всегда прав в том, что касается тебя, – Ли Вон уткнулся лбом в его плечо. – Ты стал мягче, Юки-я. Тебе идет.

– Это твоя вина, – прошептал Юки, целуя его в макушку. – Ты разрушил мою репутацию холодного миллиардера.

– О, я думаю, твои сотрудники завтра в офисе этого не заметят. Ты всё еще тот еще тиран в делах.

Они рассмеялись и медленно пошли в сторону своей спальни. Юки бросил последний взгляд на гостиную, где на ковре остался лежать один из бумажных самолетиков, сделанных отцом. Осколки лазурного неба, которые он собирал семь лет, наконец сложились в целостную картину.

Сила Небесного Дракона внутри него пульсировала в такт его сердцу — спокойно, уверенно и тепло. Прошлое перестало быть ядом. Оно стало фундаментом, на котором стоял его настоящий, прочный и счастливый мир. И в этом мире больше не было места для пепла на ветру — только для света, любви и запаха спелых персиков.