← Назад к обзору

Дракон

Отражение в зеркале истины

Горячая вода с шумом разбивалась о плечи Сон Джин Ву, окутывая ванную комнату плотным, влажным паром. Он стоял под струями уже добрых полчаса, пытаясь смыть с себя не столько физическую усталость, сколько то странное, лихорадочное оцепенение, в котором пребывал после ужина в доме Окумура-Сергеевых.

Родители Юкио приняли его с обезоруживающей простотой. Цезарь Александрович, смеясь, едва не раздавил его ребра в приветственном объятии, а Юми, эта величественная Небесная Императрица, подкладывала ему лучшие куски рагу, лукаво подмигивая каждый раз, когда их взгляды с Юкио пересекались. В том доме не было чинопочитания перед Монархом Теней. Там была семья — шумная, пугающе сильная и абсолютно настоящая.

Джин Ву закрыл глаза, подставляя лицо под горячие капли. Стоило ему на мгновение расслабиться, как перед внутренним взором вспыхнули кадры сна, который настиг его в коротком забытьи сразу после возвращения домой.

Это не было похоже на обычные сновидения. Это было видение, пропитанное маной и запахом персиков. В нем он видел себя и Юкио через несколько лет. Они стояли на террасе дома, выходящей к океану. Юкио, повзрослевший, еще более статный, в своем небесном одеянии, прижимал его к себе со спины, положив подбородок на плечо. А вокруг них… дети. Двое мальчишек с черными взъерошенными волосами и пронзительными голубыми глазами, которые носились по траве, управляя маленькими послушными тенями и призывая крошечные костяные игрушки.

Но самой поразительной деталью сна было ощущение внутри самого Джин Ву. В том видении он чувствовал пульсацию новой жизни. Не как идею, а как физическую реальность. Кровь Небесного Дракона, текущая в жилах Юкио, была способна на чудеса, выходящие за рамки биологии смертных. Она могла изменять саму суть партнера, делая невозможное возможным.

Джин Ву выключил воду. В наступившей тишине его собственное дыхание казалось слишком громким. Он вышел из душа, вытираясь полотенцем, и замер перед зеркалом, затянутым паром. Проведя рукой по стеклу, он всмотрелся в свое отражение.

– Это безумие, – прошептал он, касаясь своего плоского, мускулистого живота. – Я — Монарх Теней. Я — смерть. Как я могу стать… началом?

Но память о сне не отпускала. Он чувствовал, что это не просто фантазия. Юкио, с его Кармическим возмездием и связью с самой тканью мироздания, был ключом к тому, чего Джин Ву никогда не смел желать. После предательства Хэ Ин и осознания того, что их сын был лишь тенью обязательств, мысль о том, чтобы выносить и родить детей от Юкио, не вызывала у Джин Ву отторжения. Напротив, она жгла его изнутри первобытным, властным желанием.

Он накинул халат и вышел в спальню. Окна были открыты, и ночной прохладный воздух Сеула мгновенно разогнал остатки пара. На балконе, прислонившись к перилам и пуская кольца дыма в ночное небо, стоял Юкио. Он пришел без предупреждения, просто переместившись «Коротким путем», как делал теперь постоянно.

Юкио обернулся. На нем были свободные черные брюки и та самая цепочка с прямоугольным кулоном, которая поблескивала на его широкой груди. Его небесно-голубые глаза в темноте светились особенно ярко.

– Ты долго, – заметил Юкио, стряхивая пепел вниз. – Я уже начал думать, что ты решил утопиться в собственных мыслях.

Джин Ву подошел к нему, остановившись в шаге. Аура Юкио окутала его — теплая, властная, пахнущая дорогим табаком и чем-то древним.

– Мне приснился сон, Юки, – сказал Джин Ву, глядя прямо в эти невозможные глаза.

Юкио прищурился, медленно затянулся и выпустил дым в сторону.

– Сны в присутствии дракона редко бывают просто снами, Монарх. Обычно это эхо вероятностей. Что ты видел?

Джин Ву помедлил. Рассказать об этом значило окончательно признать свою уязвимость. Но ложь больше не имела места в его жизни.

– Я видел нас. И наших детей. Юки, я чувствовал их. В себе.

Юкио замер. Сигарета замерла у его губ. Его полуулыбка исчезла, сменившись выражением глубокой, почти божественной серьезности. Он медленно подошел к Джин Ву, сокращая расстояние до минимума, так что их ауры начали переплетаться в диком, невидимом танце.

– Ты понимаешь, о чем говоришь? – голос Юкио стал низким, вибрирующим от скрытой мощи. – Моя кровь… кровь Небесного Дракона… она не знает границ пола или биологии. Если я выберу тебя, если моя мана признает тебя своим единственным союзом, ты изменишься. Ты станешь сосудом для жизни, которую не сможет уничтожить ни один бог.

– Я знаю, – Джин Ву не отвел взгляда. – Я почувствовал это еще на ужине, глядя на твоих родителей. Ты — не просто охотник. Ты — начало новой ветви. И я хочу быть её частью.

Юкио протянул руку и коснулся шеи Джин Ву, его большой палец нежно погладил пульсирующую жилку.

– Ты готов отказаться от образа непобедимого, холодного правителя теней? – Юкио усмехнулся, но в этой усмешке была не насмешка, а бесконечная нежность. – Вынашивать детей дракона — это не подвиг в подземелье. Это кармическая связь, которая свяжет нас навечно.

– Я перестал быть тем холодным правителем в тот день, когда ты взял меня за лицо в кабинете председателя, – ответил Джин Ву, накрывая руку Юкио своей ладонью. – Твоя мать сказала, что ты — мой свет. Я хочу, чтобы этот свет продолжился в наших детях.

Юкио резко выбросил окурок и притянул Джин Ву к себе. Его физическая сила была колоссальной, но сейчас он действовал осторожно, словно боялся повредить драгоценный артефакт.

– Мои родители будут в восторге, – прошептал Юкио ему в самые губы. – Мама уже начала присматривать детские кроватки из небесного дуба, хотя я ей ничего не говорил. Она видит нити судьбы лучше нас обоих.

– Значит, это правда? – Джин Ву почувствовал, как напряжение, копившееся в нем годами, наконец начало отступать. – Это возможно?

– С драконами возможно всё, Джин Ву, – Юкио обнял его крепче, зарываясь лицом в еще влажные волосы Монарха. – Моя сила — Кармическое возмездие. Ты перенес столько боли и одиночества, что вселенная просто обязана вернуть тебе это счастьем. И я буду тем, кто это исполнит.

Они стояли на балконе, два самых могущественных существа в мире, объединенные тайной, которая была древнее самой Системы. Джин Ву закрыл глаза, прижимаясь к Юкио. Он понимал, что путь будет непростым. Что будут вопросы, что мир содрогнется от их союза, но всё это не имело значения.

В эту ночь тени в комнате Джин Ву не танцевали боевые танцы. Они замерли, почтительно охраняя покой своего господина и того, кто стал его солнцем.

– Юки, – тихо позвал Джин Ву через некоторое время.

– М-м? – отозвался тот, не выпуская его из объятий.

– Ты действительно умеешь готовить то рагу, о котором говорил твой отец?

Юкио негромко рассмеялся, и этот звук заставил сердце Джин Ву забиться быстрее.

– Я готовлю лучше всех в этом и любом другом мире, Монарх. Привыкай. Тебе теперь нужно будет хорошо питаться.

– Мы еще даже не начали, – улыбнулся Джин Ву, чувствуя невероятный покой.

– Мы начали в ту секунду, когда ты позволил мне коснуться своей щеки, – Юкио отстранился и посмотрел ему в глаза. – Остальное — лишь вопрос времени. А у нас с тобой, благодаря нашей силе, впереди целая вечность.

Юкио снова щелкнул пальцами, и на нем появилось его Небесное одеяние — черный топ, золотые наручи и красная накидка, которая затрепетала на ночном ветру. Он выглядел как бог, спустившийся на землю, но в его взгляде, направленном на Джин Ву, была чисто человеческая, земная преданность.

– Пойдем, – Юкио протянул ему руку. – Я покажу тебе, как выглядит рассвет над горами, где родилась моя мать. Тебе нужно привыкать к высоте.

Джин Ву вложил свою ладонь в руку Юкио. В следующее мгновение пространство вокруг них свернулось, и «Короткий путь» унес их прочь от Сеула, от Ассоциации, от прошлого.

Они оказались на вершине заснеженного пика, где небо было настолько близко, что казалось, до звезд можно дотянуться рукой. Юкио стоял на самом краю обрыва, его накидка горела алым в свете восходящего солнца.

– Смотри, Джин Ву, – Юкио указал на горизонт, где небо окрашивалось в фиолетовые и золотые тона. – Это наш мир. И наши дети будут править им не мечом, а мудростью.

Джин Ву встал рядом, чувствуя, как мана Юкио резонирует с его собственной. Он больше не видел в зеркале только Монарха Теней. Он видел начало чего-то великого, чего-то, что было выше рангов и классификаций.

– Я готов, – произнес Джин Ву, и эти слова были клятвой.

Юкио обернулся к нему, его черные волосы были растрепаны ветром, а на лице светилась та самая обворожительная улыбка, которая когда-то так разозлила Джин Ву, а теперь стала его спасением.

– Я знаю, – Юкио притянул его к себе для поцелуя, который закрепил их договор. – Я всегда это знал.

Солнце медленно поднималось над миром, освещая двух королей, решивших создать свою собственную легенду. Кровь Небесного Дракона и Сила Теней сплелись воедино, готовясь дать жизнь новой эпохе. И в этом сиянии рассвета старый мир окончательно перестал существовать, уступая место будущему, которое началось с одного честного сна.