← Назад к обзору

Дракон и тень

Кровь и верность: Тень Дракона под прицелом

Пробуждение Теневого Монарха было далеко не величественным. Сон Джинву, человек, перед которым трепетали правители миров, открыл глаза от того, что маленькая пятка Миджун довольно ощутимо припечаталась ему прямо в челюсть. Он замер, медленно выдыхая и стараясь не пошевелиться.

Когда они успели пробраться в их спальню? Джинву осторожно повернул голову. Юми спала, безмятежно раскинувшись на огромной кровати, её иссиня-черные волосы разметались по подушкам, как ночное небо. Прямо на ней, свернувшись калачиком, сопел Сухо, уткнувшись носом в плечо матери. Миджун же, видимо, в процессе сна вела активное сражение с невидимыми монстрами, потому что её ноги оказались на лице отца, а голова — где-то в районе изножья.

Джинву невольно улыбнулся. Его младшие дети были маленькими копиями его самого — те же темные волосы, те же черты лица, которые уже сейчас обещали стать волевыми. Его сестра, Джинхи, просто души не чаяла в племянниках, задаривая их игрушками и сладостями, а его верные теневые рыцари... это была отдельная история. Игрис, всегда такой серьезный и чопорный, проявлял странную привязанность к Алексу, словно видел в молодом наследнике Окумура того самого рыцаря, которого стоило наставлять. Бер же и вовсе считал детей Монарха маленькими принцами и принцессой, готовый сжечь мир по первому их капризу.

Джинву осторожно дотянулся до телефона на прикроватной тумбочке и сделал быстрый снимок этой сонной идиллии. «Моя главная победа», — промелькнуло в голове.

Тихо, чтобы не разбудить Юми, он выскользнул из-под одеяла, оделся и вышел из спальни. В коридоре его встретил аромат свежей выпечки и крепкого кофе. На кухне уже хозяйничал Алекс. Парень был в простой белой футболке и черных штанах, его светлые волосы были взъерошены, а в ушах поблескивали привычные серьги-кольца.

– Доброе утро, старик, – не оборачиваясь, произнес Алекс. Его «Ясновидение» работало даже в быту — он почувствовал присутствие отчима задолго до того, как тот вошел.

– Доброе, – Джинву уселся за стол, наблюдая, как ловко парень управляется с ножом. – Пахнет вкусно. Что сегодня на завтрак?

– Омлет с беконом и тосты. Садись, уже почти готово, – Алекс поставил перед ним тарелку. – Тебе нужны силы. Сегодня же это дурацкое собрание в Ассоциации?

– Да, как обычно, скучно и официально, – вздохнул Джинву, делая глоток кофе. – Хочешь пойти со мной?

Алекс замер с лопаткой в руке и медленно повернулся. Его небесно-голубые глаза выражали крайнюю степень скепсиса.

– Я?

– Да. Тебе полезно будет поучиться тому, как ведутся дела на высшем уровне. Ты наследник двух великих фамилий, Алекс. Рано или поздно тебе придется иметь дело с этими политиками.

– Серьезно? – Алекс поморщился, словно съел лимон. – Я же там со скуки помру. Буду стоять за твоей спиной и считать трещины на потолке.

– Не умрешь. Заодно посмотришь, как изменился мир охотников за последний год. Считай это частью своей подготовки.

Алекс вздохнул, признавая поражение. Он уважал Джинву, и если Монарх говорил, что это нужно, парень не стал бы спорить до конца.

– Ладно. Но если я усну прямо посреди речи председателя, не вини меня.

Через час они уже входили в здание Ассоциации охотников. Двое мужчин, идущих плечом к плечу, приковывали к себе взгляды всех присутствующих. Джинву, при росте сто девяносто сантиметров, выглядел воплощением спокойной и сокрушительной силы. Рядом с ним Алекс, который был даже чуть выше — сто девяносто пять сантиметров — казался молодым богом войны. Его светлые волосы контрастировали с черным костюмом, а холодный, расчетливый взгляд голубых глаз заставлял даже опытных охотников S-ранга невольно отводить взор.

Собрание тянулось бесконечно. Два часа обсуждений квот, новых зон дестабилизации и распределения ресурсов. Алекс сидел рядом с Джинву, сохраняя маску вежливого безразличия, хотя внутри него всё кипело от скуки. Иногда он вставлял короткие, но на удивление точные замечания, которые заставляли чиновников замолкать и переглядываться. Его острый ум, привыкший просчитывать врагов на десять шагов вперед, легко вскрывал дыры в их бюрократических схемах.

В какой-то момент Алекс заметил пристальный взгляд. Охотница Ча Хэ Ин, сидевшая в нескольких рядах от них, смотрела на Джинву. В её глазах не было простого уважения — там читалось обожание, смешанное с затаенной грустью и любовью. Алекс нахмурился. Он любил свою мать и не собирался позволять кому-то нарушать покой их семьи.

Он незаметно задел ногой колено Джинву под столом и, когда тот повернулся, едва заметно качнул головой в сторону Ча Хэ Ин. Монарх проследил за его взглядом, на мгновение встретился глазами с охотницей и тут же спокойно вернулся к документам. Он понял Алекса без слов: «Я вижу, но это не имеет значения. Мое сердце дома».

Наконец, заседание было объявлено закрытым.

– Свобода, – выдохнул Алекс, когда они вышли на широкое крыльцо здания Ассоциации. Он потянулся всем телом, так что кости хрустнули. – Мне срочно нужно что-нибудь сладкое, а то кажется, у меня мозг атрофировался от этого словоблудия.

Джинву слегка улыбнулся, глядя на пасынка.

– В паре кварталов отсюда есть отличная кондитерская. Юми просила зайти, если освободимся пораньше.

– О, тогда идем быстрее, пока... – Алекс не договорил.

Всё случилось в долю секунды. Для обычного человека это был бы просто миг, но для двоих сильнейших существ время растянулось.

Джинву почувствовал всплеск энергии — чужеродной, острой, направленной. Снайпер. Где-то на крыше соседнего небоскреба.

Но Алекс среагировал первым. Его «Ясновидение» взвыло, показывая траекторию пули, напитанной маной высшего порядка, способной пробить даже защиту Монарха. Пуля летела точно в голову Джинву.

Алекс не думал. Он не использовал «Короткий путь», чтобы уйти с линии огня. Наоборот. На долю секунды его тело вспыхнуло голубым пламенем Небесного Дракона. Он сделал шаг вперед, перекрывая собой отчима.

Сухой, резкий хлопок выстрела.

Джинву увидел, как голова Алекса дернулась назад. Кровь — яркая, горячая — брызнула на ступени и на лицо Монарха. Пуля, предназначенная Джинву, вошла Алексу точно в грудь, в область сердца, смяв кость и разрывая ткани.

– Алекс! – выкрикнул Джинву, и этот крик, полный первобытной ярости, заставил стекла в здании Ассоциации покрыться трещинами.

Он подхватил падающее тело парня. Алекс был тяжелым, его дыхание стало прерывистым и хриплым. Глаза парня, еще мгновение назад ясные, начали туманиться.

– Старик... – прохрипел Алекс, пытаясь улыбнуться окровавленными губами. – Кажется... я все-таки... уклонился...

– Молчи! Не смей умирать! – Джинву прижал ладонь к его груди, пытаясь влить свою энергию, но фиолетовое свечение «Кармического возмездия» Алекса начало конфликтовать с теневой силой, отторгая её.

Вокруг них закипела паника, охотники выбегали из здания, Ча Хэ Ин уже бежала к ним, обнажив меч, но Джинву ничего не видел. Его тени уже сорвались с места — Игрис и Бер мчались к источнику выстрела, и участь стрелка была предрешена. Им не нужно было приказывать. Они чувствовали ярость своего господина.

– Алекс, держись! – Джинву чувствовал, как руки становятся скользкими от крови сына Юми. – Ты же Окумура! Ты сильнее этого!

Алекс судорожно вздохнул, его рука слабо сжала запястье Джинву.

– Маме... не говори... сразу... – прошептал он, и его глаза закрылись.

Джинву почувствовал, как мир вокруг него начинает погружаться во тьму. Это не была тьма его системы, это была тьма его гнева. Теневой Монарх поднял голову к небу, и его аура, черная и плотная, как сама смерть, накрыла весь квартал, заставляя людей падать на колени.

– Если он умрет, – прорычал Джинву, и голос его звучал как скрежет тектонических плит, – я выжгу этот мир до основания.

Он подхватил Алекса на руки и шагнул в тень. Ему не нужны были врачи Ассоциации. Ему нужна была Юми. Только кровь Небесного Дракона могла исцелить то, что не под силу было смерти.