Дракон и тень
Шепот песков и сталь Монарха: Нежданный союз
Золоченые залы отеля «Гранд Сеул» сияли так ярко, что резало глаза. Сегодня здесь собрался весь цвет мирового сообщества охотников, дипломаты из Ассоциации и богатейшие семьи планеты. Воздух был пропитан ароматом дорогих духов, звоном хрусталя и едва уловимым, но отчетливым напряжением — когда в одном помещении собирается столько людей с рангом S и выше, пространство начинает вибрировать.
Появление семьи Сон заставило толпу расступиться. Сон Джинву шел неспешно, его лицо выражало абсолютное спокойствие, но тень, скользившая у его ног, казалась глубже и темнее, чем у любого другого гостя. Рядом с ним, под руку, шла Юми. На ней было вечернее платье из тяжелого темно-синего шелка, расшитое серебряными нитями, которые при каждом движении напоминали чешую дракона. Она выглядела ослепительно, хотя в её глазах таилась мягкая усталость.
Прошел месяц с той памятной ночи, которую Алекс предпочел бы забыть как страшный сон, и сегодня утром Юми подтвердила то, что Джинву уже чувствовал своей обостренной интуицией Монарха. Она была беременна. Эта новость наполнила дом тихой радостью, но и сделала Джинву в десять раз более подозрительным ко всему окружающему.
– Тебе не тяжело? – тихо спросил Джинву, склонившись к уху жены. – Мы можем уйти пораньше, если этот шум тебя утомляет.
– Всё хорошо, дорогой, – Юми ласково коснулась его руки. – Малыш ведет себя тихо. К тому же, мы обещали поддержать Алекса. Ему сегодня пришлось сопровождать делегацию из Имшкарии.
Джинву нахмурился. Имшкария — загадочное ближневосточное королевство, которое славилось не только своими нефтяными вышками, но и древней магией песков. Их охотники были специфичны, а правящая династия Аль-Мирах окутана тайнами и проклятиями.
В центре зала группа шейхов в белоснежных куфиях о чем-то оживленно спорила с представителями Ассоциации. Но внимание всех присутствующих внезапно переключилось на входные двери.
Там появился Алекс. И вид его, мягко говоря, был потрепанным. Его идеальная белая футболка была измята, на щеке виднелась небольшая царапина, а взгляд выражал крайнюю степень прострации, граничащую с экзистенциальным кризисом. Но не это поразило гостей.
На руках у девятнадцатилетнего Алекса, чей рост в 195 сантиметров позволял ему возвышаться над толпой как скала, сидел мальчик лет шести или семи. Ребенок был необычайно красив: смуглая, почти бронзовая кожа, длинные, как расплавленное золото, светлые волосы, спускавшиеся до плеч, и огромные лазурные глаза, в которых, казалось, застыло само небо пустыни. Мальчик вцепился в шею Алекса так крепко, словно тот был его единственным спасением в этом мире.
– О, вот и они, – пробормотала Юми, приподняв бровь. – Но почему Алекс выглядит так, будто по нему проехался танк?
Алекс, заметив родителей, направился к ним, буквально прорубая себе путь сквозь толпу. Гости расступались, провожая их недоуменными взглядами.
– Мам, пап… – голос Алекса дрогнул. Он остановился перед ними, тяжело дыша. – Я… я не знаю, как это произошло.
В этот момент за ними в зал вбежала группа охраны в арабских одеждах и пожилой мужчина в расшитом золотом халате — верховный визирь Имшкарии.
– Мой принц! – воскликнул визирь, тяжело дыша. – Ваше Высочество, вернитесь немедленно! Это нарушение протокола!
Мальчик на руках Алекса даже не обернулся. Он лишь теснее прижался к парню, зарываясь носом в его светлые волосы, и вдохнул полной грудью.
– Я хочу его, – звонкий, чистый голос ребенка прорезал внезапно наступившую тишину зала. – Он мой будущий муж.
В «Гранд Сеуле» воцарилась такая тишина, что было слышно, как лопаются пузырьки в бокалах шампанского на другом конце помещения. Челюсть Алекса медленно поползла вниз. Он посмотрел на ребенка на своих руках, потом на Джинву, в чьих глазах начал разгораться недобрый фиолетовый огонек.
– Что он сказал? – переспросил Джинву вкрадчиво, и тени за его спиной угрожающе шевельнулись.
– Мой принц, вы не можете! – визирь подбежал к ним, заламывая руки. – Господин Сон, госпожа Окумура, прошу прощения! Его Высочество Халид… он… он не в себе! Проклятие Имшкарии слишком сильно сегодня!
Маленький принц Халид наконец повернул голову к визирю. В его лазурных глазах вспыхнуло древнее, не по годам властное пламя.
– Я сказал, что хочу его, – повторил мальчик, указывая маленьким пальчиком на Алекса. – Рядом с ним мне хорошо. Мое проклятие не мучит меня. Голоса в голове… они молчат. Впервые за семь лет я слышу тишину. И он приятно пахнет. Озоном и дождем.
Халид снова посмотрел на Алекса, и его взгляд стал почти умоляющим, хотя голос оставался твердым.
– Он будет моим мужем. И точка. Я заберу его в Имшкарию, и он будет править песками вместе со мной.
Алекс издал какой-то невнятный звук, похожий на сдавленный писк. Его «Ясновидение», которое обычно подсказывало выходы из любых ситуаций, сейчас просто выдавало белый шум.
– Э-э… малец, – Алекс попытался осторожно отстранить ребенка, но Халид вцепился в его футболку мертвой хваткой. – Слушай, я, конечно, польщен, но мне девятнадцать. А тебе семь. И я как бы… не планировал переезжать в пустыню.
– Время не имеет значения для тех, в ком течет кровь богов, – серьезно ответил Халид. – Я вырасту. А ты не изменишься. Я чувствую в тебе силу, которая может укротить мои пески.
Юми, которая до этого момента молча наблюдала за сценой, вдруг сделала шаг вперед. Она внимательно посмотрела на мальчика, и её глаза на мгновение вспыхнули золотом. Она увидела то, что не видели другие: вокруг ребенка клубилась тяжелая, иссушающая аура древнего проклятия, которая буквально выедала его ману. Но там, где его кожа соприкасалась с кожей Алекса, фиолетовое сияние «Кармического возмездия» и золото крови дракона создавали нейтральную зону. Сила Алекса, способная истощать врагов, парадоксальным образом «пожирала» проклятие принца, даруя ему покой.
– Так вот в чем дело, – мягко произнесла Юми. Она посмотрела на визиря. – Ваше Высочество страдает от Шепота Пустыни, не так ли?
Визирь побледнел и низко поклонился.
– Вы проницательны, госпожа Окумура. Принц Халид — сильнейший медиум нашего рода, но его разум постоянно атакуют голоса павших воинов и древних духов песка. Это сводит его с ума. Мы перепробовали всех целителей, но…
– Но мой сын — ходячий антидот, – закончила за него Юми. Она посмотрела на Джинву, который всё еще выглядел так, будто готов призвать Бера, чтобы тот унес «жениха» подальше. – Джинву, успокойся. Ребенок просто ищет спасения.
– Спасения? – Джинву скрестил руки на груди. – Он только что объявил моего пасынка своей собственностью перед всем мировым сообществом. Алекс, ты как?
– Я в прострации, пап, – честно ответил Алекс. – У меня на руках сидит будущий правитель целой страны и заявляет на меня права. У меня тренировка с Игрисом завтра, какой еще муж?
Халид, почувствовав холодность со стороны взрослых, внезапно шмыгнул носом, и в его глазах заблестели слезы.
– Пожалуйста… – прошептал он, прижимаясь лбом к плечу Алекса. – Не прогоняйте меня. Мне так больно… когда его нет рядом.
Алекс, который при всей своей внешней холодности и сарказме обладал добрым сердцем (унаследованным от матери), почувствовал, как внутри что-то екнуло. Он вздохнул и поудобнее перехватил мальчика.
– Ладно, ладно, не реви. Никто тебя не прогоняет. Пока что.
Визирь и охрана замерли в нерешительности. Шейхи в стороне начали перешептываться, осознавая политическую значимость момента. Союз Имшкарии и семьи Теневого Монарха через такой… экзотический договор?
– Это невозможно, – подал голос один из советников Ассоциации, решив вставить свои пять копеек. – Охотник Алекс Окумура — достояние Южной Кореи. Мы не можем позволить…
Джинву медленно повернул голову к советнику. Воздух в зале мгновенно похолодал на десять градусов.
– Вы что-то сказали о «позволении»? – тихо спросил Монарх. – Мой сын сам решит, где ему быть и кого защищать. И если этот ребенок нуждается в его силе, чтобы выжить, то это будет личным делом нашей семьи и королевской семьи Имшкарии. Ассоциация здесь лишняя.
Советник тут же захлопнул рот, потея под ледяным взглядом Джинву.
– Алекс, – Юми подошла к сыну и коснулась его руки. – Ты понимаешь, что это значит? Его проклятие… оно действительно замолкает рядом с тобой. Твоя сила «Кармического возмездия» поглощает негативную энергию, которая его убивает.
Алекс посмотрел на маленького принца. Халид уже успокоился и теперь с вызовом смотрел на всех окружающих, не отпуская своего избранника.
– То есть я теперь… нянька-терапевт государственного масштаба? – Алекс криво усмехнулся. – Класс. А я-то думал, что курение на крыше — моя самая большая проблема.
– Не просто нянька, – Халид поднял голову, его голос снова стал серьезным. – Ты мой защитник. Мой Хранитель. И когда я вырасту, я сделаю тебя самым богатым и могущественным человеком в песках.
– Малец, давай ты сначала научишься завязывать шнурки, а потом будешь обещать мне золотые горы, – Алекс покачал головой, но его хватка на принце стала более бережной.
Визирь, видя, что ситуация стабилизировалась, снова поклонился Джинву.
– Великий Монарх, мы просим вашего разрешения… Принц Халид должен остаться в Сеуле на время переговоров. Если ваш сын согласится быть рядом с ним… мы предоставим любые ресурсы, любые гарантии.
Джинву посмотрел на Юми. Она едва заметно кивнула. Её материнское сердце сочувствовало маленькому мальчику, который нес на своих плечах непосильную ношу. К тому же, она знала, что для Алекса это станет отличным уроком ответственности.
– Хорошо, – Джинву перевел взгляд на Алекса. – Сын? Что скажешь? Тебе с ним возиться.
Алекс посмотрел на Халида. Принц в ответ посмотрел на него с таким обожанием и надеждой, что парень просто не смог сказать «нет».
– Ладно, – вздохнул Алекс. – Но только при одном условии: он перестанет называть меня мужем прилюдно. Это… это чертовски неловко.
– Я буду называть тебя «Моя Луна», – тут же предложил Халид, сияя от счастья.
– Нет! – Алекс чуть не выронил его. – Просто Алекс! Понял? А-лекс!
– Хорошо, Алекс-джан, – согласился принц, прижимаясь щекой к его плечу. – Но от свадьбы ты всё равно не отвертишься через десять лет. Я уже всё решил.
Зал снова загудел. Банкет, который должен был стать скучным дипломатическим мероприятием, превратился в событие десятилетия. Теневой Монарх, Небесный Дракон и теперь — будущий Король Песков, привязанный к их наследнику странным магическим долгом.
Юми подошла к Алексу и поправила ему воротник, который Халид окончательно измял.
– Поздравляю, дорогой, – прошептала она, с трудом сдерживая смех. – Кажется, твое «Кармическое возмездие» принесло тебе очень неожиданную награду.
– Мам, не издевайся, – Алекс закатил глаза, но не смог скрыть легкой улыбки. – Пошли уже отсюда. На нас все смотрят как на экспонаты в зоопарке.
Они направились к выходу. Джинву шел впереди, его аура расчищала путь лучше любого кортежа. Юми следовала за ним, грациозная и величественная. А замыкал шествие Алекс, несущий на руках маленького принца Имшкарии, который уже начал что-то увлеченно рассказывать ему про своих ручных гепардов и золотые сады.
Когда они вышли на свежий воздух, Алекс почувствовал, как напряжение в его теле немного спадает. Халид действительно пах песком и какими-то редкими благовониями, и этот запах, смешиваясь с его собственной маной, создавал странный, но приятный уют.
– Слышь, Халид, – сказал Алекс, когда они садились в машину. – Если ты действительно собираешься остаться у нас, тебе придется слушаться моих родителей. И никакого «я хочу» каждые пять минут. Понял?
– Если ты будешь рядом, я буду самым послушным принцем в истории, – пообещал Халид, устраиваясь у него под боком на заднем сиденье.
Джинву, сидевший на переднем сиденье, обернулся и посмотрел на эту картину. Его взгляд смягчился.
– Знаешь, Юми, – сказал он, когда машина тронулась. – Я думал, что после рождения Сухо и Миджун в нашем доме станет спокойнее.
Юми рассмеялась, кладя голову ему на плечо.
– В доме, где живут Тень и Дракон, никогда не будет спокойно, Джинву. А теперь у нас еще и Пески. Нам определенно стоит купить дом побольше.
Алекс смотрел в окно на огни Сеула. Кенши, который материализовался прямо на коленях у принца (к великому восторгу последнего), довольно замурчал. Парень чувствовал, как жизнь снова делает крутой поворот. Месяц назад он едва не умер, защищая отчима. Сегодня он стал «избранным» для маленького бога из пустыни.
– Свадьба через десять лет, значит… – пробормотал Алекс себе под нос, чувствуя, как Халид засыпает, наконец-то обретя тишину в своей голове. – Ну-ну. Посмотрим, кто кого переспорит, Ваше Высочество.
Но где-то глубоко внутри, там, где текла кровь Небесного Дракона, он знал: этот ребенок теперь под его защитой. И ни одна сила в мире, будь то голоса в голове или вражеские армии, не посмеет коснуться того, кто выбрал его своим Хранителем.
Впереди был новый день, новые вызовы и, судя по всему, очень много разговоров о политике Имшкарии за семейным завтраком. Но глядя на спящего ребенка, Алекс впервые за долгое время почувствовал, что его сила «Кармического возмездия» создана не только для того, чтобы забирать жизнь, но и для того, чтобы дарить покой тем, кто в нем нуждается.
И это было, пожалуй, самое важное открытие в его жизни. После того, конечно, что его мама беременна, а отчим — всё еще самый пугающий человек на планете, особенно когда речь идет о женихах для его детей. Даже если этим женихам всего семь лет.