дрейк ненавидит когда его упрекают.
Смертельный звонок из прошлого
Тишина комнаты давила на уши. Денис ушел полчаса назад, тщательно проверив замки и убедившись, что Илья надежно зафиксирован. Мазеллов лежал на смятых простынях, глядя в потолок, где в свете единственной лампы плясали пылинки. Его запястья превратились в сплошное кровавое месиво. Каждый раз, когда он пытался дернуться, металл врезался в кожу, напоминая о бесполезности сопротивления.
В голове Ильи набатом стучала одна мысль: Ксюши нет. Дрейк сказал это так обыденно, словно сообщил о погоде. Тот самый Денис, с которым они вместе смеялись над донатами, пили пиво после стримов и строили планы на будущее, оказался хладнокровным убийцей. Илья зажмурился, пытаясь изгнать из памяти образ Ксюши, но видел только её улыбку, которая теперь навсегда погасла по вине человека, которого он называл другом.
Внезапно тишину разрезал резкий, вибрирующий звук.
Илья вздрогнул, едва не вывихнув плечо. Звук доносился со стороны тумбочки, которую Денис в спешке или по излишней самоуверенности придвинул слишком близко к кровати. Там, под ворохом каких-то бумаг, лежал телефон. Не его — телефон Ильи Денис давно уничтожил, — а, видимо, второй аппарат самого Дрейка, который тот забыл в спешке, уходя за продуктами.
Сердце Ильи забилось в горле. Это был шанс. Единственный.
– Пожалуйста, господи, пожалуйста, – шептал он, извиваясь всем телом.
Цепи натянулись. Боль была острой, обжигающей, но он не обращал на нее внимания. Илья вытянулся в струну, пальцы левой руки судорожно скребли по поверхности тумбочки. Еще сантиметр. Еще немного. Кончики пальцев коснулись прохладного корпуса.
Экран вспыхнул. «Максим Стинт».
Илья едва не закричал от смеси ужаса и надежды. Макс. Его старый друг, который всегда был слишком проницательным. Если кто и мог заподозрить неладное, то только он.
Стиснув зубы, Илья подцепил телефон ногтями и потянул на себя. Аппарат с глухим стуком упал на матрас. Илья, задыхаясь, нажал на кнопку принятия вызова, используя подбородок, и включил громкую связь.
– Алло, Дрейк? – голос Максима звучал раздраженно. – Ты куда пропал, чучело белобрысое? И почему Илья трубку не берет уже третий день? Ксюша тоже вне зоны. Вы там что, групповой запой устроили или решили в отшельников поиграть?
– Макс... – Илья захлебнулся слезами, голос был едва слышным хрипом. – Макс, это я.
На том конце провода повисла тяжелая, звенящая тишина.
– Илья? – голос Стинта мгновенно изменился. Исчезла шутливость, осталась только холодная тревога. – Ты почему так разговариваешь? Что происходит? Где вы?
– Макс, слушай меня быстро, – Илья говорил торопливо, постоянно оглядываясь на дверь, ожидая, что вот-вот услышит скрежет ключа. – Денис... он сошел с ума. Он убил Ксюшу. Он держит меня взаперти. Я прикован к кровати, Макс. Он больной, он не в себе...
– Что ты несешь? – Максим, казалось, перестал дышать. – В смысле убил? Илья, это не шутка? Если это ваш очередной тупой пранк для стрима, я вас обоих придушу.
– Это не пранк! – Илья сорвался на крик, и тут же зажал себе рот, насколько позволяли путы. – Клянусь жизнью, Макс. Она мертва. Он сказал, что её больше нет. Тут стены в панелях, окна заколочены... Я не знаю, где я. Это какая-то старая квартира или подвал.
– Так, успокойся, – голос Стинта стал жестким, профессиональным. – Дрейк сейчас где?
– Ушел в магазин. Сказал, что скоро будет. У меня мало времени. Макс, найди меня, пожалуйста. Он меня не отпустит. Он говорит, что любит меня... это какой-то кошмар.
– Слушай внимательно, – Максим на заднем плане чем-то загремел, послышался звук заводящегося двигателя. – Я сейчас пробью геолокацию этого телефона. Не отключайся. Положи трубку так, чтобы он не заметил, но не сбрасывай. Я вызову полицию. Илья, держись, слышишь? Не провоцируй его. Делай всё, что он скажет.
– Быстрее, Макс... – прошептал Илья. – Я слышу машину под окном. Кажется, это он.
– Я уже еду. Не смей сдаваться.
Илья подбородком столкнул телефон обратно за тумбочку, надеясь, что тот упадет в щель между стеной и мебелью. Он едва успел принять прежнюю позу и закрыть глаза, когда в коридоре послышался звук открывающегося замка.
Денис вошел тихо. От него пахло морозным воздухом и дорогим парфюмом — контраст с запахом пота, крови и антисептика в комнате был тошнотворным. Он поставил пакеты на пол и подошел к Илье.
– Ты спал? – ласково спросил Денис, проводя тыльной стороной ладони по его лбу. – Ты весь мокрый. Опять кошмары?
Илья не открывал глаз. Он боялся, что в его зрачках Денис увидит отражение надежды, которая была опаснее любого оружия.
– Уйди, – выдавил Илья.
– Ну зачем ты так, – вздохнул Дрейк. – Я купил твой любимый йогурт. И фрукты. Нам нужно поддерживать силы, Илюш. Скоро мы уедем. Я нашел домик в лесу, там нам никто не помешает. Никаких звонков, никаких лишних людей. Только ты и я.
Денис начал разбирать пакеты, что-то напевая себе под нос. Его движения были плавными, почти грациозными. Он выглядел абсолютно счастливым, и от этого Илье хотелось кричать до хрипоты. Как человек может совершить такое и оставаться таким... нормальным?
***
Тем временем в другом конце города Максим Стинт вел машину так, словно участвовал в гонках на выживание. Телефон на приборной панели показывал точку на карте — старый спальный район, окраина, где дома стояли полупустыми из-за программы реновации.
– Давай же, давай, – шептал Макс, сжимая руль до белизны в костяшках.
На заднем сиденье его машины сидели двое оперативников, которых он поднял на ноги через старые связи. Они слушали трансляцию с телефона Дрейка.
– Он невменяем, – тихо сказал один из полицейских, слушая, как Денис в трубке рассуждает о «счастливом будущем» в лесу. – Типичный бред преследования вперемежку с одержимостью. Если мы ворвемся резко, он может его убить.
– У него нет оружия, – возразил Макс. – Он использовал нож и тяжелый предмет. Это не профессионал, это псих.
– Психи с ножами опаснее всего, парень.
Когда они подъехали к серой пятиэтажке, Макс почувствовал, как внутри всё заледенело. Окна на третьем этаже были закрыты фанерой изнутри. Это было оно.
– Ждите моего сигнала, – скомандовал офицер. – Мы заходим через подъезд и чердак.
Максим не мог просто стоять и ждать. Он выскочил из машины, игнорируя окрики. В его голове пульсировала только одна картина: Илья, прикованный к кровати, и этот белобрысый ублюдок, который возомнил себя богом.
***
В комнате Денис как раз закончил кормить Илью с ложечки, игнорируя то, как пленник давится и пытается отвернуться.
– Вот и умница, – Денис улыбнулся, вытирая губы Ильи салфеткой. – А теперь я принесу ноутбук. Я скачал все наши старые совместные стримы. Посмотрим, вспомним, как всё начиналось...
Вдруг Дрейк замер. Его чуткий слух уловил странный шум в коридоре. Слишком тяжелые шаги для старого дома. Слишком много людей.
Его лицо мгновенно преобразилось. Дружелюбная маска сползла, обнажая хищный оскал. Он метнулся к тумбочке, и в его руке блеснуло лезвие — то самое, которым он пользовался три дня назад.
– Ты... – Денис медленно повернулся к Илье. – Ты что-то сделал?
– Денис, остановись, – Илья забился в цепях, видя, как безумие затапливает глаза друга. – Еще не поздно. Просто сдайся.
– Ты предал меня, – прошептал Денис. Его голос дрожал от обиды, как у ребенка, у которого отобрали игрушку. – Я всё для тебя сделал. Я освободил тебя от неё! Я подготовил нам рай! А ты... ты позвал их?
Он занес нож над Ильей.
– Если ты не будешь моим, ты не будешь ничьим, Илюш. Мы уйдем вместе. Так даже лучше.
– ДЕНИС, НЕТ! – закричал Илья, закрываясь плечом.
В этот момент дверь в комнату разлетелась в щепки.
– Полиция! Руки за голову! Брось нож!
Денис даже не обернулся. Он был полностью сосредоточен на Илье, его рука начала опускаться для удара.
– СТОЯТЬ! – Максим Стинт ворвался в комнату вслед за спецназом. Он не раздумывая схватил тяжелый торшер, стоящий у входа, и наотмашь ударил Дениса по спине.
Дрейк пошатнулся, нож прошел в сантиметре от горла Ильи, лишь слегка оцарапав кожу. В следующую секунду двое полицейских повалили Дениса на пол. Он не сопротивлялся — он просто кричал, глядя на Илью, и в этом крике было столько боли и ненависти, что у присутствующих пошли мурашки по коже.
– ОН МОЙ! ОН ВСЁ РАВНО БУДЕТ МОИМ! ВЫ НЕ ПОНИМАЕТЕ! Я ЛЮБЛЮ ЕГО!
На Дениса надели наручники. Его буквально волокли к выходу, а он всё продолжал извиваться, пытаясь дотянуться взглядом до кровати.
Максим бросился к Илье. Его руки дрожали, когда он пытался найти ключи или способ расстегнуть цепи.
– Илья... Боже, Илья, ты живой, – Макс сорвал с себя куртку, прикрывая израненные руки друга. – Всё кончено. Слышишь? Всё кончено.
Илья смотрел на дверь, через которую только что вывели Дениса. Его тело сотрясала крупная дрожь. Он чувствовал, как путы ослабевают под натиском кусачек, которые принесли полицейские, но тяжесть в груди никуда не исчезала.
– Макс... – прошептал Илья, вцепляясь в рукав Стинта. – Она правда мертва? Скажи мне, что он соврал. Пожалуйста.
Максим ничего не ответил. Он только крепче обнял друга, пряча взгляд. Тишина, воцарившаяся в комнате после криков Дениса, была страшнее любого шума.
Илья закрыл глаза. Он был свободен. Но он знал, что эта белая клетка, которую построил для него Денис, теперь навсегда останется внутри него. И каждый раз, закрывая глаза, он будет видеть белые волосы и слышать голос, обещавший ему вечность, которая превратилась в пепел.