Два альфы сон
Пепел прошлого и тени справедливости
– Юджин, Ли Вон, отойдите от него на минуту, – я старался, чтобы мой голос звучал максимально спокойно, хотя внутри меня бушевал первобытный хаос.
Мы были в моем пентхаусе. Юки лежал на огромном диване в гостиной, его кожа всё ещё была бледной, а дыхание — прерывистым. Магия рун, которой был пропитан нож Сухо, оставила глубокий след не только на теле, но и в самой сути его маны. Моя кровь Монарха, влитая в него, медленно вытесняла яд, но процесс был болезненным.
Ли Вон, чей живот уже отчетливо обрисовывался под тонкой тканью рубашки, сидел на полу у изголовья Юки, вцепившись в его руку. Его серые глаза были сухими, но в них застыл такой ужас, который не под силу описать ни одному юристу. Юджин стоял рядом, его руки дрожали, когда он поправлял одеяло на ногах моего сына.
– Джинву, что это было? – Юджин поднял на меня взгляд, полный немого вопроса. – Это не были врата. Это не был несчастный случай. Я чувствую запах... запах Звёздной Пыли и... Сухо?
Я тяжело вздохнул, чувствуя, как тени вокруг нас сгущаются, реагируя на мой гнев.
– Да. Это был Сухо. И за ним стояли люди, которые хотят увидеть нашу семью в руинах.
– Но он же его брат! – Ли Вон наконец заговорил, его голос сорвался на хрип. – Как он мог? Юки... он ведь всегда защищал его. Даже когда они ссорились, Юки никогда не использовал против него силу.
– Сухо больше не контролирует себя, – я подошел к окну, за которым ночной Сеул сиял миллионами огней, не подозревая о трагедии, разыгравшейся в тени. – Его разум отравлен. Хэ Ин... она допустила это. Или, что еще хуже, поспособствовала.
Я почувствовал, как Игрис внутри меня издал глухой рык. Мой верный рыцарь был в ярости. Сухо сейчас находился в «Мире Теней» — пространстве между измерениями, где время тянулось иначе. Он был заперт в коконе из черной маны, лишенный возможности навредить себе или кому-то еще, но его крики всё еще эхом отдавались в моем сознании.
– Оставайтесь здесь, – приказал я, оборачиваясь к омегам. – Бер и еще пятьдесят теней высшего ранга будут охранять периметр. Никто — я повторяю, никто — не должен войти в этот дом. Если Юки очнется, скажите, что я скоро вернусь.
– Куда ты, Джинву? – Юджин шагнул ко мне, его ярко-голубые глаза светились тревогой.
– Мне нужно навестить бывшую жену, – ответил я, и в этот момент моя аура на мгновение стала видимой, окутывая меня черным пламенем. – Пора расставить все точки над «и».
***
Район, где жила Хэ Ин после нашего развода, всегда казался мне слишком тихим. Слишком правильным. Идеальный фасад для женщины, которая так и не смогла смириться с тем, что её муж и младший сын — не просто люди, а существа иного порядка.
Я не стал стучать. Дверь просто рассыпалась в пыль под моим взглядом. Я вошел в квартиру, чувствуя едкий запах благовоний и чего-то еще... химического. Того самого порошка.
Хэ Ин сидела в кресле в гостиной. Она выглядела постаревшей. Её лицо было осунувшимся, а в глазах не было былого блеска великого охотника S-ранга. Она держала в руках фотографию, где мы все были еще вместе: я, она, маленький Сухо и новорожденный Юки на руках.
– Ты пришел убить меня, Джинву? – спросила она, даже не оборачиваясь. Её голос был лишен эмоций.
– Где ты взяла Звёздную Пыль, Хэ Ин? – я остановился в центре комнаты. Воздух вокруг меня вибрировал от сдерживаемой мощи. – И кто дал Сухо нож, способный ранить Монарха?
Она медленно повернула голову. На её губах блуждала безумная улыбка.
– Ты всегда любил его больше, – прошептала она. – Юки. Твой идеальный альфа. Твой наследник. А Сухо? Он был просто бетой. Тенью в твоем сияющем мире. Ты даже не заметил, как он начал гаснуть.
– Я любил их обоих одинаково! – мой голос прозвучал как удар грома, заставив стекла в окнах задрожать. – Но Сухо выбрал ненависть. А ты подкармливала её годами.
– Я дала ему цель, – Хэ Ин встала, её движения были дергаными. – Ассоциация предложила выход. Они сказали, что могут сделать его равным вам. Что Звёздная Пыль раскроет его скрытый потенциал. А нож... это была лишь страховка. Чтобы он мог защитить себя от «монстров», которыми вы стали.
Я сделал шаг вперед, и пол под моими ногами треснул.
– Он чуть не убил своего брата, Хэ Ин. Юки сейчас борется за жизнь. Твой сын едва не стал братоубийцей из-за твоих амбиций и твоей обиды. Ты хоть понимаешь, что ты натворила?
– Он хотел, чтобы ты заметил его! – выкрикнула она, и в её глазах вспыхнули слезы ярости. – Он хотел быть достойным фамилии Сон! А ты... ты нашел себе новых омег, ты строишь новую жизнь, пока мой сын гниет в тени твоего величия!
– Он гниет, потому что ты позволила ему принимать наркотик, который выжигает мозг! – я схватил её за плечи, встряхивая. – Где те, кто дал вам это? Имена, Хэ Ин!
Она рассмеялась — сухим, надтреснутым смехом.
– Слишком поздно, Джинву. Они уже получили то, что хотели. Данные о твоей крови. Данные о мане Юки. Сухо был лишь инструментом для сбора образцов. Ты думал, что ты самый сильный? Но наука не стоит на месте. Они создадут армию, способную противостоять теням.
Я оттолкнул её, и она упала обратно в кресло. Гнев, который я копил годами, наконец нашел выход. Но это был не тот гнев, который разрушает всё вокруг. Это был холодный, расчетливый гнев правителя.
– Ты больше не увидишь Сухо, – сказал я, и мой голос стал тихим, как шелест смерти. – Он останется со мной. Я вылечу его, если это возможно, или он проведет остаток своих дней в пустоте, где не сможет навредить ни себе, ни другим. А ты...
Я посмотрел на женщину, которую когда-то любил. Сейчас предо мной была лишь оболочка.
– Ты уедешь из этой страны. Завтра. Мои тени проводят тебя до аэропорта. Если ты хотя бы раз попытаешься связаться с кем-то из Ассоциации или приблизишься к моей семье — я забуду, что ты мать моих детей. Ты поняла меня?
Хэ Ин ничего не ответила, она лишь снова уставилась на фотографию. Я развернулся и вышел, чувствуя, как горечь заполняет горло.
***
Вернувшись в пентхаус, я застал картину, которая заставила моё сердце смягчиться.
Юки пришел в себя. Он полусидел на диване, бледный, но живой. Ли Вон прижимался к его боку, спрятав лицо на его плече, а Юки лениво перебирал его пальцы, хотя рука его всё еще заметно дрожала. Юджин сидел в ногах, накрыв ладонью живот, и тихо о чем-то рассказывал.
– Пап... – Юки поднял на меня взгляд. В его небесно-голубых глазах больше не было дымки, только глубокая, взрослая печаль. – Ты был у неё?
Я кивнул, опускаясь в кресло напротив.
– Да. Она... она сломлена, Юки. Но она была частью этого.
– Что с Сухо? – спросил Ли Вон, поднимая голову. В его взгляде адвоката теперь читалась сталь. – Джинву, то, что он сделал — это покушение на убийство S-ранга. По закону охотников...
– По закону охотников его должны казнить, – перебил я его. – Но он мой сын. И брат Юки.
– Он болен, Ли Вон, – тихо сказал Юки, сжимая руку своего омеги. – Я видел его глаза. Это была не его воля. Та дрянь, которую он принимал... она стерла его личность. Пап, ты ведь сможешь его очистить? У тебя ведь есть святая вода из системы или что-то в этом роде?
– Я попробую, – я посмотрел на свои руки, которые всё еще помнили холод клинка в груди сына. – Но это займет время. Его мана дестабилизирована. Он опасен.
– Мы поможем, – Юджин подошел ко мне и положил руку на плечо. – Мы — семья. И если один из нас упал в бездну, мы вытащим его. Даже если он сам этого не хочет.
Юки попытался улыбнуться, но поморщился от боли в груди.
– Слышишь, Ли Вон? Кажется, наш мелкий еще не родился, а у него уже есть сумасшедший дядя, которого нужно спасать.
Ли Вон только крепче обнял его.
– Главное, что ты здесь, Юки. Я... я чуть не сошел с ума, когда связь оборвалась. Пообещай мне, что больше никогда не будешь закрывать барьер. Даже если тебе будет больно. Я хочу чувствовать всё.
– Обещаю, – выдохнул Юки, целуя его в макушку. – Больше никаких секретов.
Я смотрел на них и понимал, что несмотря на шрам на груди Юки и предательство Сухо, мы стали сильнее. Враги, которые стояли за этим нападением, совершили роковую ошибку. Они думали, что ранят нас, но они лишь сплотили нас.
– Юки, – позвал я. – Когда ты окончательно окрепнешь, мы займемся Ассоциацией. Теми, кто называет себя «радикалами». Они посягнули на мою кровь. И они заплатят за каждый миллилитр твоей крови, пролитой на том складе.
Юки выпрямился, и в его глазах вспыхнуло то самое небесно-голубое пламя, которое делало его истинным наследником Монарха.
– Я готов, пап. Мой костяной дракон уже заждался настоящей охоты.
– Сначала — отдых, – строго прервал его Ли Вон. – И полноценное питание. И никаких тренировок минимум две недели. Это распоряжение твоего адвоката и матери твоего ребенка.
Юки весело посмотрел на меня.
– Видишь, пап? Я S-ранг, я Монарх, но против одного беременного омеги я бессилен.
– Это самая правильная сила в мире, сын, – улыбнулся я.
***
Ночь опустилась на Сеул, принося с собой долгожданный покой. Юки и Ли Вон уснули прямо в гостиной, укрытые одним пледом. Юджин дремал, положив голову мне на колени.
Я закрыл глаза и вошел в свой внутренний мир. Мир Теней встретил меня безмолвием. Я прошел мимо рядов застывших воинов к черному кокону, пульсирующему в центре пустоты.
Внутри лежал Сухо. Он больше не кричал. Его лицо в состоянии искусственного сна казалось совсем юным, почти таким же, как на той фотографии у Хэ Ин.
– Я не брошу тебя, – прошептал я, касаясь поверхности кокона. – Но тебе придется пройти через ад, чтобы вернуться. И я буду рядом на каждом шагу этого пути.
Я чувствовал, как мана Монарха внутри меня резонирует с остатками маны Сухо. Где-то там, под слоями химического безумия, еще теплилась искра моего сына. И я клянусь всеми тенями этого мира: я раздую эту искру в пламя, которое выжжет всю скверну.
Утром я получу отчеты от Бера. Утром начнется большая чистка Ассоциации. Утром мир узнает, что гнев Сон Джинву не знает границ.
Но сейчас... сейчас я просто сидел в тишине своего дома, охраняя сон тех, кто был мне дороже всего. Мой сын Юки выжил. Мои омеги в безопасности. А Сухо... Сухо вернулся домой, пусть и таким страшным способом.
Мы — Сон. Мы правим тенями и костями. Мы — те, кто стоит на страже человечества. Но прежде всего — мы те, кто никогда не оставляет своих.
Я посмотрел на спящего Юки. Его пирсинг на губе блеснул в свете луны. На его шее татуировка ассасина казалась живой, словно знак готовности к новой битве. Он был моим идеальным наследником не из-за силы, а из-за сердца, которое умело прощать даже тех, кто вонзил в него нож.
– Спи, Юки, – прошептал я. – Завтра начнется новая глава. И в ней мы будем охотниками, а не добычей.
Тени в углах комнаты согласно качнулись, растворяясь в предрассветных сумерках. Сеул просыпался, не зная, что Монарх Теней только что объявил войну всему миру ради спасения своей семьи. И в этой войне у врагов не было ни единого шанса.