← Назад к обзору

...

Трибуны, крики и привкус победы

Атмосфера стадиона UA во время Спортивного фестиваля напоминала извержение вулкана. Рев десятков тысяч зрителей сливался в единый гул, от которого вибрировали сами кости. Для большинства это был праздник силы и причуд, но для Хизаши Рин это был вызов всей системе, которую так старательно выстраивали её родители.

Она стояла на стартовой линии первого этапа — бега с препятствиями. Вокруг неё пестрели костюмы геройского курса: кто-то разминался, кто-то пускал искры из ладоней, кто-то, как Мидория, бормотал под нос стратегии. Рин же просто стояла, закрыв глаза. Её двухцветное каре слегка колыхалось от ветра, а пальцы в самодельных перчатках-браслетах привычно подрагивали.

– Смотрите-ка, это же та девчонка из управления, которая бросила вызов Ястребу! – донеслось откуда-то сбоку.

– Она серьезно думает, что сможет тягаться с нами в гонке? Без боевой причуды?

Рин даже не открыла глаз. «Пусть болтают», — подумала она. Её паучье чутьё уже начало сканировать пространство. Она чувствовала тепло тел конкурентов, напряжение в воздухе и даже то, как за кулисами Сущий Мик проверяет микрофон, готовясь объявить старт.

– СТАРТ! – Голос дяди Хизаши взорвал стадион, усиленный его причудой.

Толпа рванула вперед, создавая затор в узком туннеле. Рин не стала ломиться в гущу. Вместо этого она, используя свою невероятную прыгучесть, буквально взлетела по стене туннеля, пробежав по потолку над головами ошеломленных учеников. Её движения были быстрыми и точными, как у насекомого.

– ОГО! Посмотрите на это! – закричал в микрофон Ямада, едва сдерживая гордость. – Ученица класса 1-J Рин Хизаши выбирает вертикальный маршрут! Вот это я понимаю — управление ситуацией!

– Она просто использует физику и акробатику, – проворчал Шота Айзава, сидящий рядом, хотя в его глазах промелькнула тень одобрения.

Когда первый этап сменился полосой роботов-приманок, Рин не стала вступать в бой. Она видела, как Тодороки заморозил гигантов, оставляя их в неустойчивом положении.

– Спасибо за опору, снежная королева, – шепнула она, прыгая на плечо обледеневшего робота.

Она не бежала, она летела. Используя свои нити, Рин цеплялась за обломки, за края конструкций, перелетая через пропасти, которые заставляли других медлить. Её восприятие работало на полную мощность: она чувствовала каждое движение конкурентов за спиной. Когда Бакуго пронесся мимо на своих взрывах, обдав её жаром, она лишь ловко сгруппировалась в воздухе, используя воздушный поток от его атаки, чтобы пролететь еще пару метров.

На этапе с минами многие замедлились, боясь подорваться. Рин же просто... видела их. Не глазами, а тем самым покалыванием в затылке. Каждая мина под землей отзывалась в её сознании тревожным звоночком. Она неслась по полю зигзагами, наступая ровно в те миллиметры пространства, где было безопасно.

Когда она пересекла финишную черту пятой, стадион на мгновение притих. Управленец в пятерке лидеров? Это было неслыханно.

– Пятое место! Рин Хизаши! – надрывался Мик. – Моя... то есть, наша девочка показывает класс!

Второй этап — битва кавалерии — стал настоящим испытанием. Никто не хотел брать в команду «безликую» из управления, пока к ней не подошел Мидория.

– Рин-сан, твои рефлексы и нити... ты идеальный защитник, – сказал он, протягивая руку.

В итоге их команда — Мидория, Урарака, Хацумэ и Рин — стала самым странным сочетанием турнира. Пока Изуку маневрировал, а Мэй хвасталась своими «детками», Рин выполняла роль живого радара и щита. Её нити перехватывали чужие повязки в полете, а паучье чутьё позволяло команде уклоняться от атак, которые они даже не видели.

Они прошли в финальную часть. И вот здесь началось самое интересное — дуэли один на один.

Первым противником Рин стал парень из 1-Б с причудой укрепления тела. Он был уверен, что просто сомнет хрупкую девушку. Рин победила его за сорок секунд, просто запутав его ноги нитями и использовав его собственный вес, чтобы выкинуть за пределы ринга.

Второй бой был сложнее. Девушка из геройского курса с причудой манипуляции воздухом.

– Ты далеко зашла для обычного менеджера, – сказала противница, создавая вокруг себя ветряной щит. – Но здесь важна сила.

– Сила без контроля — это просто шум, – ответила Рин, принимая низкую стойку.

Она двигалась сквозь потоки воздуха так, словно они были видимыми нитями. Каждый раз, когда ветер должен был сбить её с ног, она изгибалась, пропуская удар мимо. Зрители видели лишь размытую тень. В какой-то момент Рин прыгнула высоко вверх, скрываясь в лучах солнца, и обрушилась на противницу сверху, зафиксировав захват.

– Победитель — Рин Хизаши! – объявил Полночь, взмахнув плетью.

И вот, полуфинал. Против неё стоял Тодороки Шото. Атмосфера накалилась — в прямом и переносном смысле. Половина арены была покрыта льдом, другая дышала жаром.

– Ты хорошо сражаешься, – холодно произнес Тодороки. – Но я не могу проиграть.

– Я тоже, – Рин вытерла капельку пота со лба. – Если я проиграю сейчас, родители скажут: «Мы же говорили, что ты слабая». А я больше не хочу их слушать.

Бой был жестоким. Тодороки не жалел льда, воздвигая целые горы, но Рин карабкалась по ним с ловкостью паука. Она использовала свои нити, чтобы подтягиваться к потолку стадиона и атаковать сверху. Её чутьё буквально разрывалось от предупреждений: лед, огонь, снова лед.

Она проиграла. Тодороки был слишком мощным, его масштабные атаки просто не оставляли пространства для маневра. В какой-то момент он создал такую волну льда, что Рин просто некуда было прыгнуть. Её вынесло за пределы ринга, хотя она до последнего цеплялась нитями за бетон.

Она лежала на траве, тяжело дыша. Весь стадион стоял. Люди аплодировали не только победителю, но и ей.

В итоге, после финального боя между Бакуго и Тодороки, на пьедестал почета поднялись трое. Бакуго — первый (и крайне злой из-за этого), Тодороки — второй, и Рин Хизаши — третья.

Это был беспрецедентный случай. Ученица класса управления на пьедестале почета Спортивного фестиваля UA.

Когда Всемогущий спустился, чтобы вручить медали, он задержался перед Рин дольше, чем перед остальными.

– Юная Хизаши, – он улыбнулся своей ослепительной улыбкой. – Ты показала сегодня нечто невероятное. Ты доказала, что герой — это не только причуда, но и дух, интеллект и воля. Ты уверена, что хочешь оставаться в классе управления?

– Я хочу быть собой, Всемогущий, – ответила Рин, принимая бронзовую медаль. – А где именно — я решу сама.

Позже, в раздевалке, когда шум стадиона немного утих, дверь распахнулась, и в комнату влетел Сущий Мик. Он выглядел так, будто сам только что выиграл войну.

– ПЛЕМЯШКА! – Он подхватил её на руки и закружил. – ТЫ ВИДЕЛА ЭТО?! ТЫ СЛЫШАЛА ИХ?! ВЕСЬ МИР ТЕПЕРЬ ЗНАЕТ ТВОЕ ИМЯ!

– Дядя, тише, ты мне барабанные перепонки лопнешь, – засмеялась Рин, хотя сама едва сдерживала слезы радости.

– К черту тишину! – Хизаши поставил её на пол и серьезно посмотрел в глаза. – Твои родители звонили. Пять раз.

Рин напряглась.

– И что они сказали?

– Мать кричала, что это позор, что юристы не прыгают по стенам... – Мик сделал паузу и вдруг ухмыльнулся. – А отец... отец просто молчал. А потом сказал, что ты была очень быстрой. Кажется, мы их дожали, Рин.

Девушка села на скамью, разглядывая свою бронзовую медаль. Она была тяжелой и холодной, но для неё она светилась ярче любого золота.

– Знаешь, дядя... – она подняла взгляд на Ямаду. – Я ведь не просто так пошла в управление. Я хотела доказать им, что даже там, где от меня ждут только бумажек, я буду лучшей. Но сегодня... когда я стояла на ринге против Тодороки...

– Ты поняла, что тебе этого мало? – мягко спросил Мик.

Рин кивнула.

– Я хочу на геройский курс. По-настоящему. Не тайно, не в обход правил. Я хочу, чтобы они увидели, как я спасаю людей.

– Ну, – Хизаши поправил свои очки. – После сегодняшнего у администрации UA не будет выбора. Тебя завалят предложениями о переводе. Сотриголова уже ворчит, что ему придется переписывать учебный план под «еще одну проблемную девчонку».

Рин улыбнулась. Она знала, что впереди еще много трудностей. Родители явно не сдадутся без боя, а учеба на геройском курсе — это не только медали, но и пот, кровь и риск. Но сейчас, чувствуя поддержку единственного близкого человека, который её понимал, она была готова ко всему.

Вечером они поехали в студию. Рин сидела в наушниках в углу, пока Мик вел свой эфир. Он то и дело поглядывал на неё через стекло, показывая большой палец.

– И помните, слушатели! – кричал он в микрофон. – Никогда не позволяйте никому говорить вам, кто вы есть! Если вы чувствуете, что рождены летать — летите! Даже если для этого вам придется сплести свою собственную паутину! YEAAAAAAH!

Рин закрыла глаза и впервые за долгое время почувствовала абсолютный покой. Её паучье чутьё молчало. В этом мире, в этой студии, рядом с этим шумным человеком, ей ничего не угрожало. Она была на своем месте.

А на её телефоне висело сообщение от неизвестного номера, пришедшее час назад: «Неплохая работа, малявка. Но на стажировке я тебя гонять буду вдвое сильнее. Ястреб».

Рин усмехнулась и отложила телефон. Жизнь только начиналась, и она обещала быть чертовски громкой.