← Назад к обзору

...

Сплетение нитей и громкие имена

Утро понедельника встретило академию UA необычайным оживлением. Спортивный фестиваль закончился, но его эхо всё еще дрожало в коридорах, отражаясь от стен восторженным шепотом учеников и вспышками камер журналистов у ворот. Для Рин это утро было особенным. Впервые за долгое время она не чувствовала себя «шпионом» в тылу врага. Её статус в школе завис в странном, но приятном лимбе: формально она всё еще числилась в классе 1-J, но приказ директора Незу уже лежал на столе Айзавы.

– Эй, племяшка, не спи на ходу! – Голос дяди Хизаши ворвался в её мысли вместе с запахом крепкого кофе. – Сегодня твой «тестовый» день в 1-А. Покажи им там, кто тут настоящая рок-звезда!

Рин поправила галстук и пригладила свои двухцветные волосы, которые после вчерашнего мытья пушились во все стороны.

– Дядя, это просто урок по выбору имен и стажировкам. Не думаю, что там нужно будет прыгать до потолка.

– О, ты недооцениваешь важность имени! – Ямада вскинул руки к небу. – Имя — это твой бренд, твой крик в вечность! Я вот своё придумал за пять минут, и посмотри, как оно качает!

Рин улыбнулась, вспоминая, как дядя рассказывал, что «Сущий Мик» — это результат его подростковой любви к радио и нежелания быть просто «парнем с громким голосом». Она чмокнула его в щеку и выскользнула из квартиры, направляясь к огромному зданию академии.

Когда она подошла к двери класса 1-А, её паучье чутьё выдало легкую вибрацию. Внутри было шумно. Очень шумно. Рин сделала глубокий вдох и толкнула тяжелую дверь.

В классе мгновенно воцарилась тишина. Двадцать пар глаз уставились на неё. Здесь были все герои фестиваля: Бакуго, чей взгляд прожигал в Рин дыру; Тодороки, выглядящий как всегда отстраненно; Мидория, который уже занес ручку над своим блокнотом.

– О, Рин-тян! Ты всё-таки пришла! – Урарака радостно замахала рукой, разбивая неловкую паузу.

– Привет, – Рин неловко махнула в ответ и прошла к свободному месту в конце кабинета, которое ей указал кивком Сотриголова.

Айзава, выглядящий еще более помятым, чем обычно, вылез из своего желтого спального мешка и встал за кафедру.

– Итак, – начал он, и класс мгновенно подобрался. – Сегодня у нас важная тема. Выбор геройских имен. Но прежде чем мы перейдем к творчеству, поговорим о суровых реалиях. Результаты Спортивного фестиваля принесли свои плоды.

Он нажал на пульт, и на экране за его спиной появилась таблица с именами учеников и количеством предложений от геройских агентств.

– Обычно разрыв между первым и вторым местом велик, – сухо продолжил Айзава. – Но в этом году ситуация... специфическая.

Класс ахнул. На первом месте по количеству заявок был Тодороки Шото. На втором — Рин Хизаши. И только на третьем, с заметным отставанием, шел Кацуки Бакуго.

– ЧТО ЗА ЧЕРТ?! – Бакуго вскочил, и из его ладоней вырвались мелкие искры. – Почему эта девчонка из управления выше меня?! Я победил в этом гребаном турнире!

– Успокойся, Бакуго, – голос Айзавы полоснул по ушам, как лезвие. – Профессионалы смотрят не только на сухую победу. Они оценивают потенциал, универсальность и... адекватность. Рин показала невероятный уровень адаптивности, не имея боевой причуды в привычном понимании. А ты на пьедестале выглядел как бешеная собака на цепи.

Рин почувствовала, как по спине пробежал холодок от яростного взгляда Бакуго, но она лишь выше подняла подбородок.

– Рин, – Айзава перевел взгляд на племянницу. – Тебе пришло более трех тысяч предложений. Большинство из них — от агентств, занимающихся разведкой и скрытными операциями. Но есть и одно... особенное.

Он не стал уточнять, но Рин и так знала. Ястреб. Герой номер три не бросает слов на ветер.

– Теперь к именам, – Айзава отошел в сторону, пропуская в класс Полночь. – Ваше имя должно отражать вашу суть. Оно будет сопровождать вас всю жизнь. Подумайте хорошенько.

Рин получила белую дощечку и маркер. Она замерла, глядя на пустую поверхность. Кто она? Рин Хизаши, дочь строгих родителей, которые видели в ней адвоката? Или племянница Сущего Мика, которая любит кислотные цвета и громкую музыку? Или всё же та «паучиха», что чувствует мир через вибрации воздуха?

Вокруг неё одноклассники уже вовсю креативили. «Фроппи», «Редут», «Уравити»... Мидория, к удивлению многих, выбрал «Деку», превратив оскорбление в символ надежды. Бакуго же продолжал воевать с Полночью, предлагая варианты один кровожаднее другого.

Наконец пришла очередь Рин. Она медленно вышла к доске, чувствуя, как внутри всё сжимается от волнения. Она перевернула дощечку.

На белом пластике четким почерком было выведено: «Арахна».

– Арахна? – Полночь приложила палец к губе, оценивающе рассматривая девушку. – Мифологический подтекст. Ткачиха, бросившая вызов богам. Очень дерзко, Рин-тян! И очень подходит твоему стилю боя.

– Я выбрала это имя не только из-за нитей, – тихо, но уверенно произнесла Рин, глядя прямо в глаза Айзаве. – Арахна была наказана за то, что была слишком хороша в своем деле. Мои родители тоже считали мои способности наказанием. Но я превращу это в свою самую большую силу.

– Принято, Арахна, – кивнул Айзава. – Садись.

Когда урок закончился, Рин начала собирать вещи. Ей нужно было возвращаться в свой класс на математику, но путь ей преградил Бакуго.

– Эй, ты, – прорычал он, нависая над ней. – Не думай, что эти цифры на экране что-то значат. Ты просто везучая выскочка. На стажировке ты сдуешься в первый же день.

Рин посмотрела на него снизу вверх. Её паучье чутьё молчало — Бакуго злился, но не собирался нападать. Это была просто его форма общения.

– Знаешь, Бакуго, – она закинула рюкзак на плечо. – Я пять лет жила в доме, где каждое моё движение было под микроскопом. Твои крики после этого — просто белый шум. Увидимся на поле боя.

Она обошла его, оставив парня в немом изумлении. У дверей её догнал Тодороки.

– Хизаши, – он остановился рядом, сохраняя свою обычную дистанцию. – Ты выбрала хорошее имя. И... поздравляю с предложениями. Я видел список. Старатель тоже прислал тебе запрос.

Рин удивленно вскинула брови.

– Герой номер два? Зачем я ему?

– Он одержим сильными причудами, – Шото отвел взгляд. – Но я бы не советовал тебе идти к нему. Он не умеет учить. Он умеет только ломать.

– Спасибо за предупреждение, Тодороки-кун, – искренне ответила Рин. – Но я уже выбрала.

– Ястреб? – догадался он.

– Ястреб, – подтвердила она с легкой улыбкой. – Кому, как не птице, учить паука летать?

Выйдя из геройского крыла, Рин направилась к переходу в блок управления. Ей казалось, что она стала выше на несколько сантиметров. Медаль в сумке, имя на доске, признание профи... Всё это было реальностью.

В коридоре 1-J её встретили как героиню. Цементос, их классный руководитель, даже позволил себе легкую улыбку, когда она вошла в кабинет.

– Ну что, Арахна, – негромко сказал он. – Готова к последним неделям в нашем классе? Думаю, управленцы будут скучать по твоему умению находить выход из безвыходных ситуаций.

– Я всё равно буду заходить, сэнсэй, – Рин села за свою парту. – Кто-то же должен напоминать героям, что без хорошего менеджмента они просто кучка людей в лосинах.

Класс дружно рассмеялся. Рин открыла тетрадь, но мысли её были далеко. Она представляла себе небо над Хосу, красные перья и бесконечное чувство свободы.

Вечером, когда занятия закончились, она ждала дядю у входа. Сущий Мик вылетел из дверей, размахивая какими-то бумагами.

– РИН! ТЫ НЕ ПОВЕРИШЬ! – Он подбежал к ней, едва не сбив с ног. – Я только что говорил с Незу. Твой перевод официально подтвержден! После стажировки ты переезжаешь в 1-А на постоянку!

Рин замерла, чувствуя, как сердце пропустило удар.

– Так быстро?

– А чего тянуть? – Мик обнял её за плечи. – Ты доказала всё, что нужно. Кстати, твоя мать... она прислала письмо.

Рин напряглась, ожидая очередной порции критики.

– И?

– Она написала, что раз уж ты выбрала этот «шумный путь», то должна быть лучшей. И... – он замялся, – она спросила, нужно ли тебе купить новый костюм. Кажется, стальной бастион начал давать трещины.

Рин уткнулась лицом в плечо дяди, пряча непрошеные слезы. Это не было прощением, но это было признанием.

– Я сама справлюсь с костюмом, – пробормотала она. – У меня есть пара идей с нитями и кевларом.

– Кто бы сомневался! – Мик рассмеялся, и его голос эхом разнесся по пустеющему двору академии. – Ладно, Арахна, пошли домой. Нам нужно отпраздновать твое новое имя. Закажем пиццу размером со стадион?

– Только если с ананасами, – хитро прищурилась Рин.

– О боже, за что мне это наказание?! – Мик театрально схватился за голову. – Но ладно, сегодня твой день.

Они шли к станции метро, два ярких пятна в сумерках города. Белые волосы Рин светились в свете фонарей, а её шаги были легкими и пружинистыми. Она знала, что стажировка у Ястреба будет тяжелой. Знала, что Бакуго не даст ей покоя. Знала, что мир героев полон опасностей, о которых не пишут в учебниках права.

Но впервые в жизни Хизаши Рин не боялась будущего. Потому что теперь она сама плела свою паутину, и эта сеть была достаточно крепкой, чтобы выдержать любой шторм.

– Эй, дядя, – позвала она, когда они уже подходили к турникетам.

– Да, слушаю, слушательница номер один!

– Спасибо. За то, что забрал меня тогда.

Ямада на мгновение замолчал, его вечная улыбка стала мягче и теплее. Он просто притянул её к себе и взъерошил двухцветные волосы.

– Глупости. Ты сама себя спасла, Рин. Я просто прибавил громкости.

И в этом шуме, в этом свете и в этой новой, обретенной силе, Рин наконец-то почувствовала, что она — дома. UA стала для неё не просто школой, а местом, где «паучье чутье» подсказывало только одно: всё будет хорошо. Плюс Ультра.