← Назад к обзору

Геля и Ася и глоток соджу

Утро в стиле «Лисов»

Питерское утро было на удивление тихим. Дождь, который вчера неистово колотил по жестяному подоконнику, сменился тяжелым, ватным туманом, окутавшим Васильевский остров. В квартире было прохладно, но под тяжелым одеялом сохранялся кокон из тепла и едва уловимого аромата вчерашнего вина и персикового мыла.

Геля спала глубоко, без сновидений, что случалось с ней крайне редко. Обычно ее мозг даже ночью продолжал прокручивать раскадровки будущих съемок или цитаты из книг, но сегодня внутри была странная, звенящая пустота — чистый лист, на котором еще только предстояло что-то написать. Она лежала на животе, уткнувшись лицом в подушку, и одна ее рука свисала с края кровати, кончиками пальцев касаясь ворсистого ковра.

Ася проснулась на час раньше. Она долго лежала, прислушиваясь к ровному дыханию Гели, и чувствовала, как внутри нее распускается что-то огромное и светлое. Вчерашний вечер не ушел вместе с темнотой, он остался на кончиках пальцев, в легкой ломоте мышц и в осознании того, что теперь всё иначе. Она осторожно выбралась из постели, стараясь не потревожить Гелю, и на цыпочках ушла на кухню.

Кухня встретила ее привычным беспорядком: вчерашние бокалы, тарелка с остатками соуса и две клюшки в углу, которые в утреннем свете выглядели как стражи их маленького королевства. Ася напевала что-то невнятное, ставя чайник и доставая сковороду. Ей хотелось сделать это утро идеальным. Не «каноничным», не «эстетичным», а просто уютным.

Запах жареного бекона и свежесваренного кофе постепенно заполнял пространство, пробираясь сквозь щель под дверью в спальню. Ася выключила плиту, переложила завтрак на тарелки и, помедлив секунду, стянула с себя широкую футболку, оставшись в одних коротких шортах. Ей нравилось это новое чувство свободы в их общей квартире.

Она вернулась в спальню бесшумно. Геля даже не шелохнулась, только чуть сильнее сжала край подушки. В полумраке комнаты ее светлые волосы казались ореолом вокруг головы. Ася присела на край кровати, чувствуя, как матрас прогибается под ее весом.

– Эй, соня, – прошептала она, но Геля лишь что-то невнятно пробормотала в подушку.

Ася улыбнулась. Она знала, что Геля ненавидит просыпаться рано, и обычно ее пробуждение сопровождалось ворчанием, достойным самого угрюмого вратаря «Лисов». Но сегодня Асе хотелось проверить, насколько далеко простирается ее новая «власть».

Она наклонилась ниже, чувствуя исходящее от Гели тепло. Ася начала с мягкого поцелуя в плечо, там, где кожа была особенно нежной. Геля вздрогнула, но не проснулась. Тогда Ася переместилась выше, к шее. Она знала, что это одно из самых чувствительных мест Гели, хотя та всегда старательно это скрывала за высокими воротниками толстовок.

Ася прижалась губами к пульсирующей жилке под челюстью, а затем перешла к более напористым, властным поцелуям, слегка прикусывая кожу.

– М-м-м… – Геля издала низкий, гортанный звук, который мгновенно перешел в сдавленный стон. Она не открыла глаз, но ее тело отозвалось мгновенно: спина выгнулась, а пальцы вцепились в простыню.

– Просыпайся, – прошептала Ася прямо ей в ухо, обжигая дыханием. – Завтрак остынет.

Геля наконец перевернулась на спину, щурясь от неяркого света, пробивающегося сквозь шторы. Ее лицо было сонным, губы припухли, а взгляд был расфокусированным и ошеломленным.

– Ты… – Геля сглотнула, пытаясь вернуть голосу твердость. – Ты что творишь? Это незаконный прием.

– В этой квартире больше нет правил, Миньярд, – Ася рассмеялась, нависая над ней и упираясь руками в матрас по обе стороны от головы Гели. – Я приготовила завтрак. И если ты не встанешь через пять минут, я съем твою порцию.

– Попробуй только, – Геля потянулась, демонстрируя гибкость, от которой у Аси на мгновение перехватило дыхание. – И перестань называть меня по фамилии персонажа. Это сбивает настройки.

– О, неужели? – Ася прищурилась, лукаво глядя на подругу. – А мне казалось, тебе нравится, когда я играю роль «бегунка», который не знает своего места.

Геля резко села, оказываясь лицом к лицу с Асей. Расстояние между ними сократилось до нескольких сантиметров. В глазах Гели вспыхнул тот самый огонек, который Ася видела вчера вечером — смесь вызова и нежности.

– Нил Джостен никогда не готовил завтраки, – Геля протянула руку и коснулась щеки Аси, стирая невидимую пылинку. – Он только убегал и врал. А ты здесь. И ты настоящая.

– Именно, – Ася перехватила ее ладонь и поцеловала центр ладони. – Поэтому вставай. Я серьезно насчет бекона.

Через десять минут они сидели на кухне. Геля, завернутая в огромный черный халат, сонно помешивала кофе, наблюдая за тем, как Ася увлеченно рассказывает о планах на день.

– …и я подумала, что нам нужно купить нормальные шторы в спальню, – Ася активно жестикулировала вилкой. – Те синие слишком сильно пропускают свет, а если мы теперь будем… ну, проводить там больше времени не только во сне, то приватность не помешает.

Геля едва заметно улыбнулась в свою кружку.

– «Проводить больше времени не только во сне»? – повторила она, приподняв бровь. – Ты очень тактично это сформулировала.

Ася слегка покраснела, но взгляда не отвела.

– А что? У тебя есть другие предложения по досугу?

– Есть, – Геля поставила кружку на стол и серьезно посмотрела на нее. – Я хочу, чтобы мы сегодня просто были собой. Никаких париков, никакого грима, никаких клюшек. Я хочу сходить в тот книжный на углу, где ты вечно залипаешь у полок с фэнтези, и чтобы ты выбрала мне что-нибудь, что тебе действительно нравится. Не потому, что это «канон», а потому, что это ты.

Ася замерла, и в ее глазах отразилось такое неприкрытое обожание, что Геле стало почти неловко.

– Ты серьезно? Ты же ненавидишь мои «сказки про драконов».

– Я их не читала, – поправила Геля. – Я их критиковала из принципа. Теперь принцип изменился.

– Значит, сегодня день без Эндрилов? – уточнила Ася, протягивая руку через стол.

Геля переплела свои пальцы с ее, чувствуя, как внутри окончательно устанавливается штиль.

– Сегодня день Гели и Аси. И, кажется, это мой любимый фандом.

Они доели завтрак в уютном молчании, которое прерывалось только тиканьем часов и шумом далеких машин за окном. Питер продолжал свою серую, будничную жизнь, но внутри этой маленькой кухни на Васильевском острове всё сияло золотом.

Когда пришло время собираться, Ася задержалась у зеркала в прихожей, рассматривая свое лицо. Без грима шрамов, без голубых линз она видела просто девушку с веснушками и чуть взволнованным взглядом.

– Гель, – позвала она.

Геля подошла сзади, кладя подбородок ей на плечо. В зеркале они выглядели на удивление гармонично — темная и светлая, лед и пламя, как часто писали в комментариях под их косплеями. Но сейчас это была не картинка для лайков.

– Ты не жалеешь? – тихо спросила Ася, глядя на их отражение.

Геля развернула ее к себе, заставляя смотреть прямо в глаза.

– Жалею только об одном, – она сделала паузу, наслаждаясь тем, как Ася затаила дыхание. – О том, что вчера на ужине было слишком много разговоров о книгах и слишком мало — о нас.

– Мы это исправим, – пообещала Ася, притягивая ее за края халата для быстрого, но обещающего поцелуя.

– Исправим, – согласилась Геля. – Но сначала — шторы и драконы.

Они вышли из квартиры, оставив за закрытой дверью мир вымышленных героев, клюшек и повязок на предплечьях. На лестничной клетке пахло старым подъездом и сыростью, но, когда Ася крепко сжала руку Гели, та поняла: никакая выдуманная история не сравнится с тем, что начиналось прямо сейчас.

– Да или нет? – шепнула Ася, когда они вышли на улицу под мелкую морось.

Геля не стала отвечать словами. Она просто сильнее сжала ее ладонь и шагнула в туман, ведя Асю за собой. Ответ был очевиден, и он больше не нуждался в подтверждении.