← Назад к обзору

Гнев младшего сына

Наследники тишины и пламени

– Получай! Вха-вха-вха! Я победила! – звонкий, заливистый девчоночий смех эхом разнесся по просторному залу нашего загородного поместья.

Я почувствовал, как маленькие ладошки победно вцепились в мои плечи, а коленки крепко сжали мои бока. Пятилетняя Мина, моя внучка, со всей серьезностью восприняла нашу шуточную битву. Она буквально оседлала Теневого Монарха, прижимаясь щекой к моей макушке и торжествующе размахивая игрушечным мечом.

– Сдаюсь, великий воин, – пробасил я, медленно опускаясь на ковер, чтобы не уронить это маленькое сокровище. – Твоя магия оказалась сильнее моих теней.

Я чувствовал, как внутри меня, глубоко в бездне, где обитают легионы солдат, раздается едва слышный гул. Мои тени — Бер, Игрит, Берион — все они безмолвно наблюдали за этой сценой, и я клянусь, что чувствовал их коллективное умиление. Тот, перед кем трепетали правители миров, сейчас послушно изображал лошадку для маленькой девочки с черными взъерошенными волосами и пронзительно голубыми глазами — точной копией глаз ее отца.

Рядом, на мягком ковре, возились двойняшки — трехлетние Джинхо и Хэсу. Они были заняты строительством какой-то невероятной крепости из магических кубиков, которые подсвечивались мягким синим светом. Джинхо, более спокойный и рассудительный, бережно устанавливал фундамент, в то время как Хэсу, обладающая взрывным характером, то и дело пыталась добавить в конструкцию элементы «боевой магии», отчего кубики начинали вибрировать.

Это были дети Юки и Ли Вона. Шесть лет назад, когда они решили воспользоваться услугами суррогатного материнства, мир охотников замер в ожидании. Многие гадали, какими родятся дети, в чьих жилах течет кровь Теневого Монарха, смешанная с волей Юки, который пробудил свою силу без помощи системы.

Результат превзошел все ожидания. Мина в свои пять лет уже проявляла способности к управлению теневыми эманациями, хотя я строго-настрого запретил ей практиковаться без моего присмотра. Двойняшки же пока просто радовали нас своей энергией, хотя я уже видел, как тени вокруг них начинают удлиняться, когда они сердятся.

– Дедушка, а расскажи еще раз, как ты победил того большого злого дядю с крыльями? – Мина сползла с моей спины и устроилась рядом, подперев кулачками подбородок.

– Мина, не приставай к дедушке, он только что приехал с собрания Ассоциации, – раздался мягкий голос от двери.

В зал вошел Юки. Годы пошли ему на пользу. Он стал еще выше, раздался в плечах, а его движения обрели ту уверенную неторопливость, которая присуща людям, полностью познавшим свою силу. Его черные волосы были аккуратно подстрижены, виски всё так же выбриты, а в голубых глазах больше не было той колючей ярости, которая жгла его в юности. Рядом с ним шел Ли Вон. Время словно не коснулось его лица, лишь взгляд стал глубже и спокойнее.

– Всё в порядке, Юки, – я улыбнулся, притягивая внучку к себе. – Общение с великим воином Миной восстанавливает силы лучше любого эликсира.

Ли Вон подошел к двойняшкам и ловко подхватил Хэсу на руки, прежде чем она успела обрушить крепость брата.

– Папа! – Хэсу радостно заерзала. – Смотри, какую башню мы построили! Это для дедушки Джинву!

– Очень красивая башня, милая, – Ли Вон поцеловал дочь в макушку и посмотрел на меня. – Здравствуйте, господин Сон. Как прошел день?

– Обычная бюрократия, Ли Вон. Ассоциация всё никак не может решить, что делать с новыми типами врат в Европе. Но здесь, с вами, это кажется таким далеким и неважным.

Юки сел в кресло напротив, наблюдая за детьми. Между нами давно не осталось недомолвок. Прошлое было похоронено, обиды забыты, а Ча Хэ Ин... она осталась лишь строчкой в судебных хрониках и далеким, блеклым воспоминанием. Она отбывала свой срок в специальном поселении, лишенная права связи с семьей по собственному желанию — она так и не смогла простить нам того, что мы стали счастливы без ее «идеального» контроля.

– Сухо звонил сегодня, – сказал Юки, принимая чашку чая из рук Ли Вона. – Он сейчас где-то в горах Тибета. Говорит, нашел древний храм, где мана течет иначе.

Я кивнул. Мой старший сын выбрал свой путь. После того как шторм в нашей семье утих, Сухо вдруг осознал, что всю жизнь жил ради чужих ожиданий. Сначала ради матери, потом пытаясь соответствовать моему статусу. Три года назад он пришел ко мне и честно сказал, что хочет уйти со службы в Ассоциации.

– Отец, я хочу увидеть мир своими глазами, а не через прицел магических навыков, – сказал он тогда. – Я хочу понять, кто я такой без фамилии Сон и без звания S-ранга.

Я поддержал его. Сухо не торопился заводить семью или детей. Он путешествовал, изучал заброшенные подземелья, помогал восстанавливать разрушенные города и просто жил для себя. Он присылал нам открытки из самых невероятных уголков планеты и иногда выходил на связь через магические каналы, звуча при этом по-настоящему счастливым.

– Ему это нужно, – добавил Юки. – Сухо всегда был слишком правильным. Ему полезно немного «одичать» в горах.

– Он прислал подарок для Мины, – Ли Вон достал из кармана небольшой амулет на кожаном шнурке. – Сказал, что это защитный оберег из монастыря.

Мина тут же подбежала к отцу, с любопытством разглядывая вещицу.

– От дяди Сухо? А когда он приедет? Он обещал покатать меня на своем золотом льве!

– Скоро, малышка, скоро, – улыбнулся Юки.

Мы провели вечер в уютной суете. Ли Вон готовил ужин, наполняя дом ароматами специй и домашнего уюта. Дети бегали по саду, заставляя тени деревьев танцевать под их смех. Я сидел на веранде с Юки, глядя на заходящее солнце.

– Знаешь, отец, – Юки посмотрел на свои руки, на которых едва заметно пульсировали темные вены — знак его связи с бездной. – Иногда я просыпаюсь и не верю, что всё это правда. Что у меня есть Ли Вон, дети, этот дом... И что ты сидишь здесь, со мной.

– Ты сам это построил, Юки. Ты и Ли Вон. Я лишь перестал вам мешать.

– Ты сделал больше. Ты позволил нам быть собой.

Юки замолчал на мгновение, а затем добавил тише:

– Я видел ее недавно. Мать.

Я вздрогнул. Мы редко говорили о Хэ Ин.

– И как она?

– Старая. Злая. Она всё еще твердит, что я разрушил ее жизнь. Что Ли Вон — это моя главная ошибка. Она не захотела смотреть на фотографии внуков. Сказала, что это «грязная кровь».

Я почувствовал, как внутри меня шевельнулся холодный гнев, но быстро его подавил. Хэ Ин была мертва для этой семьи задолго до того, как ее посадили за решетку.

– Мне жаль ее, – продолжал Юки. – Жаль, что она так и не поняла: сила не в чистоте крови или имидже. Сила в том, чтобы уметь любить вопреки всему. Она прожила жизнь в золотой клетке, которую сама же и построила.

– Она выбрала свой рай, который оказался адом, – ответил я. – Давай не будем о ней. Сегодня великий день — Мина победила Теневого Монарха.

Юки рассмеялся, и этот звук был самым чистым и радостным, что я слышал за последние годы.

– Дедушка! Папа! Идите кушать! – закричал Джинхо, выбегая на веранду.

Мы встали и пошли в дом. За столом было шумно. Дети перебивали друг друга, Ли Вон пытался утихомирить Мину, которая пыталась накормить своего теневого котенка кусочком рыбы. Я смотрел на них и понимал, что это и есть моя истинная армия. Не легионы бессмертных солдат, а эти живые, капризные, любящие люди.

Позже, когда детей уложили спать, мы с Юки и Ли Воном долго сидели на кухне, попивая чай.

– Господин Сон, – Ли Вон поставил чашку на стол. – Мы хотели спросить... Мина начала спрашивать о своей силе. Она видит тени. Настоящие тени. Не те, что от солнца, а те, что живут внутри вещей. Она боится их.

Я посмотрел на Юки. Тот кивнул.

– Я пытался объяснить ей, но моя тьма... она другая. Она дикая. А в ней я чувствую твою мощь, отец. Спокойную, упорядоченную. Ты сможешь начать учить ее?

– Ей всего пять, Юки.

– Я знаю. Но она уже призывает маленьких существ. Мы не хотим, чтобы она повторила мой путь — путь страха и отрицания. Мы хотим, чтобы она приняла себя.

Я задумался. Учить внучку искусству Монарха... Это была огромная ответственность. Но глядя в серьезные лица Юки и Ли Вона, я понял, что не могу отказать.

– Хорошо. Начнем с малого. Я научу ее дружить с тенями, а не подчинять их. Пусть они будут ее защитниками, а не слугами.

Ли Вон облегченно выдохнул и накрыл руку Юки своей.

– Спасибо, Джинву.

Я вышел на балкон своей комнаты, когда в доме уже погас свет. Ночной воздух Чеджу был прохладным. Я посмотрел на звезды и почувствовал присутствие Сухо. Он был далеко, но наша связь была крепкой. Он был свободен, Юки был счастлив, а я... я наконец-то обрел покой.

Моя система тихо мигнула в углу зрения.

[Внимание. Обнаружен новый пользователь в режиме ожидания: Сон Мина.]

[Статус: Внучка Монарха. Потенциал: Бесконечен.]

Я улыбнулся и закрыл окно системы. Мне больше не нужны были оповещения, чтобы знать, что мое наследие в надежных руках.

– Спи спокойно, маленькая королева, – прошептал я в пустоту ночи. – Твой дедушка присмотрит за твоими тенями.

В ту ночь мне снились не битвы и не кровь. Мне снился золотой берег, на котором двое братьев — один в золотом сиянии, другой в глубокой тени — вместе строили замок из песка. И этот замок не разрушался приливом, потому что его фундаментом была не мана, а нечто гораздо более прочное.

Я проснулся на рассвете от того, что кто-то тихонько потянул меня за край одеяла. Открыв глаза, я увидел Мину. Она стояла у кровати, прижимая к груди плюшевого мишку, а из-под ее ног медленно выползала крохотная, почти прозрачная тень в форме щенка.

– Дедушка, – прошептала она. – Мой хвостик хочет играть. Ты научишь меня, чтобы он не кусался?

Я сел, протянул руку и мягко коснулся головы теневого щенка. Тот довольно завилял хвостом и растворился.

– Конечно, Мина. Пойдем в сад. Пока папа и Ли Вон спят, мы начнем наш первый урок.

Мы вышли в утренний туман. Маленькая девочка и Теневой Монарх. Осколки прошлого окончательно рассыпались в прах, уступая место будущему, которое мы выбрали сами.

– Дедушка, а тени добрые? – спросила она, крепко держа меня за руку.

– Тени такие же, как и мы, Мина. В них есть и холод, и тепло. Главное — какое сердце ими управляет.

Она серьезно кивнула, принимая это знание. И в этот момент я понял, что всё, через что мы прошли — предательство Хэ Ин, бунт Юки, одиночество Сухо — всё это было лишь долгой дорогой к этому утру.

К утру, где Теневой Монарх больше не был одинок. Где у него была семья, способная приручить саму бездну.

– Смотри, дедушка! – Мина взмахнула ручкой, и утренняя роса на траве вдруг задрожала, отражая тысячи крохотных фиолетовых искр. – Красиво!

– Очень красиво, Мина. Очень красиво.

Мы стояли посреди сада, и солнце медленно поднималось над горизонтом, заливая мир светом, в котором тени больше не казались страшными. Они были частью нас. Частью нашей истории. Частью нашей любви.

И это была окончательная победа. Победа жизни над системой. Любви над имиджем. Семьи над одиночеством.

Я подхватил внучку на руки и подбросил ее вверх, к самому небу. Ее смех распугал птиц, и я знал, что где-то в горах Тибета Сухо почувствовал этот смех и улыбнулся в ответ.

Мы были вместе. И это было единственным, что имело значение.