Гнев жены
Двойное эхо будущего
Я никогда не считал себя медлительным. Мои рефлексы, отточенные Системой и сотнями смертельных схваток, позволяли мне уворачиваться от молний и двигаться быстрее звука. Но в тот момент, когда я читал сообщение от Юми, время для меня просто остановилось. Я смотрел на экран телефона, и буквы расплывались, превращаясь в сияющие искры.
«Я беременна».
Я не помню, как доехал до дома. Кажется, я нарушил все возможные правила дорожного движения, а мои тени, чувствуя моё неистовое возбуждение, едва не вырвались наружу, пугая случайных прохожих. Я ворвался в квартиру, срывая на ходу пиджак, и замер в прихожей.
Юми стояла в гостиной. Она только что закончила поливать цветы и теперь смотрела на меня с той самой мягкой, немного лукавой улыбкой, которую я полюбил еще в юности. В её глазах не было страха или тени прошлого — только свет.
Я в два шага преодолел расстояние между нами и буквально впился в её губы. Это не был поцелуй страсти, это был поцелуй отчаяния и безграничного облегчения. Я целовал её, шепча слова благодарности прямо в её дыхание, захлебываясь собственным восторгом.
– Спасибо... Боже, Юми, спасибо тебе... – мой голос дрожал, срываясь на хрип.
Я опустился на колени прямо перед ней, не заботясь о том, как жалко это может выглядеть со стороны. Величайший охотник человечества, Монарх Теней, склонил голову перед своей женой. Я осторожно, почти боясь дышать, положил ладони на её еще плоский живот. Под тонкой тканью домашнего платья я не чувствовал ничего, кроме тепла, но для моего восприятия там уже пульсировала новая Вселенная.
Одинокая слеза скатилась по моей щеке. Я не вытирал её. Это была слеза человека, который получил прощение, о котором не смел и мечтать.
– Джинву, ну что ты... – Юми запустила пальцы в мои волосы, нежно поглаживая затылок. – Вставай. Ты же сейчас разрыдаешься, как Алекс, когда у него отнимают игрушку.
Я поднял голову, глядя на неё снизу вверх.
– Я просто... я не заслужил этого счастья после всего, что сделал. Но я клянусь, Юми, я стану для этого ребенка — и для тебя, и для Алекса — всем. Я буду щитом, который не пропустит ни одной тени.
Она наклонилась и поцеловала меня в лоб.
– Ты уже стал им, Джинву. Просто будь рядом. Этого достаточно.
***
Вечер опустился на Сеул, окутывая город уютными сумерками. В нашей спальне царил покой. Алекс, измотанный дневными играми, забрался к нам в кровать. Он лежал ровно посередине, раскинув руки и ноги, и его мерное сопение было самой лучшей колыбельной.
Мы с Юми лежали по бокам от него, подперев головы руками и глядя друг на друга через спящего сына.
– О чем ты думаешь? – прошептала она, касаясь пальцами руки Алекса.
– О будущем, – признался я. – О том, как мы будем расширять детскую. О том, что мне нужно будет брать меньше миссий в Ассоциации. Я хочу видеть каждый момент. Как он или она впервые улыбнется, как сделает первый шаг... Я пропустил слишком много с Алексом из-за этих проклятых врат.
Юми улыбнулась, и в полумраке её глаза блеснули, как небесно-голубые сапфиры.
– У тебя будет шанс всё исправить. Этот ребенок — наш новый старт. Знаешь, я уже представляю, как они будут играть вместе. Алекс будет защитником, он уже такой серьезный.
– А если будет девочка? – я невольно улыбнулся. – Я сойду с ума. Я окружу дом армией теней, чтобы ни один мальчишка не подошел к ней ближе чем на километр. Игрис будет её личным телохранителем.
Юми тихо рассмеялась, прикрыв рот ладонью, чтобы не разбудить сына.
– Бедная девочка. С таким отцом ей придется несладко. Но, честно говоря, я бы на это посмотрела. Монарх Теней, меняющий подгузники и заплетающий косички... Это видео набрало бы больше просмотров, чем то, первое.
Я слегка поморщился при упоминании видео, но боль уже не была такой острой. Она стала частью фундамента, на котором мы строили наш новый дом.
– Я готов на всё, Юми. Лишь бы ты была счастлива.
Она протянула руку через спящего Алекса и накрыла мою ладонь своей.
– Я уже счастлива, Джинву. Мы справимся.
***
Прошло шесть месяцев.
Живот Юми заметно округлился, придавая ей особую, величественную красоту. Она стала медлительнее, но её характер оставался таким же боевым. Она продолжала руководить своей студией, хотя я и пытался уговорить её уйти в декрет пораньше.
– Джинву, я беременна, а не при смерти, – отрезала она, когда я в очередной раз попытался запретить ей ехать на запись. – И вообще, мне нужны персики. Срочно.
За эти полгода она так и не сказала мне пол ребенка. Каждый раз, когда мы шли на УЗИ, она просила врача записать результат на бумажке и спрятать в конверт, который потом таинственным образом исчезал в её вещах.
– Пусть это будет сюрпризом, – говорила она с загадочным видом. – Тебе полезно помучиться неизвестностью.
И вот, субботним утром, я сидел на полу в гостиной, окруженный каталогами мебели. Алекс сидел рядом со мной, сосредоточенно пытаясь собрать конструктор, который постоянно разваливался.
– Так, – пробормотал я, листая глянцевые страницы. – Эта кроватка из экологически чистого дуба выглядит надежной. И матрас с ортопедическим эффектом... Как ты думаешь, Алекс, твоему братику или сестренке понравится такая?
Алекс поднял на меня серьезный взгляд своих небесно-голубых глаз.
– Папа, а если они не захотят спать в одной?
– В смысле в одной? – я не понял вопроса. – Мы купим самую лучшую, одну, но очень просторную.
В этот момент из кухни вышла Юми. Она была одета в свободную тунику, в одной руке держала надкушенную булочку с корицей, а в другой — стакан молока. Она остановилась около нас, критически осматривая каталог.
– Бери две, – бросила она между двумя укусами.
Я поднял на неё непонимающий взгляд.
– Зачем две, дорогая? Мы же решили, что пока ребенок маленький, он будет в нашей комнате, а потом...
Юми прожевала булочку, запила её молоком и, как ни в чем не бывало, направилась в сторону спальни.
– Затем, что у нас мальчики. Двойня. Сухо и Тэхо. Я уже и имена подобрала.
Она скрылась за дверью, оставив после себя тишину, прерываемую только сопением Алекса.
Я замер с открытым ртом. Каталог выпал из моих рук, веером рассыпавшись по ковру.
– Две... – прошептал я. – Двойня? Сухо и Тэхо?
Мой мозг, способный обрабатывать данные о тысячах противников одновременно, сейчас просто отказал. Я смотрел на закрытую дверь спальни, и до меня медленно, как сквозь густой туман, начало доходить. Она знала. Она знала всё это время! И сейчас просто... просто проболталась, как о погоде?
– Папа? – Алекс дернул меня за рукав. – А кто такие Сухо и Тэхо? Это новые тени?
Я медленно повернул голову к сыну. В голове всё еще стоял звон.
– Нет, малыш... Это твои братья. Кажется, их двое.
Я вскочил на ноги и бросился в спальню. Юми уже удобно устроилась на кровати с книгой, делая вид, что ничего особенного не произошло.
– Юми! – я едва не споткнулся о порог. – Ты... ты сейчас серьезно? Двойня? Мальчики?
Она подняла глаза от книги, и я увидел, как её щеки медленно заливаются румянцем. Она замерла, булочка застыла на полпути к рту.
– Ой... – вырвалось у неё.
– Что «ой»? – я подошел к кровати, чувствуя, как меня начинает разбирать нервный смех. – Ты только что сказала, что у нас будет двое сыновей!
Юми прикрыла лицо рукой, и я услышал её приглушенный смех.
– Прости... я просто так привыкла к этой мысли за последние недели, что совсем забыла, что ты не в курсе. Это вышло случайно! Я хотела устроить грандиозный праздник с шариками и тортом...
Я сел на край кровати, обхватывая голову руками.
– Сухо и Тэхо... Двое. Еще двое, Юми. У нас будет трое сыновей.
– Ты не рад? – в её голосе прозвучала легкая тревога.
Я поднял на неё взгляд, и она увидела, что я сияю от счастья.
– Рад? Юми, я самый счастливый человек во всех мирах. Трое сыновей... Моя личная маленькая армия. Бедный Сеул, они же разнесут этот город, если пойдут в меня.
Юми облегченно вздохнула и отложила книгу.
– Ну, Сухо по результатам УЗИ очень спокойный, а вот Тэхо постоянно пинает брата. Так что армия будет разношерстная.
Я придвинулся ближе и обнял её, прижимаясь ухом к её животу. Теперь, зная, что их там двое, я, кажется, действительно почувствовал двойной ритм, двойное эхо будущего.
– Спасибо тебе, – снова прошептал я. – За всё. За то, что не сдалась. За то, что дала мне этот шанс.
Юми обняла меня за шею, и мы затихли. В гостиной Алекс продолжал возиться с конструктором, что-то напевая себе под нос. Впереди было много трудностей — бессонные ночи, подгузники в двойном объеме, детские крики и бесконечные хлопоты. Но глядя на свою жену, я знал: это самая важная битва в моей жизни. И в этой битве мы уже победили.
Я — Сон Джинву, Монарх Теней. Но прежде всего я — муж Юми и отец троих сыновей. И это звание было для меня почетнее любой короны.
– Значит, две кроватки, – сказал я, отстраняясь и улыбаясь. – И, пожалуй, нам нужен дом побольше.
– И машину, – добавила Юми, хитро прищурившись. – Минивэн, Джинву. Монарх Теней на минивэне — это будет легендарно.
Мы рассмеялись вместе, и этот смех заполнил наш дом, окончательно вытесняя из него последние тени прошлого. Рассвет новой жизни был ярким, и я был готов встретить его лицом к лицу.