Гнев жены монарха
Власть и долг
Я смотрел на закрывшуюся дверь кабинета, и в ушах всё ещё звенел холодный, властный голос Юми. В комнате пахло озоном, дорогой кожей и — едва уловимо — кровью Чха Хэ Ин. Игрис уже уволок это жалкое подобие охотницы прочь, но аура моей жены всё ещё вибрировала в воздухе, заставляя даже мои тени внутри меня почтительно затихнуть.
Юми. Моя хрупкая, фарфоровая Юми, которая только что голыми руками вбила в пол одну из сильнейших охотниц S-ранга.
Я медленно опустился в кресло, чувствуя, как окончательно проясняется разум. Последний месяц был похож на затянувшийся кошмар, где я видел мир через мутное стекло. Я помнил, как Хэ Ин крутилась рядом, как она подливала мне странно пахнущий чай, как нашептывала о «нашем общем предназначении». И я, Теневой Монарх, перед чьей силой трепещут миры, поддался. Не силе — хитрости. Яду, который медленно разъедал мою волю.
Но Юми… она не побоялась. Она не стала взывать к моей совести или плакать. Она просто пришла и вырвала меня из лап этой паучихи.
Я вспомнил её взгляд перед уходом. Она подошла ко мне, когда Игрис уже исчез в тенях. Её пальцы, тонкие и нежные, коснулись моей щеки. На одном из них осталась крошечная капля крови Хэ Ин, которую Юми даже не заметила.
– Запомни, Джинву, – прошептала она тогда, и в её небесно-голубых глазах я увидел не просто любовь, а право собственности. – Ты мой. И только мой. Я никому и никогда не позволю разрушить то, что мы строили годами. Нашу семью. Наш дом.
Она чуть сжала мою челюсть, заставляя смотреть прямо на неё. В этот момент она не была просто матерью моих детей. Она была истинной королевой, женщиной, которая стояла за моей спиной, когда я был никем. Самым слабым охотником человечества.
– Я была с тобой, когда ты дрожал от страха в двойном подземелье, – продолжала она, и её голос вибрировал от скрытой силы. – Я лечила твои раны, когда магический мир пытался сожрать тебя. Я знаю тебя лучше, чем ты сам. И если ты когда-нибудь решишь окончательно заиграться в бога и забудешь, кто ты есть на самом деле, я буду той, кто спустит тебя обратно на землю. Не забывай, через что мы прошли за эти двадцать лет.
В тот миг она выглядела невероятно. Властная, сексуальная, смертоносная. Чёрные волосы растрепались, грудь часто вздымалась от гнева и адреналина. Я не мог оторвать от неё глаз. Моя жена была единственным существом во вселенной, способным приручить Монарха Тени.
Она поцеловала меня — коротко, властно, словно ставя клеймо.
– Разберись с этим мусором, Джинву. И купи по дороге домой те пирожные с заварным кремом из кондитерской на углу. Ты мне задолжал за весь этот месяц тумана.
И она ушла, оставив меня одного в тишине кабинета.
Я глубоко вздохнул и вызвал системный интерфейс, хотя он мне уже давно был не нужен для управления силами.
– Белл... – позвал я негромко.
Из тени за столом мгновенно соткался силуэт муравьиного короля. Он склонился в глубоком поклоне, его хитин поблескивал в свете ламп.
– Слушаю, мой Повелитель.
– Ты видел всё? – спросил я, глядя на пятна крови на мраморе.
– Королева была... великолепна, мой Повелитель, – в голосе Берла слышалось искреннее восхищение. – Её ярость была подобна шторму. Мы, тени, не смели вмешаться в этот танец возмездия.
Я усмехнулся. Даже мои самые кровожадные солдаты признавали авторитет Юми.
– Слушай приказ. Найди всё, что связано с Чха Хэ Ин. Все её записи, все артефакты, которые она использовала. Собери доказательства её предательства и передай их в Ассоциацию. Я хочу, чтобы её имя было стёрто из анналов истории героев. Она больше не охотница. Она — преступница, посягнувшая на жизнь и разум главы гильдии.
– Будет исполнено, – Белл сверкнул глазами и растворился в воздухе.
Я встал и подошёл к окну. Сеул сиял миллионами огней. Где-то там, в одном из этих домов, Алекс сейчас, вероятно, пытался успокоить близняшек, а Сухо молча наблюдал за порядком, готовый в любой момент призвать свои первые, ещё слабые тени, если кто-то посмеет подойти к двери. Мои дети. Моё наследие.
Мысль о том, что Хэ Ин могла занять место Юми, вызвала у меня приступ тошноты. Она хотела не меня — она хотела силу Монарха. Она хотела власти, которую даёт статус моей жены. Но она не понимала одного: Юми любила Сон Джинву, а не Теневого Монарха. И в этом была её главная сила.
Я вышел из кабинета, приказав охране на этаже — которая всё это время стояла в оцепенении, придавленная аурой Юми — вызвать клининговую службу.
У входа в здание гильдии меня ждал мой водитель, но я жестом отпустил его. Мне нужно было пройтись. Мне нужно было почувствовать холодный ночной воздух, чтобы окончательно выветрить из легких остатки магического дурмана.
Кондитерская уже собиралась закрываться, когда я вошёл. Пожилой продавец, узнав меня, расплылся в улыбке.
– Господин Сон! Давно вы к нам не заглядывали. Как поживает ваша прекрасная супруга?
– Она... в прекрасном расположении духа, – ответил я, чувствуя, как на губах невольно появляется улыбка. – Дайте мне две коробки тех самых пирожных. И добавьте те шоколадные эклеры, которые любит мой старший сын.
Выйдя на улицу с пакетами, я ощутил странную легкость. Месяц забвения закончился.
Когда я подошёл к нашему дому, я почувствовал присутствие Алекса. Он не спал. Я ощущал его магическую сигнатуру — острую, как бритва, точную копию моей в его годы, но с примесью чего-то изящного, доставшегося от матери.
Я открыл дверь своим ключом. В доме было тихо, но это была уютная тишина. В гостиной на диване, свернувшись калачиком, спали Мина и Миджун. Сухо сидел в кресле с книгой, но его взгляд был прикован к дверному проему.
– Папа? – он вскочил, как только увидел меня. Его серые глаза внимательно изучали моё лицо. – Ты... ты в порядке?
Я подошёл и положил руку ему на плечо.
– Да, Сухо. Всё закончилось. Где мама?
– На кухне, – подал голос Алекс. Он сидел на лестнице, закинув ногу на ногу. Его татуировка на руке тускло светилась в полумраке. – Она приехала злая как черт, но потом просто начала варить кофе. Сказала, что ты скоро будешь.
Алекс спустился вниз и подошёл ко мне. Он был уже почти моего роста. Его голубые глаза, так похожие на глаза Юми, смотрели на меня с пониманием, которое не свойственно подросткам.
– Она крутая, пап, – тихо сказал он. – Я видел, как она уезжала. Я никогда не видел её такой... настоящей.
– Я знаю, сын, – я протянул ему коробку с эклерами. – Разберись с этим. И отнеси сестер в кровать.
Я прошёл на кухню. Юми сидела за столом, обхватив руками чашку с кофе. Она уже переоделась в домашний шелковый халат, смыла кровь и привела волосы в порядок. Снова фарфоровая кукла. Снова моё божество.
Я поставил пирожные перед ней.
– Твой заказ, – сказал я, присаживаясь напротив.
Юми подняла на меня взгляд. Гнев ушёл, осталась лишь легкая усталость и бесконечная глубина любви.
– Ты долго, – заметила она, придвигая коробку к себе.
– Пришлось давать указания Берлу. Завтра от Чха Хэ Ин не останется даже воспоминания в этом городе.
Юми кивнула, открывая коробку. Она взяла одно пирожное и откусила кусочек, зажмурившись от удовольствия.
– Хорошо. Она была слишком самоуверенной. Думала, что если она охотница S-ранга, то может тягаться с женщиной, которая вырастила четверых детей Монарха Тени.
Она протянула мне вторую половинку пирожного.
– Ешь. Тебе нужно восстанавливать силы. Этот ритуал высасывает не только волю, но и жизненную энергию.
Я послушно принял угощение. Мы сидели в тишине, наслаждаясь моментом. В этот миг не было ни врат, ни монстров, ни магических заговоров. Был только я и она.
– Джинву, – вдруг серьезно сказала она, отставив чашку. – Я не шутила там, в кабинете. Если ты ещё раз позволишь кому-то так близко подобраться к нашему миру... я не буду бить её лицом об пол. Я просто сотру её из реальности. И мне плевать, сколько в ней маны.
Я встал, подошёл к ней и, притянув её к себе, заставил встать. Я обнял её крепко, чувствуя её хрупкое тело, в котором жила душа титана.
– Я обещаю, Юми. Больше никто и никогда.
– Смотри мне, – она уткнулась носом в мою грудь. – У нас четверо детей. Алексу скоро поступать в академию, Сухо начинает проявлять силу, а близняшки вчера случайно заморозили аквариум. Мне некогда отвлекаться на твоих фанаток с магическими побрякушками.
Я рассмеялся, впервые за долгое время искренне и громко.
– Заморозили аквариум?
– Да. Рыбки в порядке, я успела их разморозить, но Мина теперь требует, чтобы мы завели ледяного дракона.
Я поцеловал её в макушку, вдыхая запах её волос.
– Думаю, Кайсел будет не против поиграть с ними в няньку.
Мы стояли на кухне нашего дома, окруженные спящими детьми и тенями, что верно охраняли наш покой. Я знал, что мир охотников жесток и полон амбиций, но у меня был мой личный тыл. Моя Юми.
И пока она была рядом, Теневой Монарх оставался человеком. Самым счастливым человеком в мире.
– Пошли спать, – прошептала она, отстраняясь. – Завтра суббота. Ты обещал Алексу тренировку, а мне — поход в парк с детьми.
– Я помню, – улыбнулся я. – Я всё помню.
Мы выключили свет, и тьма в доме стала живой, ласковой. Она окутала нас, скрывая от всего мира, который так отчаянно нуждался в герое, но совершенно не понимал, что сердце этого героя принадлежит женщине с небесно-голубыми глазами и стальной волей.
Чха Хэ Ин совершила роковую ошибку. Она думала, что я — это только сила. Но моя истинная сила всегда была здесь, в этом доме. В этой женщине, которая сейчас вела меня за руку по темному коридору, уверенная в том, что завтрашний день будет принадлежать только нам.