← Назад к обзору

Грех

Шепот драконьих костей

Небо над Пекином затянуло тяжелым, неестественно-желтым маревом. Огромный разлом Врата S-ранга, зависший над Запретным городом, пульсировал, словно больное сердце. Воздух здесь был пропитан запахом серы и древней, затхлой магии, от которой у обычных людей закладывало уши, а охотники рангом пониже теряли сознание.

Окумура Юкио стоял на крыше одного из небоскребов, лениво наблюдая за тем, как китайские военные и магические гильдии суетятся внизу. На нем была его любимая черная рубашка с закатанными рукавами, открывающими детализированные татуировки, и серые брюки, которые удивительным образом оставались чистыми даже в этом хаосе.

– Слишком много шума, – пробормотал он, доставая из пачки сигарету.

Щелчок зажигалки — и первый клуб дыма растворился в тяжелом воздухе Китая. Юкио поправил волосы, которые он недавно подстриг, вернув себе дерзкий и растрепанный вид. Его ярко-голубые глаза светились холодным азартом. В ушах привычно позвякивали серьги-кольца, а на шее поблескивала прямоугольная подвеска.

Он был здесь уже три дня. Официальный запрос от правительства Китая был краток: «Нам нужен SSS-ранг, способный сдерживать магические выбросы». На самом деле они просто боялись, что их собственные охотники не справятся с тем, что должно было выйти из этих врат.

– Господин Окумура! – к нему подбежал запыхавшийся координатор в строгом костюме. – Подготовка завершена. Вы уверены, что пойдете один? Ассоциация настаивает на поддержке десяти S-рангов.

Юкио медленно повернул голову, одарив мужчину взглядом, от которого тот невольно отступил на шаг.

– Они будут мне только мешать, – бросил Юкио, стряхивая пепел прямо с крыши. – Мой свет не любит компанию, когда дело доходит до серьезной зачистки. Скажите своим людям, чтобы держали барьер периметра. Если хоть одна тень вырвется наружу — это будет на вашей совести.

– Но... – начал было координатор.

– Никаких «но», – отрезал Юкио, туша сигарету о парапет. – Я приехал сюда не на экскурсию.

Он закрыл глаза на мгновение, настраиваясь на внутренний резонанс. После той ночи в кабинете Джинву его магия изменилась. Теперь внутри него не просто горело солнце — оно было обрамлено бесконечной, поддерживающей тьмой. Он чувствовал Джинву даже за тысячи километров. Это было как невидимая нить, пульсирующая в ритме сердца.

«Я начинаю, Монарх», – мысленно произнес он, зная, что тот услышит.

В ту же секунду Юкио сорвался с крыши вниз. Но он не падал. Вокруг его тела вспыхнул ослепительный нимб магической энергии. Серебристо-голубые молнии заплясали по его татуировкам, и он, подобно комете, ворвался в самый центр Врат.

В это же время в Сеуле, в тренировочном зале резиденции Сон, было непривычно тихо. Сон Джинву стоял в центре зала, сложив руки на груди. Его взгляд был устремлен в пустоту, но в глубине зрачков мерцало фиолетовое пламя. Он чувствовал каждое движение Юкио, каждый всплеск его маны.

Напротив него, тяжело дыша и опираясь на тренировочный меч, стоял Сон Сухо. Парень был весь в поту, его одежда прилипла к телу, а аура дрожала от истощения.

– Еще раз, Сухо, – негромко произнес Джинву. – Твоя атака была слишком предсказуемой. Ты полагаешься на силу, но забываешь о тени. Тень не бьет в лоб, она обволакивает.

Сухо выпрямился, вытирая лицо тыльной стороной ладони.

– Легко сказать, пап. Ты — Монарх. А я... я всё еще пытаюсь понять, как не споткнуться о собственные ноги, когда использую ускорение.

Джинву подошел к сыну и положил руку ему на плечо. Давление его маны мгновенно успокоило бушующую энергию в теле Сухо.

– Ты делаешь успехи. Твой прогресс за последний месяц впечатляет. Возможно, дело в том, что ты наконец перестал тратить силы на ненужные подозрения.

Сухо замер, а затем медленно опустил меч. Он понимал, к чему клонит отец. С тех пор как Юкио улетел в Китай, в доме воцарилась странная атмосфера. Это не было напряжение, скорее — ожидание.

– Мы можем поговорить? – спросил Сухо, глядя отцу прямо в глаза. – Не как учитель и ученик. А просто...

Джинву кивнул и жестом указал на скамью у стены. Они сели рядом. В этом огромном зале, залитом мягким светом, они казались просто отцом и сыном, хотя оба знали, что на их плечах держится мир.

– Я принял твой выбор, пап, – начал Сухо, крутя в руках рукоять меча. – Сначала мне было дико. Юки... он ведь мой лучший друг. Он дерзкий, шумный, вечно курит там, где нельзя, и спорит с тобой так, будто ты не можешь стереть его в порошок одним щелчком пальцев.

Джинву едва заметно усмехнулся.

– Именно поэтому он мне и нужен, Сухо. В мире, где все склоняют голову перед моей силой, Юкио — единственный, кто смотрит мне в глаза и смеется. Он — мой якорь. Без его света моя тьма давно бы поглотила это человечество.

Сухо вздохнул, и в его взгляде появилось понимание, которого не было раньше.

– Я вижу, как ты меняешься, когда он рядом. Ты становишься... живым. Раньше ты был как статуя. Идеальный, мощный, но холодный. А с ним ты злишься, улыбаешься, даже ворчишь на его дурацкие привычки. Я никогда не видел тебя таким с мамой.

– Твоя мать — прекрасная женщина, – тихо сказал Джинву. – Но она любила человека, которым я был когда-то. Юкио любит того, кем я стал. Монарха и Джинву одновременно. Он не боится моей сути, потому что в нем самом достаточно огня, чтобы не сгореть в моей тени.

– Я видел, как ты смотрел на телефон сегодня утром, – Сухо лукаво прищурился. – Ждал сообщения из Китая?

Джинву не стал отрицать. Он действительно проверял связь каждые десять минут.

– Там сложные Врата, Сухо. Юкио силен, он SSS-ранг, но он склонен к безрассудству. Он пошел туда один, чтобы не подвергать риску других. Это благородно, но чертовски опасно.

– Он вернется, – уверенно сказал Сухо, кладя руку на плечо отца. – Юки слишком упрям, чтобы проиграть каким-то китайским монстрам. К тому же, он обещал мне реванш в одной видеоигре, когда вернется. А он никогда не нарушает обещаний.

Джинву посмотрел на сына и почувствовал гордость. Сухо не просто принял их отношения — он стал той опорой, которая позволила этой связи существовать открыто внутри семьи.

– Спасибо, Сухо. Для меня важно твое одобрение.

– Да ладно тебе, пап, – парень поднялся, снова перехватывая меч. – Просто пообещай, что когда он вернется, вы не будете калибровать ману слишком громко. У меня завтра важный зачет в академии.

Джинву покачал головой, скрывая улыбку за напускной строгостью.

– Продолжаем тренировку. Раз уж ты такой разговорчивый, добавим еще десять кругов с магическим утяжелением.

Пока в Сеуле шли тренировки, в глубине китайского подземелья разверзся настоящий ад.

Юкио стоял посреди огромного зала, усеянного костями древних драконов. Перед ним возвышался Босс Врат — колоссальное существо, сотканное из обсидиана и застывшей магмы. Его рев сотрясал своды пещеры, заставляя камни падать с потолка.

– И это всё? – Юкио вытер кровь с разбитой губы.

Его рубашка была разорвана, обнажая татуировки, которые теперь пульсировали не только голубым, но и глубоким фиолетовым светом. Золотые браслеты на запястьях раскалились докрасна, сдерживая колоссальный объем энергии.

Монстр замахнулся огромным хвостом, намереваясь раздавить дерзкого человека, но Юкио просто исчез в черной вспышке.

– Слишком медленно, – раздался его голос прямо над ухом чудовища.

В руках Юкио сформировались два клинка из чистого света, окутанные теневым пламенем Джинву. Он ударил сверху вниз, и магическая волна разрезала обсидиановую шкуру, как бумагу.

– Знаешь, мой парень очень не любит, когда я задерживаюсь на работе! – выкрикнул Юкио, вкладывая все силы в финальный удар. – Так что давай закончим это по-быстрому!

Он активировал полный выброс. Свет и Тень слились в один разрушительный вихрь. Зал заполнился ослепительным сиянием, смешанным с абсолютной тьмой. Босс Врат издал последний, предсмертный хрип и рассыпался прахом, не выдержав мощи, которой не должно было существовать в этом мире.

Юкио тяжело приземлился на колено, тяжело дыша. Вокруг воцарилась тишина. Врата начали медленно разрушаться, сигнализируя о завершении зачистки.

Он нащупал в кармане уцелевшую пачку сигарет и с облегчением обнаружил, что одна осталась целой. Закурив, он откинулся на груду драконьих костей.

– Фух... Джинву меня убьет за этот шрам на плече, – пробормотал он, рассматривая новую царапину.

Он достал телефон. Несмотря на магические помехи, связь начала восстанавливаться. Одно новое сообщение.

«Сухо принял нас. Тренировка прошла успешно. Возвращайся скорее. Я скучаю».

Юкио усмехнулся, и в его глазах заплясали веселые чертики. Весь его дерзкий вид, вся его наглость — всё это на мгновение отступило, уступая место искреннему счастью.

– Я тоже скучаю, угрюмый Монарх, – прошептал он в экран.

Через час он вышел из Врат под прицелы сотен камер и восторженные крики китайских охотников. Он шел сквозь толпу, небрежно накинув на плечи остатки рубашки, с сигаретой в зубах и той самой дерзкой ухмылкой, которая заставляла сердца людей биться чаще.

– Господин Окумура! Как прошла зачистка?! Что это была за сила в конце?! – репортеры буквально осаждали его.

Юкио остановился, поправил серьгу в ухе и посмотрел прямо в объектив центрального телеканала.

– Зачистка прошла по плану, – бросил он, подмигивая камере. – А что касается силы... скажем так, у меня очень хороший учитель. И я очень тороплюсь домой, так что с дороги!

Он проложил себе путь сквозь толпу, направляясь к ожидавшему его вертолету. Ему было плевать на славу, на политику и на то, что завтра все газеты мира будут обсуждать его невероятную мощь.

Всё, чего он хотел — это оказаться в тихой резиденции в Сеуле, почувствовать запах сандала и услышать низкий голос Джинву. Он хотел увидеть Сухо, подразнить его за проваленную тренировку и снова стать частью той странной, неправильной, но такой настоящей семьи, которую они создали.

Самолет взлетел, оставляя позади Пекин и его тайны. Юкио закрыл глаза, чувствуя, как нить связи с Джинву натягивается, становясь всё короче с каждым километром.

Тень и Свет снова стремились друг к другу. И на этот раз ничто в этом или ином мире не могло встать у них на пути. Юкио знал: впереди еще много битв, много врагов и много уровней, которые нужно пройти. Но теперь он точно знал, ради кого он возвращается из ада каждый раз.

– Жди меня, Монарх, – прошептал он, засыпая под гул моторов. – Твой свет уже в пути.

А в Сеуле Сон Джинву, стоя на балконе своего дома, посмотрел на запад, где заходило солнце. Он почувствовал, как напряжение последних дней окончательно покидает его сердце. Юкио возвращался. И вместе с ним в этот дом возвращалась сама жизнь — дерзкая, шумная и бесконечно любимая.

Джинву улыбнулся — открыто и тепло. Сухо, вышедший на балкон с двумя чашками чая, замер, увидев это выражение на лице отца.

– Он близко, да? – спросил парень, протягивая чашку.

– Да, – ответил Джинву, принимая чай. – Он скоро будет дома.

И в этой простой фразе было больше силы, чем во всех заклинаниях Теневого Монарха. Семья была в сборе, тайна была принята, а будущее... будущее обещало быть ослепительно ярким, даже если оно было соткано из самых глубоких теней.