← Назад к обзору

Грех

Пламя и шёпот вечности

– Ты сегодня какой-то... другой, – прошептал Ли Вон, когда дверь их квартиры захлопнулась, отсекая звуки ночного Сеула.

Он едва успел включить свет в прихожей, как Юки прижал его к стене. В глазах юноши всё еще плясали отблески того первобытного синего пламени, которое пробудилось в доме родителей. Встреча с матерью, это столкновение двух абсолютных начал — Жизни и Смерти — оставило в душе Юки след, который требовал немедленного выхода. Его энергия бурлила, перекатываясь под фарфоровой кожей подобно грозовым разрядам.

– Ужин у родителей всегда выбивает меня из колеи, – выдохнул Юки в самые губы адвоката. – Слишком много силы в одном месте. Слишком много... всего.

Ли Вон почувствовал, как горячие ладони Юки скользнули под его пиджак, сминая тонкую ткань рубашки. Кожа юноши буквально обжигала. Адвокат попытался что-то возразить, напомнить о раннем подъеме и важном заседании, но слова застряли в горле, когда Юки коснулся губами его шеи.

– Юки, подожди... – Ли Вон судорожно вздохнул, его пальцы запутались в черных рваных прядях волос парня. – Ты же знаешь, я не могу тебе отказать, когда ты такой.

– И не надо, – Юки поднял голову, и его ярко-синие глаза вспыхнули в полумраке прихожей. – Мне нужно чувствовать, что я здесь. С тобой. Что я всё еще человек, Ли Вон.

Он подхватил адвоката на руки так легко, словно тот ничего не весил. Рост в сто девяносто сантиметров и атлетическое телосложение, отточенное годами боевых искусств и подкрепленное кровью Окумура, делали Юки пугающе сильным. Ли Вон только успел обхватить его за шею, чувствуя пальцами прохладный металл многочисленных серег в ушах юноши.

В спальне было темно, лишь свет уличных фонарей пробивался сквозь неплотно задернутые шторы, рисуя на стенах причудливые тени. Юки опустил Ли Вона на кровать, и в ту же секунду его футболка полетела на пол. В полумраке татуировки на теле Юки казались живыми. Реалистичный череп на плече словно скалился, а абстрактные заостренные узоры на шее и спине пульсировали в такт его учащенному сердцебиению.

– Сегодня ты не уснешь, – пообещал Юки, нависая над ним.

– Я уже это понял, – Ли Вон слабо улыбнулся, притягивая его к себе за воротник рубашки, которую Юки еще не успел расстегнуть.

Эта ночь была непохожа на все предыдущие. Сила Небесного Дракона, обычно дремавшая глубоко внутри, сегодня пела в жилах Юки. Каждое его прикосновение оставляло на коже Ли Вона невидимые светящиеся следы. Это была не просто страсть — это был стихийный бедствие, танец двух душ на грани миров. Юки был ненасытен. Он словно пытался заполнить Ли Вона собой, своей магией, своим существованием, выжигая в его памяти всё, кроме этих мгновений.

– Еще... – шептал Ли Вон, когда предрассветные сумерки начали окрашивать комнату в серые тона. – Юки, я... я больше не могу...

– Можешь, – Юки целовал его ключицы, его пальцы переплетались с пальцами Ли Вона, прижимая их к подушке. – Потерпи еще немного.

Магия Юки, подпитанная недавним присутствием Монарха Жизни, начала вести себя странно. Она не разрушала, как обычно, а созидала. В воздухе спальни внезапно начал ощущаться аромат свежей травы и озона — тот самый запах, который всегда окружал его мать. Юки не замечал этого, он был полностью поглощен Ли Воном, отдавая ему всё тепло, всю нежность и всю мощь, что копилась в нем годами.

Когда первые лучи солнца коснулись подоконника, Ли Вон окончательно выбился из сил. Он лежал под одеялом, чувствуя себя опустошенным и одновременно наполненным до краев чем-то невероятно плотным и светлым. Юки, тяжело дыша, прижал его к своей груди, укрывая собой, словно дракон, охраняющий свое величайшее сокровище.

– Ты сумасшедший, – пробормотал Ли Вон, закрывая глаза. – У меня... у меня через три часа суд. Я же там просто усну на трибуне.

– Я подброшу тебя на мотоцикле, – Юки поцеловал его в макушку. – Успеешь поспать лишние полчаса.

Но Ли Вон уже не слышал. Он провалился в глубокий, странный сон, в котором он шел по бескрайнему полю синих цветов, а над ним кружил огромный дракон, чья чешуя сияла подобно фарфору.

***

Прошло три недели. Жизнь, казалось, вернулась в привычное русло. Юки продолжал гонять на машинах, готовить изысканные ужины и иногда тренироваться с Сухо, который не уставал поражаться тому, как быстро растет сила младшего брата. Ли Вон всё так же пропадал в судах, хотя в последнее время он стал выглядеть бледнее обычного.

– Ли Вон, ты съел только половину порции, – Юки нахмурился, глядя на тарелку своего парня. – Я готовил это рагу три часа. Что-то не так?

– Прости, Юки, – Ли Вон отодвинул тарелку, его лицо приобрело сероватый оттенок. – Просто... меня немного мутит с утра. Наверное, переутомился на работе. Слишком много дел, слишком много кофе.

Юки подошел к нему и положил руку на лоб. Температуры не было, но внутри Ли Вона он почувствовал странное движение энергии. Оно было тихим, едва уловимым, но очень знакомым.

– Тебе нужно отдохнуть, – Юки обеспокоенно заглянул ему в глаза. – Давай я позвоню отцу, у него в больнице лучшие диагносты.

– Не надо, – Ли Вон слабо улыбнулся. – Само пройдет. Просто дай мне немного полежать.

Но «само» не проходило. Через неделю Ли Вон потерял сознание прямо во время судебного заседания. Юки прилетел в больницу быстрее, чем скорая помощь успела доехать до места. Он ворвался в приемный покой, и его аура была настолько тяжелой, что персонал инстинктивно расступался перед ним.

– Где он?! – прорычал Юки, и его глаза вспыхнули синим пламенем.

– Успокойся, Юки, – раздался спокойный голос.

Из палаты вышел Сон Джинву. Рядом с ним стояла Юми, и её лицо выражало крайнюю степень изумления, смешанного с восторгом.

– Папа? Мама? Что вы здесь делаете? Что с Ли Воном? – Юки рванулся к двери, но Джинву мягко, но твердо остановил его, положив руку на плечо.

– С ним всё в порядке, – Джинву посмотрел на сына долгим, странным взглядом. – Точнее... с ним происходит то, чего никогда не случалось в истории человечества.

– О чем ты говоришь? – Юки замер, чувствуя, как внутри всё сжимается от нехорошего предчувствия.

Юми подошла к нему и взяла его за руки. Её ладони были теплыми, излучающими тот самый свет Монарха Жизни.

– Юки... помнишь ту ночь, когда вы вернулись от нас? – спросила она тихо. – Твоя сила была на пике. Она вошла в резонанс с моей энергией, которую я подарила тебе при встрече.

– И что? – Юки всё еще не понимал.

– Твоя магия Небесного Дракона — это сила созидания самого высокого порядка, – продолжал Джинву, и в его голосе послышались нотки гордости. – А Ли Вон... он оказался идеальным сосудом. Твоя энергия не просто прошла сквозь него. Она пустила корни.

Юки почувствовал, как мир вокруг начинает вращаться.

– Вы хотите сказать... что он болен моей магией?

– Нет, глупый, – Юми рассмеялась, и в её глазах заблестели слезы радости. – Он не болен. Ли Вон беременен, Юки. От тебя.

В коридоре больницы повисла мертвая тишина. Юки смотрел на мать, затем на отца, пытаясь осознать смысл сказанных слов. Это было невозможно. Это противоречило всем законам биологии и физики. Но он вспомнил ту ночь. Вспомнил синее пламя, запах озона и то невероятное чувство единства, которое он испытывал.

– Но он же... мужчина, – наконец выдавил Юки. – Как это возможно?

– В мире, где люди возвращаются из мертвых, а боги ходят по улицам, слово «невозможно» потеряло смысл, – Джинву усмехнулся. – Твоя магия изменила его тело на клеточном уровне, создав пространство для новой жизни. Это чудо, Юки. Прямое следствие пробуждения Небесного Дракона и возвращения Монарха Жизни.

Юки, не говоря ни слова, обошел отца и вошел в палату. Ли Вон лежал на кровати, он уже пришел в себя. Он выглядел растерянным и испуганным.

– Юки... – прошептал он, когда юноша опустился на стул рядом с ним. – Твои родители... они сказали мне что-то совершенно безумное. Скажи, что они просто шутят.

Юки взял его руку и приложил к своей щеке. Он закрыл глаза и сосредоточился. Теперь, когда он знал, что искать, он почувствовал это. Глубоко внутри Ли Вона, защищенная мощным коконом синей энергии, пульсировала крохотная искра. Она была яркой, чистой и пахла точно так же, как сам Юки — костром и ночным небом.

– Они не шутят, Ли Вон, – голос Юки дрожал от избытка чувств. – Там... там действительно кто-то есть. Наш ребенок.

Ли Вон замер, его серые глаза расширились. Он медленно положил свободную руку на свой живот.

– Но как мы... как я... – он запнулся, не в силах закончить фразу.

– Мы справимся, – Юки наклонился и нежно поцеловал его в лоб. – Я не дам тебе пострадать. Моя сила будет защищать вас обоих каждую секунду.

В палату тихо вошла Юми. Она подошла к кровати и положила руку поверх руки Ли Вона.

– Не бойся, – сказала она мягко. – Я буду рядом. Моя сила Жизни поможет твоему телу выносить это дитя. Это будет необычный ребенок, Ли Вон. В нем будет течь кровь Монархов и Драконов. Но прежде всего — он будет плодом вашей любви.

Ли Вон посмотрел на Юки, затем на Юми, и его страх начал медленно отступать, сменяясь трепетом перед чем-то великим.

– Адвокат в декрете... – пробормотал он, и на его губах появилась слабая, но искренняя улыбка. – Мои коллеги в фирме точно решат, что я сошел с ума.

– Пусть только попробуют что-то сказать, – Юки хищно оскалился, и на его плече татуировка черепа на мгновение потемнела. – Я им быстро объясню их права.

***

Прошло несколько месяцев. Жизнь в квартире Юки и Ли Вона изменилась до неузнаваемости. Юки стал еще более заботливым, если это вообще было возможно. Он изучил все книги по питанию, установил в квартире новейшие системы очистки воздуха и практически запретил Ли Вону заниматься домашними делами.

– Юки, я беременен, а не прикован к постели! – возмущался Ли Вон, пытаясь дотянуться до пылесоса.

– Сядь на диван, – безапелляционно заявлял Юки, отбирая у него прибор. – Тебе вредны наклоны. Мама сказала, что на этом этапе формирования магического ядра плода тебе нужен покой.

– Твоя мама скоро превратит меня в оранжерейное растение, – ворчал Ли Вон, но покорно усаживался, поглаживая уже заметно округлившийся живот.

Иногда к ним заходил Джинву. Теневой Монарх приносил редкие магические фрукты из других измерений, которые помогали поддерживать энергетический баланс Ли Вона. Сухо часто заглядывал, чтобы принести новую порцию детских вещей, которые он покупал в промышленных масштабах.

– Это будет парень, я чувствую! – заявлял Сухо, размахивая крошечными кроссовками. – Я научу его фехтовать раньше, чем он начнет ходить.

– Только попробуй, – смеялся Ли Вон. – Сначала он выучит гражданский кодекс.

Но больше всех времени у них проводила Юми. Она стала для Ли Вона настоящим ангелом-хранителем. Её присутствие успокаивало магические бури, которые иногда случались внутри Ли Вона из-за растущей силы ребенка.

Однажды вечером, когда Юки и Ли Вон сидели на балконе, наблюдая за закатом, Ли Вон вдруг вздрогнул.

– Что такое? – Юки мгновенно оказался рядом.

– Он... он толкнулся, – прошептал Ли Вон, прижимая руку к животу. – Но это было... странно. Словно маленькая вспышка тепла.

Юки положил свою ладонь поверх руки Ли Вона. И тут же почувствовал отчетливый, сильный толчок. В ту же секунду его татуировки на руках вспыхнули ярко-синим светом, резонируя с энергией внутри Ли Вона.

– Ого... – выдохнул Юки. – Кажется, у него твой характер, Ли Вон. Такой же настырный.

– И твоя сила, – добавил Ли Вон, глядя на светящиеся узоры на коже Юки. – Я чувствую, как он радуется, когда ты рядом.

Юки притянул его к себе, обнимая со спины и кладя руки на живот. В этот момент он чувствовал себя самым могущественным существом во вселенной. Не потому, что он мог разрушать горы или повелевать драконами. А потому, что здесь, в его руках, было заключено всё его будущее.

– Знаешь, – тихо сказал Юки, глядя на огни города. – Я раньше думал, что моя сила — это проклятие. Что я всегда буду белой вороной в нашей семье. Но теперь я понимаю. Всё, что произошло... все эти битвы, пробуждение... всё это было ради этого момента. Ради тебя и него.

Ли Вон откинул голову на плечо Юки.

– Мы будем странной семьей, да? Сын Теневого Монарха, Монарх Жизни, Небесный Дракон и... обычный адвокат с ребенком-богом.

– Мы будем лучшей семьей, – пообещал Юки. – И пусть кто-нибудь только попробует в этом усомниться.

В небе над Сеулом на мгновение мелькнула тень огромных крыльев, видимая только тем, в ком текла магия. Небесный Дракон праздновал начало новой жизни. А в маленькой уютной квартире два человека, связанных судьбой и магией, готовились к самому главному приключению в своей жизни.

Юки поцеловал Ли Вона в висок, чувствуя, как внутри адвоката бьется еще одно маленькое, но невероятно сильное сердце. Пламя дракона больше не обжигало — оно согревало, создавая вокруг них нерушимый щит. И в этой тишине, наполненной ожиданием чуда, Юки окончательно понял: его истинное наследие — это не разрушение, а бесконечная, всепобеждающая Жизнь.