← Назад к обзору

Грех

Шёпот новой крови

– Дыши, Ли Вон, просто дыши. Ты же адвокат, ты выигрывал дела против целых корпораций, неужели какой-то маленький дракон тебя сломит? – Голос Юки дрожал, и это было самое пугающее.

Я лежал на огромной кровати в медицинском крыле поместья Сон. Боль не была похожа на обычную человеческую. Она не просто резала или жгла — она пульсировала синим светом, резонируя с каждой клеткой моего тела. Казалось, внутри меня разворачивается сверхновая звезда, и мои человеческие кости — лишь хрупкая скорлупа для этой божественной мощи.

– Юки, если ты... если ты еще раз скажешь мне дышать... я подам на тебя в суд за превышение полномочий, – выдавил я сквозь стиснутые зубы. Пот заливал глаза, а пальцы, которыми я вцепился в руку Юки, кажется, оставили синяки даже на его фарфоровой коже.

Юки не отпускал мою ладонь. Его ярко-синие глаза светились так сильно, что в комнате не нужно было включать лампы. Он передавал мне свою энергию, пытаясь стабилизировать магические потоки, которые бушевали во мне. Его татуировки на шее и руках пульсировали в такт моему рваному дыханию.

– Всё идет хорошо, Ли Вон. Мама говорит, что ядро ребенка почти сформировалось, – Юки обернулся к двери. – Мам! Сделай что-нибудь! Ему больно!

В комнату вошла Юми. Она выглядела как само спокойствие, хотя её собственный живот уже был отчетливо виден под свободным шелковым платьем. Она подошла к нам, и от одного её присутствия боль в моей пояснице немного утихла, сменившись прохладным изумрудным теплом.

– Успокойся, мой маленький дракон, – мягко произнесла Юми, кладя ладонь на мой лоб. – Ли Вон справляется героически. Но магия Небесного Дракона требует выхода. Она не рождается в тишине.

В углу комнаты, в тени, стоял Сон Джинву. Теневой Монарх хранил молчание, но я чувствовал, как его тени окутали всё поместье плотным коконом, отсекая нас от внешнего мира. Ни один датчик Ассоциации, ни один спутник не должен был зафиксировать то, что сейчас происходило. Рождение наследника двух величайших родов.

– Гр-р-а-а! – Крик вырвался у меня сам собой, когда очередная волна маны прокатилась по позвоночнику.

Воздух в комнате заискрил. Я почувствовал, как кровать под нами начала вибрировать. Юки прижал меня к себе, его черные волосы растрепались, а лицо исказилось от сопереживания.

– Еще немного, Ли Вон. Я чувствую его. Он уже здесь, он хочет выйти, – шептал Юки мне на ухо. – Давай, еще один рывок.

Я собрал все силы, которые у меня остались. В этот момент я не чувствовал себя обычным человеком. Благодаря крови Юки и поддержке Юми, я сам на мгновение стал частью этой великой стихии. Я толкнул эту мощь наружу, отдавая всё, что у меня было.

Комнату залило ослепительным синим светом. Раздался звук, похожий на тихий раскат грома, а затем — тишина. Гулкая, звенящая тишина, которую через секунду прорезал резкий, требовательный крик.

Я рухнул на подушки, чувствуя, как магическое напряжение мгновенно исчезает, оставляя после себя лишь всепоглощающую усталость.

– Мальчик... – голос Юми дрогнул от нежности. – Юки, посмотри на своего сына.

Юки медленно взял на руки крохотный сверток, из которого доносилось возмущенное сопение. Он смотрел на ребенка с таким выражением лица, будто видел сотворение мира. Его руки, покрытые татуировками, дрожали.

– Он... он похож на тебя, Ли Вон, – прошептал Юки, поднося ребенка ко мне. – У него твои черты лица. Но глаза...

Я приподнялся, глядя на маленькое существо. Малыш открыл глаза, и на мгновение я замер. Они были ярко-синими, как у Юки, но в самой глубине зрачков мерцали серые искры, как у меня. На его крохотном плечике уже была видна бледная, едва заметная метка в виде маленького крыла.

– Привет, маленький юрист, – прошептал я, касаясь его сморщенного личика. Малыш тут же схватил меня за палец, и я почувствовал легкий укол статического электричества. – Сильный. Весь в отца.

Джинву подошел ближе, и на его обычно бесстрастном лице появилась редкая, теплая улыбка. Он коснулся лба внука кончиком пальца, и кроха мгновенно успокоился, засыпая.

– Сон Тэ Хён, – произнес Юки, глядя на меня. – Мы ведь так договорились?

– Да. Тэ Хён. Наше маленькое основание, – я улыбнулся, чувствуя, как Юки целует меня в висок.

Но не успели мы насладиться моментом покоя, как Юми внезапно охнула и схватилась за край стола. Её лицо побледнело, а изумрудное свечение вокруг неё стало пульсировать.

– Юми?! – Джинву в один миг оказался рядом, подхватывая жену. – Что случилось?

– Кажется... – Юми попыталась улыбнуться, но в её глазах промелькнула искра боли. – Кажется, наша девочка решила, что ей не стоит засиживаться, раз племянник уже здесь. Джинву... началось.

Юки быстро передал спящего Тэ Хёна мне и бросился к матери.

– Мам, ты серьезно? Прямо сейчас?

– Жизнь не ждет подходящего момента, Юки, – выдохнула Юми, опираясь на мужа. – Она просто случается.

Джинву выглядел так, будто готов был объявить войну самой судьбе за то, что она заставила его жену страдать. Он осторожно перенес Юми на соседнюю кушетку, которую тени мгновенно подготовили, превратив в мягкое ложе.

– Ли Вон, ты как? – Юки разрывался между мной и матерью.

– Я в порядке, иди к ней! – крикнул я, прижимая Тэ Хёна к себе. – Твой отец сейчас разнесет поместье от волнения, если ты его не успокоишь!

Начался второй акт этого божественного безумия. Если рождение Тэ Хёна было похоже на грозу, то рождение ребенка Джинву и Юми напоминало само сотворение вселенной. Тени в комнате начали сгущаться, сплетаясь с изумрудным светом Юми в невероятные узоры.

Джинву держал Юми за руки, и я видел, как по его венам течет фиолетовая энергия, которую он отдавал ей, делясь своей силой Монарха.

– Джинву, я вижу... я вижу звезды... – шептала Юми, её голос казался доносящимся из другого измерения.

– Я здесь, Юми. Я держу тебя. Просто вернись ко мне вместе с ней, – Его голос, обычно холодный и властный, сейчас был полон мольбы.

Юки стоял рядом, его руки светились синим, создавая защитный купол вокруг всех нас. Он выступал в роли стабилизатора, не давая двум колоссальным силам — Смерти и Жизни — уничтожить друг друга в момент столкновения.

Внезапно комната наполнилась пением. Это не был человеческий голос — это пела сама магия. Стены поместья задрожали, а в саду, как мы узнали позже, в этот миг расцвели все цветы одновременно, даже те, что не должны были цвести в этом сезоне.

И вот, вслед за синим пламенем Дракона, в мир пришел чистый, фиолетово-зеленый свет.

Тихий, мелодичный плач заполнил помещение. Джинву бережно принял на руки маленькую девочку. Она была невероятно красивой — с кожей белее снега и тонкими черными волосами. Когда она открыла глаза, я ахнул. Один глаз у неё был фиолетовым, как у отца, а другой — темно-голубым, как у матери.

– Сон Ми Ра, – произнесла Юми, обессиленно откидываясь на руки Джинву. – Наша надежда.

Джинву прижал дочь к груди, и я увидел, как на его глаза навернулись слезы. Великий Теневой Монарх, перед которым трепетали миры, сейчас выглядел просто как счастливый отец.

Юки подошел к ним, ведя меня за собой (я всё еще немного пошатывался, но хотел быть рядом). Мы стояли вчетвером — два поколения, четыре Монарха и один маленький, но очень важный человек.

– Ну и ну, – подал голос Сухо, который всё это время стоял в дверях, не решаясь войти. Он выглядел так, будто только что пережил нападение армии монстров ранга S. – Я думал, что быть старшим братом — это круто. Но быть одновременно дядей и старшим братом двух божественных младенцев в течение одного часа... Кажется, мне пора на пенсию.

Все рассмеялись, и это был самый счастливый смех, который я когда-либо слышал.

Юки обнял меня за талию, притягивая к себе. Тэ Хён на моих руках зашевелился и вдруг открыл один глаз, внимательно посмотрев на свою тетю Ми Ра, которую держал Джинву. Девочка в ответ потянула к нему крохотную ручку. Между ними на мгновение проскочила искра — золотистая и теплая.

– Кажется, они уже договариваются о том, как будут захватывать мир, – пошутил я, чувствуя, как усталость наконец-то берет свое.

– Пусть сначала научатся ходить, – Юки поцеловал меня в лоб. – Спасибо тебе, Ли Вон. За всё.

– Тебе спасибо, мой Дракон.

Позже, когда детей умыли и уложили в специально подготовленные колыбели, мы все сидели в гостиной. Джинву и Юми сидели на диване, не выпуская рук друг друга. Юки устроился на полу у моих ног, положив голову мне на колени.

– Знаешь, пап, – сказал Юки, глядя в камин. – Асакура и Архитекторы... они ведь почувствовали это, да?

Джинву кивнул, его взгляд стал жестким на мгновение.

– Почувствовали. Весь мир почувствовал. Сегодня баланс сил изменился навсегда. Теперь у нас есть не только то, что мы защищаем, но и то, ради чего мы строим будущее.

– Если они придут... – начал было Юки.

– То встретят не только Монарха Теней, – перебила его Юми, и в её голосе прозвучала мягкая угроза. – Они встретят мать, чья дочь — само воплощение Жизни. И отца, чей сын — Небесный Дракон.

Я смотрел на них и понимал, что моя жизнь адвоката, полная законов и параграфов, окончательно превратилась в легенду. Но глядя на спящего Тэ Хёна, я знал, что не променял бы этот хаос ни на что на свете.

– Ли Вон, о чем ты думаешь? – спросил Юки, поднимая на меня свои светящиеся глаза.

– Думаю о том, что нам нужно будет нанять очень терпеливую няню, – улыбнулся я. – И, возможно, купить страховку на случай магического разрушения квартиры.

– Я сам буду их няней, – влез Сухо, закидывая ноги на кофейный столик. – Буду тренировать их в теневом измерении отца. Там стены крепкие, не развалятся.

– Только через мой труп, Сухо! – в один голос воскликнули мы с Юми, и в комнате снова раздался смех.

За окном поместья Сон вставало новое солнце. Мир еще не знал, что этой ночью в нем родились два существа, способных как уничтожить его, так и спасти. Но здесь, внутри этих стен, они были просто Тэ Хёном и Ми Ра. Нашим продолжением. Нашим наследием Фарфора и Пламени.

Юки крепче сжал мою руку, и я почувствовал, как его магия — теперь спокойная и мирная — окутывает нас защитным коконом. Мы справимся. Против богов, против систем, против самой вечности. Потому что теперь наше пламя горело не ради войны, а ради тех двоих, что мирно сопели в своих колыбелях.

– Я люблю тебя, Ли Вон, – прошептал Юки.

– И я тебя, мой Дракон.

И в этой тишине, наполненной шёпотом новой крови, я наконец-то понял: настоящая магия — это не порталы и не тени. Настоящая магия — это семья, которая стоит друг за друга до самого конца. И сегодня наша магия стала абсолютной.