← Назад к обзору

Грех монарха

Смерть Монарха и рождение Человека

– Это... это не может быть правдой, – прошептал Сон Джинву, стоя посреди выжженной пустоши, которая в его мире была тихим пригородом Сеула.

Его сердце, ставшее почти стальным за годы правды Монарха Теней, болезненно сжалось. Джинву смотрел на парня, стоявшего перед ним. Высокий, широкоплечий, с дерзким взглядом небесно-голубых глаз – этот юноша был живым воплощением того, о чем Джинву и его жена Хэ Ин молились каждую ночь в течение тринадцати лет. В их мире маленький Юки погиб во время внезапного прорыва врат, когда ему было всего пять. Эта рана так и не затянулась, оставив в их семье зияющую пустоту, которую не могли заполнить ни победы над монстрами, ни рождение Сухо.

Но то, что он видел сейчас, заставляло его кровь закипать от ярости, какой он не чувствовал даже в битве с Правителями.

Джинву смотрел на «другого» себя. Этот Монарх Теней стоял в окружении своей семьи, и от этой картины веяло таким холодом и гнилью, что воздух вокруг начинал вибрировать. Он видел, как Хэ Ин из этого мира ударила сына. Видел, как Сухо прятал глаза, полные трусливого соучастия. А самое страшное – он видел пустые, безжизненные глаза «другого» Джинву, который смотрел на своего ребенка не как на плоть от плоти своей, а как на досадную помеху.

– Ты ударила его, – голос Джинву-гостя прозвучал как раскат грома в предгрозовом небе. – Ты подняла руку на своего ребенка.

Он сделал шаг вперед. Земля под его ногами не просто трескалась – она стонала. Его мана, чистая и яростная, столкнулась с мертвенно-черной аурой Монарха этого мира.

– Отойди, пришелец, – холодно бросил «тот» Джинву, даже не глядя на своего двойника. – Это внутренние дела моей семьи. Мальчишка перешел черту. Он должен быть наказан.

– Семьи? – Джинву-гость почувствовал, как внутри него просыпается зверь, которого он усмирял годами ради мира на земле. – Ты называешь это семьей?

Он видел видео на экране телефона, который Юки сжимал в руке. Краткие кадры, полные извращенного предательства. Отец, мать и старший сын в одной постели. Это была не просто низость – это было осквернение самой сути человеческой природы.

– Я Монарх Теней! – выкрикнул Джинву этого мира, и за его спиной поднялись тысячи легионов теней, готовых разорвать реальность. – Я бог этого мира! Я решаю, что есть мораль, а что – прах!

– Ты не бог, – Джинву-гость сорвался с места так быстро, что время, казалось, застыло. – Ты просто ничтожество, которое забыло, каково это – быть человеком.

Его кулак, окутанный не черным дымом, а ослепительным синим пламенем воли, врезался в челюсть двойника. Звук удара был подобен взрыву сверхновой. Монарх этого мира отлетел назад, пробивая собой пространство, снося вековые деревья и оставляя в земле глубокую борозду.

Джинву-гость не остановился. Он тяжело дышал, его грудь вздымалась. Он повернулся к Хэ Ин и Сухо, которые в ужасе вжались в землю.

– Как вы могли? – прорычал он, и от его голоса по траве пополз иней. – Мы с Хэ Ин каждый день ходили на могилу нашего сына. Мы бы отдали всё – свою силу, свое бессмертие, свои жизни – лишь бы увидеть, как он растет. Лишь бы услышать его смех. А вы... вы получили это чудо и превратили его жизнь в ад. Вы осквернили его существование своей похотью и ложью!

Он чувствовал, как за его спиной стоит Юки. Он чувствовал его силу – странную, костяную, пугающую, но такую родную. Это был его сын. В другой обертке, с другими шрамами, но это был Сон Юки.

– Отец... – тихо позвал Сухо из мира-гостя, подходя ближе. Его лицо было бледным, но в глазах горела решимость. – Посмотри на него. Он же... он совсем один.

Джинву-гость обернулся к Юки. Парень стоял, вызывающе вскинув подбородок, окруженный своими костяными бластерами. Он выглядел как хищник, готовый к прыжку, но Джинву видел глубже. За этой броней из татуировок, пирсинга и мертвой магии скрывался израненный ребенок, который просто хотел, чтобы его любили.

– Юки, – Джинву-гость подошел к нему.

Парень дернулся, его бластеры угрожающе зарычали, извергая голубое пламя.

– Не подходи, – прошипел Юки, и его голос сорвался. – Мне не нужны ваши жалостливые взгляды. Я знаю, кто вы. Вы просто еще одна версия тех монстров, что стоят за моей спиной.

– Нет, – Джинву-гость остановился в двух шагах, игнорируя направленные на него жерла костяных орудий. – Мы не они. В нашем мире я не Монарх, который правит из тени. Я отец, который учил своего сына чинить старый байк. Я муж, который приносит жене цветы не потому, что так надо, а потому, что люблю её больше жизни.

Он медленно протянул руку, ладонью вверх.

– В нашем мире твоя комната стоит нетронутой тринадцать лет, Юки. Твоя мать до сих пор покупает клубничное мороженое, которое ты так любил в детстве, и плачет, когда видит его в холодильнике.

Юки замер. Его небесно-голубые глаза расширились. Бластеры за его спиной начали медленно тускнеть, осыпаясь костяной пылью.

– Ты... ты врешь, – прошептал он, но в его голосе уже не было прежней стали.

– Я никогда не лгу своей семье, – Джинву-гость сделал последний шаг и просто обнял его.

Это был не захват, не попытка подчинить. Это было объятие человека, который нашел потерянное сокровище. Юки был огромным, выше него самого, холодным и колючим, как еж, но Джинву прижал его к себе так крепко, словно боялся, что парень сейчас растворится в воздухе.

– Прости нас, – шептал Джинву, чувствуя, как его собственная мана согревает остывшее тело сына. – Прости, что мы не смогли защитить тебя в этом мире. Прости, что тебе пришлось увидеть всё это дерьмо.

Юки стоял неподвижно. Его руки висели плетьми, а сердце колотилось так сильно, что казалось, оно сейчас проломит ребра. А потом, внезапно, плотина рухнула. Юноша уткнулся лбом в плечо отца и судорожно вздохнул. Его пальцы вцепились в куртку Джинву с такой силой, что ткань затрещала.

В этот момент из леса вышел «другой» Джинву. Его лицо было залито кровью, один глаз заплыл, но аура была чернее самой бездны.

– Ты... – прохрипел он, указывая на двойника. – Ты совершаешь ошибку. Он – нестабильный элемент. Его сила не от меня. Она чужая. Он – дефект.

Джинву-гость медленно повернулся, не выпуская Юки из объятий. Он посмотрел на свою «темную» копию с бесконечным презрением.

– Ты называешь своего сына дефектом? – Джинву-гость горько усмехнулся. – Ты променял человечность на абсолютную власть, и посмотри, во что ты превратился. Ты спишь со своей женой и сыном в одном порыве извращения, ты бьешь ребенка за то, что он увидел твою грязь. Ты не Монарх Теней. Ты просто жалкая тень того, кем мог бы быть.

– Отдай. Его. Мне, – каждое слово Монарха сопровождалось дрожью земли.

– Попробуй забрать, – Джинву-гость выпрямился, и за его спиной распахнулись крылья из чистого, ослепительного света. – Но знай: я не буду сражаться как охотник. Я буду сражаться как отец, у которого пытаются отнять ребенка во второй раз. И в этот раз я не проиграю.

Монарх Теней этого мира замер. Он чувствовал мощь своего двойника. Это была не просто мана – это была сила, подкрепленная смыслом жизни. И он понял, что проиграет. Его легионы теней колебались, чувствуя правду в словах пришельца.

– Пойдем, Юки, – Джинву-гость обернулся к парню. – Нам здесь больше нечего делать. Этот мир мертв. Он сгнил изнутри.

– А как же... – Юки взглянул на Хэ Ин, которая сидела на траве, глядя в пустоту.

– Они уже наказаны, – тихо сказал Джинву. – Они будут жить с этим. С осознанием того, что они потеряли тебя навсегда. И с этим видео, которое рано или поздно увидит весь мир. Поверь, для таких гордецов, как они, позор хуже смерти.

Другая Хэ Ин подошла к Юки и осторожно коснулась его руки. Её глаза светились такой искренней любовью, что Юки невольно зажмурился.

– У нас дома в саду расцвели яблони, – прошептала она. – Ты всегда любил помогать мне их поливать. Помнишь?

– Я... я попробую вспомнить, – ответил Юки, и на его губах впервые за долгое время появилась слабая, настоящая улыбка.

Сухо из мира-гостя подошел к Юки и неловко пихнул его в плечо.

– Слышь, великан. Раз уж ты теперь мой брат, тебе придется научить меня готовить те стейки, о которых ты говорил. У нас дома отец только лапшу быстрого приготовления заваривать умеет.

– Эй! – притворно возмутился Джинву-гость, и все они невольно рассмеялись.

Пространство вокруг них начало мерцать. Портал, созданный объединенной волей двух миров, раскрывался, затягивая их в сияющую воронку.

Юки в последний раз посмотрел на руины своего прошлого. Он увидел, как «его» отец стоит в одиночестве среди сломанных деревьев. Как «его» мать прячет лицо в ладонях. Как «его» брат Сухо медленно пятится назад, осознавая, что его мир рухнул.

Юки достал из кармана телефон, на котором была записана их погибель, и просто раздавил его в кулаке. Мелкие осколки пластика и стекла посыпались на траву.

– Мне больше не нужен компромат, чтобы быть свободным, – громко сказал он, обращаясь к Монарху. – Я свободен, потому что я больше не твой сын.

С этими словами он шагнул в сияние вслед за своей новой семьей.

Портал захлопнулся с тихим хлопком, оставив после себя лишь звенящую тишину и запах озона.

В мире-госте утро было тихим и солнечным. Когда они вышли на зеленую лужайку перед уютным домом, Юки на мгновение ослеп от яркости красок. Здесь всё было другим. Воздух был чистым, не отравленным маной подземелий.

Джинву-гость вздохнул полной грудью и посмотрел на Юки.

– Ну вот мы и дома.

Юки огляделся. Он увидел яблони в цвету, о которых говорила Хэ Ин. Увидел старый гараж, из которого торчал капот разобранного байка. Это было место, где люди жили, а не выживали.

– Знаешь, – Юки повернулся к отцу, поправляя свои взъерошенные черные волосы. – Я, пожалуй, приготовлю завтрак. Но предупреждаю: я привык к лучшим продуктам.

– В этом мире, сынок, – Джинву положил руку ему на плечо, – у тебя будет всё самое лучшее. И прежде всего – мы.

Юки кивнул, чувствуя, как тяжесть, которую он нес в себе все эти годы, окончательно исчезает. Его татуировка на спине больше не пульсировала угрозой, а костяная сущность внутри него свернулась клубком и уснула, как верный пес, который наконец вернулся к хозяину.

Он вошел в дом, и запах домашнего уюта – смеси ванили, кофе и чистого белья – окутал его, как самое надежное заклинание защиты. Сон Юки, младший сын, Костяной Король и изгой, наконец-то перестал бежать.

А в другом мире, на выжженной поляне, Теневой Монарх Сон Джинву опустился на колени среди осколков разбитого телефона. Он был самым сильным существом на планете, но в этот момент он понял, что проиграл битву, которую даже не начинал. Он потерял единственное, что делало его живым.

Но Юки этого уже не видел. Он стоял на кухне, привычно и ловко нарезая овощи, и слушал, как его брат Сухо спорит с отцом о том, чья очередь мыть машину. И это была самая прекрасная музыка, которую он когда-либо слышал.