← Назад к обзору

Грех монарха

Осколки вечности в колыбели жизни

Пять лет пролетели для Сон Юки как одно мгновение, сотканное из солнечного света и запаха домашней выпечки. В свои двадцать один год он выглядел еще более впечатляюще, чем в подростковом возрасте. Рост в сто девяносто пять сантиметров остался прежним, но плечи раздались, а движения приобрели ту уверенную грацию хищника, который больше не нуждается в том, чтобы скалиться на каждый шорох. Его черные взъерошенные волосы всё так же контрастировали с фарфоровой кожей, а небесно-голубые глаза теперь светились не холодом одиночества, а спокойной, глубокой мудростью.

Татуировка на спине, изображающая костяной позвоночник, стала для него не клеймом изгойства, а символом защиты. Костяной Король внутри него больше не рвался наружу в ярости — он дремал, сытый и спокойный, просыпаясь лишь тогда, когда нужно было развеселить детей, создавая из маны крошечных светящихся костяных бабочек.

Юки стоял в прихожей своего просторного дома, поправляя воротник легкого пальто. Рядом с ним возился его муж, Чон Ли Вон. Ли Вон был наполовину русским, и эта гремучая смесь кровей одарила его необычайной красотой: угольно-черные волосы и пронзительные серые глаза, в которых, казалось, застыл туман северных морей. Он был архитектором, человеком созидания, далеким от мира охотников и монстров, и именно эта его «обычность» стала для Юки якорем, удержавшим его в реальности после всех потрясений.

– Ты взял обменную карту? – Юки прищурился, глядя на мужа. – И телефон? Ли Вон, если мы опять забудем зарядку, я клянусь, я вызову своих бластеров, чтобы они притащили её из дома.

Ли Вон негромко рассмеялся, и этот звук, как всегда, подействовал на Юки умиротворяюще.

– Всё на месте, мой грозный Король. – Ли Вон мягко коснулся ладони Юки, на которой всё еще иногда проступали светящиеся метки. – Живот уже тянет, так что лучше нам поторопиться. Наша принцесса явно не хочет ждать до завтра.

В гостиной в это время царил контролируемый хаос. Сон Джинву, величайший охотник человечества, сидел на ковре, а на его плечах висел двухлетний Алекс, увлеченно дергающий дедушку за уши. Второй близнец, Сон Рюу, сосредоточенно пытался накормить игрушечного дракона печеньем, сидя на коленях у Ча Хэ Ин.

– Папа, смотри! Дракон кушает! – Рюу поднял на Юки свои серые, как у отца, глаза, в которых уже проглядывали искорки небесно-голубого пламени.

– Вижу, малыш. – Юки присел перед сыном и поцеловал его в лоб. – Слушайся бабушку и дедушку. Мы скоро вернемся с сюрпризом.

– С сестренкой? – Алекс перестал мучить уши Джинву и с надеждой посмотрел на родителей.

– Именно, – улыбнулся Ли Вон, тяжело опираясь на плечо мужа.

Джинву поднялся, легко удерживая внука на руках. Его взгляд, когда он смотрел на Юки, был полон такой гордости, которую невозможно было скрыть. За эти пять лет они стали не просто отцом и сыном, а настоящими соратниками. Джинву знал, что Юки — единственный, кто может сравниться с ним по силе, но еще больше он ценил то, что его сын выбрал путь созидания, а не разрушения.

– Езжайте спокойно, – сказал Джинву, поправляя футболку на Алексе. – Если что, мои тени присмотрят за периметром больницы. Никто не посмеет вас побеспокоить.

– Папа, не пугай врачей своими тенями, – фыркнул Юки, накидывая на плечи Ли Вона шарф. – Мы просто едем на плановый осмотр, который, скорее всего, закончится родами.

– Я всё равно буду на связи, – Хэ Ин поднялась, держа на руках Рюу. Она выглядела невероятно счастливой в роли бабушки, хотя по-прежнему могла разрубить гору своим мечом. – Юки, будь осторожен на дорогах.

– Конечно, мам.

Когда дверь за парой закрылась, в доме воцарилась относительная тишина, нарушаемая только лепетом детей. Сухо, который до этого момента тихо сидел в углу с планшетом, изучая отчеты Ассоциации, наконец-то подал голос.

– Ну вот, опять я остался за няньку, – наигранно вздохнул он, хотя по его глазам было видно, что он обожает племянников.

Хэ Ин подошла к старшему сыну, нежно перебирая розовые пеленки, разложенные на диване. Она готовила приданое для внучки с таким рвением, словно это был её первый ребенок.

– Сухо, – она лукаво посмотрела на него, – ты посмотри, какая прелесть. Розовый шелк, кружева... Юки уже второй раз делает нас счастливыми. А ты когда порадуешь нас внуками?

Сухо едва не выронил планшет. Его лицо мгновенно залилось краской.

– Мам, ну началось... – пробормотал он, пытаясь спрятаться за экраном. – У меня работа, рейды, Ассоциация... Мне некогда заниматься личной жизнью.

– Работа — это важно, – подал голос Джинву, усаживая Алекса на диван рядом с пеленками. – Но посмотри на брата. Он нашел баланс. Его сила не мешает ему любить и быть любимым. Ты ведь тоже этого хочешь, разве нет?

– Я просто не нашел ту, кто выдержит мой график, – Сухо попытался отшутиться. – И вообще, Юки — это особый случай. У него муж — архитектор, он понимает структуру и порядок. А мне что делать? Искать мага поддержки, которая будет лечить мои нервы после каждого подземелья?

– А почему бы и нет? – Хэ Ин присела рядом с Сухо, погладив его по плечу. – Мы просто хотим, чтобы ты был так же счастлив, как Юки. Посмотри, как он изменился. В нем больше нет той тьмы, которая пугала нас вначале. Он расцвел.

Сухо вздохнул, глядя на пустую прихожую. Он помнил того колючего, озлобленного подростка, который пришел в их мир пять лет назад. Помнил его холодный взгляд и костяные бластеры, готовые испепелить всё живое. И видел сегодняшнего Юки — заботливого мужа, нежного отца и человека, который нашел покой.

– Я знаю, мам, – тихо сказал Сухо. – Я правда рад за него. Иногда мне кажется, что он прожил три жизни, пока я топтался в одной.

Тем временем в машине Юки вел байк — точнее, мощный внедорожник, который он купил специально для семейных поездок. Ли Вон сидел на пассажирском сиденье, тяжело дыша.

– Юки... – прошептал он, сжимая ручку над дверью. – Кажется, «плановый осмотр» отменяется. Мы едем рожать. Прямо сейчас.

Юки мгновенно напрягся. Его глаза на секунду вспыхнули небесно-голубым светом, анализируя состояние мужа. Он почувствовал, как пульс Ли Вона участился, а мана внутри него, связанная с ребенком, начала пульсировать в ритме схваток.

– Держись, родной. – Юки переключил передачу, и машина взревела, срываясь с места. – Я рядом. Костяной Король не позволит своей королеве страдать дольше необходимого.

– Не называй меня королевой, – сквозь зубы улыбнулся Ли Вон. – Я просто человек, который решил связать жизнь с древним божеством в теле подростка-переростка.

– Обожаю твой юмор в критические моменты, – Юки ловко лавировал в потоке машин.

Он включил сирену — как члену семьи S-рангового охотника, ему полагались определенные привилегии в экстренных ситуациях. Машины расступались, чувствуя исходящую от внедорожника властную, подавляющую ауру. Юки не использовал силу для запугивания, но сейчас он невольно транслировал свое желание проложить путь.

Когда они ворвались в приемный покой элитного медицинского центра, их уже ждала бригада врачей. Юки не отпускал руку Ли Вона ни на секунду.

– Послушайте меня, – Юки посмотрел на главного врача, и тот невольно сглотнул под тяжестью этого взгляда. – Сделайте всё идеально. Если ему будет больно больше, чем положено природой, я лично перестрою это здание по косточкам. Вы меня поняли?

– Г-господин Сон, успокойтесь, – пролепетал врач. – Мы всё подготовили. Пройдемте в операционную.

Юки шел по коридору, и его шаги отдавались гулким эхом. Он чувствовал, как за его спиной на мгновение проявились костяные крылья из татуировки, вибрируя от напряжения. Но как только они вошли в палату, он заставил себя успокоиться. Ли Вону нужна была его поддержка, а не его мощь.

Часы ожидания тянулись как вечность. Юки сидел в коридоре, сцепив пальцы в замок. Его телефон разрывался от сообщений от Сухо и Хэ Ин. Отец просто прислал короткое: «Я рядом, если что». И Юки знал, что Джинву действительно стоит где-то в тенях больничного коридора, невидимый для простых смертных, охраняя покой своего сына.

Наконец, дверь открылась. Врач вышел, вытирая пот со лба, но на его лице была улыбка.

– Поздравляю, господин Сон. Девочка. Здоровая, три восемьсот. И ваш супруг в порядке, он спит.

Юки почувствовал, как из его легких вышел весь воздух, который он, казалось, удерживал последние три часа. Он вошел в палату на цыпочках, боясь нарушить тишину.

Ли Вон лежал на кровати, бледный, но с умиротворенным выражением лица. А рядом с ним, в прозрачной колыбели, лежала она. Крошечный сверток, из которого виднелись черные пушистые волосики.

Юки подошел ближе и замер. Он осторожно протянул палец, и малышка внезапно схватила его своей крошечной ручкой. В этот момент Юки почувствовал легкий укол маны. Небесно-голубой свет на мгновение озарил колыбель, и на ладошке девочки на секунду проступила маленькая, едва заметная метка в виде белого круга.

– Ох... – выдохнул Юки. – Кажется, у нас в семье еще один Монарх.

– Или просто очень сильная девочка, – прошептал Ли Вон, приоткрывая глаза. – Как мы её назовем?

Юки присел на край кровати, целуя мужа в висок.

– Сон Ми На. Что скажешь?

– Красиво, – согласился Ли Вон. – Ми На... Наша маленькая вечность.

Через несколько часов, когда Ли Вон окончательно пришел в себя, палата заполнилась семьей. Джинву и Хэ Ин вошли первыми, неся огромные букеты и подарки. Сухо плелся следом, нагруженный пакетами из детского магазина.

– О боже, какая она крошечная! – Хэ Ин всплеснула руками, заглядывая в колыбель. – Джинву, посмотри, у неё носик Юки!

– И глаза будут серые, как у Ли Вона, – добавил Джинву, осторожно касаясь ручки внучки. – Добро пожаловать в этот мир, Ми На.

Сухо подошел к Юки и хлопнул его по плечу.

– Поздравляю, брат. Теперь ты официально многодетный отец. Как ощущения?

– Ощущения такие, что мне нужно купить дом побольше, – усмехнулся Юки. – И, возможно, нанять армию поваров, потому что я не справлюсь с кормежкой всей этой оравы.

– Ты сам виноват, что так вкусно готовишь, – вставил Ли Вон с кровати. – Дети уже отказываются есть что-либо другое.

Семья смеялась, и этот смех заполнял палату, вытесняя остатки больничной стерильности. В этот момент Юки посмотрел в окно. Солнце садилось за горизонт Сеула, окрашивая город в золотые тона.

Где-то там, в другом мире, который он оставил пять лет назад, возможно, всё еще царил хаос. Возможно, «те» родители и «тот» брат всё еще захлебывались в своей желчи. Но здесь, в этой комнате, под защитой Теневого Монарха и Костяного Короля, царил мир.

Юки снова посмотрел на свою дочь. Он знал, что её путь не будет простым. Сила, которая уже дремала в её крови, потребует дисциплины и мудрости. Но он также знал, что он будет рядом. Он научит её всему, что знает сам. Он научит её, что сила — это не только разрушение врагов, но и умение вовремя подать руку, умение любить и умение прощать.

– Мам, – позвал Юки, глядя, как Хэ Ин увлеченно рассматривает розовый чепчик. – Ты спрашивала Сухо про внуков. Так вот, я думаю, ему пока полезно потренироваться на Ми На. Пусть поучится менять подгузники, это развивает мелкую моторику и терпение — как раз то, что нужно охотнику S-ранга.

– Эй! – возмутился Сухо. – Я вообще-то герой нации!

– Герой нации, который боится детской присыпки, – подколол его Ли Вон.

Палата снова взорвалась смехом. Юки чувствовал, как его сердце расширяется, вмещая в себя всю эту любовь, весь этот шум и суету. Он прошел долгий путь от сломленного подростка до этого момента. И если бы ему предложили пройти его снова, чтобы оказаться здесь, он бы не раздумывал ни секунды.

Костяной Король внутри него довольно заурчал и окончательно уснул, убаюканный биением двух сердец — его собственного и крошечного сердца Ми На.

Жизнь продолжалась. И она была прекрасна в своем несовершенстве, в своей хрупкости и в своей бесконечной силе. Сон Юки, наконец-то, был полностью, абсолютно счастлив. И никакие тени прошлого больше не могли омрачить его небо.