← Назад к обзору

И что ?

Колыбель пустоты и последний аргумент

– Ну и ну, – я стоял посреди абсолютного ничто, сложив руки на груди и скептически прищурившись. – Спектор, ты серьезно? Я думал, у тебя тут хотя бы интерьер поинтереснее. А это что? Сплошной глитч и битые пиксели. Даже Нуб в своей комнате прибирается чаще, чем ты в своей личной тюрьме.

Тьма вокруг меня зашевелилась, словно потревоженный рой насекомых. Спектор, чья фигура теперь казалась более стабильной, медленно обходил меня по кругу. Его глаза-прорези светились холодным, мертвенным светом, в котором не было ничего человеческого.

– Ты всё еще ворчишь, маленький целитель, – его голос вибрировал в самом моем сознании, заставляя зубы ныть. – Ты отдал свою свободу за код, который завтра сотрется. Ты гниешь здесь, в месте, где время — лишь ошибка вычислений, а ты всё еще заботишься о чистоте?

– Слушай, «великий и ужасный», – я поправил полы своего нового костюма, который, на удивление, всё еще сиял чистотой. – Если уж мне суждено провести здесь вечность, я не намерен делать это в помойке. И вообще, ты когда-нибудь слышал о дефрагментации? У тебя тут файлы реальности так перепутаны, что удивительно, как ты сам еще не превратился в синий экран смерти.

Я демонстративно поднял свой посох. Светлая энергия, заключенная в нем, мягко пульсировала, разгоняя густой туман вокруг моих ног. Эффект ловушки окончательно прошел, и теперь я чувствовал себя на пике формы. Ирония судьбы: я стал самым сильным именно тогда, когда лечить стало некого.

– Твой свет здесь — лишь свеча в урагане, – Спектор внезапно сделал резкий выпад, и когтистая тень пронеслась в дюйме от моего лица. – Ты не понимаешь. Ты не просто заперт. Ты — часть меня. Твоя жертва напитала эту зону. Ты стал батарейкой для моего существования.

– Батарейкой? – я усмехнулся, чувствуя, как внутри закипает привычное раздражение. – Скорее уж язвой желудка. Знаешь, я ведь очень вредный пациент. И если ты думаешь, что я буду тихо сидеть и «питать» тебя, то ты явно не читал мою характеристику.

Я резко вонзил посох в субстанцию, которая служила здесь полом. Золотистая волна ударила во все стороны, заставляя теневые наросты на стенах (или том, что ими было) шипеть и плавиться.

– Внимание, сеанс шоковой терапии начинается! – выкрикнул я, вкладывая в заклинание всю свою нерастраченную ману.

Спектор отшатнулся, издав звук, похожий на скрежет металла по стеклу. Пустота вокруг нас начала искажаться. Там, где касался мой свет, проступали очертания старых локаций Форсакена: кусочек карты с пиццерией, обломок стены из убежища, край той самой платформы, где мы стояли всего полчаса назад.

– Прекрати! – взревел Спектор. – Ты разрушаешь структуру!

– Я её лечу! – парировал я, не сбавляя напора. – Ты — это вирус, Спектор. А я — антивирус с очень плохим характером.

В этот момент я почувствовал странное тепло в кармане. Нащупав предмет, я вытащил... кусок пиццы. Тот самый, который я использовал, чтобы «похитить» Нуба в начале всей этой истории. Он должен был исчезнуть при переходе, превратиться в данные, но он был здесь. Теплый, ароматный, с тянущимся сыром.

– Не может быть, – прошептал я, глядя на этот нелепый артефакт. – Нуб, ты даже здесь умудрился оставить свой след.

Этот кусок пиццы был не просто едой. Это был «якорь». Связь с теми идиотами, которые сейчас, я надеялся, были в безопасности. И если этот предмет существовал здесь, значит, барьер Спектора не был абсолютным.

– Видишь это? – я поднял кусок пиццы, как святую реликвию, перед лицом ошеломленного монстра. – Это — символ дружбы, глупости и того, что ты никогда не поймешь. Пока у меня есть хотя бы крошка этого безумия, я не твой.

Спектор бросился на меня, и на этот раз он не играл. Тьма сгустилась в гигантский кулак, готовый раздавить меня вместе с моим светом. Я приготовился к удару, крепче сжимая посох, но внезапно пространство за моей спиной треснуло.

– Элиот! В сторону, живо! – этот голос я бы узнал из тысячи.

Я едва успел упасть на пол, как над моей головой пролетел огромный, сияющий всеми цветами радуги меч. Он врезался в Спектора, вызывая серию ярких взрывов.

– Шанс? – я поднял голову, не веря своим глазам.

В разломе реальности стоял Шанс. Его новый скин сиял ярче прежнего, а за его спиной виднелись остальные. Ту Тайм, скрестив руки на груди и сохраняя на лице выражение легкой брезгливости, 007n7 с целым каскадом голографических панелей перед собой, и даже Нуб, который махал мне рукой, потеряв свою огромную шляпу в форме пиццы.

– Вы... вы что тут делаете? – я поднялся, отряхивая костюм. – Я же вас спас! Я вас отправил домой! Вы что, инструкции читать не умеете? Там было написано: «Уходите и не возвращайтесь»!

– Ой, да замолчи ты, – Шанс приземлился рядом со мной, лихо крутанув меч. – Ты правда думал, что мы оставим тебя здесь с этим скучным парнем? Без твоего нытья в чате Форсакен стал подозрительно напоминать обычную работу. А мы работу не любим.

– Элиот, ты совершил тактическую ошибку, – 007n7 шагнул из портала, его глаза быстро сканировали окружение. – Ты забыл, что мы — группа. А группа неполна без своего медика. Я взломал протокол выхода через пять минут после того, как мы оказались в безопасности. Оказалось, твоя «жертва» оставила открытым бэкдор.

– Это был не бэкдор, – Ту Тайм подошел к нам, брезгливо обходя лужу теневой слизи. – Это была твоя привязанность к нам, Элиот. Ты так сильно хотел, чтобы мы были в порядке, что буквально проложил нам дорогу обратно. Твой щелбан на моем лбу до сих пор светится в системном логе.

– Я вас ненавижу, – искренне сказал я, чувствуя, как к горлу подкатывает комок. – Вы самые бестолковые, неуправляемые и упрямые существа во всех мирах.

– Мы тоже тебя любим, ворчун, – Нуб подбежал и попытался меня обнять, но я вовремя выставил посох.

– Дистанция, Нуб! Я всё еще в новом костюме!

Спектор, восстановившийся после удара Шанса, взмыл вверх. Его форма теперь напоминала огромный черный вихрь.

– Вы совершили ошибку! – взревел он. – Теперь я поглощу вас всех! Здесь нет правил, нет респауна! Здесь только вечное удаление!

– Слышь, ты, облако с глазами, – Шанс сделал шаг вперед, заслоняя меня плечом. – Ты тронул нашего хилера. А это первое правило в любой игре: никогда не трогай хилера, если не хочешь, чтобы вся пати превратилась в твой ночной кошмар.

– 007n7, давай! – скомандовал Ту Тайм.

Седьмой быстро застучал по голограммам.

– Инициирую принудительную синхронизацию локации. Элиот, нам нужен твой свет как стабилизатор. Сможешь удержать эту дыру открытой, пока мы не вышвырнем его отсюда?

– А у меня есть выбор? – я вздохнул, вставая в центр круга, который непроизвольно образовали мои друзья. – Ладно, идиоты. Попробуем сделать из этой пустоты что-то приличное.

Я поднял посох высоко над головой. Золотистое сияние, подпитанное присутствием друзей, вспыхнуло с такой силой, что тьма Спектора начала буквально испаряться.

– Лечение... массовое! – выкрикнул я.

Это было не просто исцеление ран. Это было исцеление самой реальности. Мы вливали в эту мертвую зону свои воспоминания, свои эмоции, свою волю к жизни. Шанс рубил тени, Ту Тайм направлял потоки энергии, 007n7 переписывал код пространства, а Нуб... Нуб просто прыгал вокруг, создавая хаос, который Спектор не мог просчитать.

– Нет! Моя империя! – голос Спектора становился всё тише, пока не превратился в жалкий писк.

– Твоя империя нуждалась в генеральной уборке, – заметил я, когда последняя тень рассеялась под лучами моего света.

Вспышка была такой яркой, что на мгновение я ослеп. А когда зрение вернулось, мы снова стояли на платформе ожидания. Всё было как обычно: цифровые блоки, системные сообщения и тихий гул серверов.

– Мы вернулись? – Нуб огляделся, нащупывая на голове свою шляпу-пиццу, которая чудесным образом вернулась на место.

– Похоже на то, – 007n7 проверил логи. – Спектор дезинтегрирован. Зона очищена. Мы в безопасности... до следующего раунда.

Наступила тишина. Мы все стояли, переводя дух. Шанс первым нарушил молчание, повернувшись ко мне.

– Ну что, Элиот? Как тебе роль великомученика? Понравилось?

Я посмотрел на него, потом на Ту Тайма, который старательно вытирал пылинку с рукава, потом на Седьмого.

– Если вы еще раз, – я начал медленно, чеканя каждое слово, – решите пойти за мной в ловушку, я клянусь, я переквалифицируюсь в дамагера. И первым делом протестирую свои навыки на вас.

– Мы тоже по тебе скучали, – усмехнулся Ту Тайм.

– Элиот, – Шанс подошел ближе и вдруг серьезно посмотрел мне в глаза. – Больше не делай так. Не решай за всех. Мы — команда. Если тонуть, то вместе. Если выживать — то тоже вместе. Понял?

Я отвел взгляд, чувствуя, как ворчливость возвращается ко мне, как старое уютное одеяло.

– Понял, понял... Герои хреновы. Идите уже, готовьтесь. Скоро новый раунд.

– А как же пицца? – подал голос Нуб. – Ты обещал!

– Я ничего не обещал! – выкрикнул я, но уже лез в инвентарь. – Ладно, садитесь. Только не крошить на платформе! И Ту Тайм, перестань так смотреть на мой костюм, он не продается.

Мы уселись прямо на цифровой пол. Где-то вдалеке зарождалась новая угроза, новые ловушки и новые враги. Но здесь и сейчас, под мерцающим светом Форсакена, мы были просто группой друзей, жующих виртуальную пиццу.

– А всё-таки, – Шанс прожевал кусок и хитро посмотрел на меня. – Тот щелбан... ты его долго репетировал?

– Ешь молча, Шанс, – буркнул я, но втайне подумал, что в следующий раз щелбан будет гораздо сильнее.

Для профилактики, конечно. Ведь кто-то же должен держать этих идиотов в узде.