← Назад к обзору

игра-жизнь

Шепот в темноте и сталь в крови

– Ты понимаешь, что после вчерашнего пути назад нет? – Никита сидел на краю кровати, его широкая спина была напряжена, а татуировки, казалось, оживали в тусклом свете утреннего солнца, пробивающегося сквозь тяжелые портьеры.

Даня приподнялся на локтях, чувствуя, как каждая мышца отзывается тупой болью после ночных событий. Вчерашний рейд, запах пороха и тот единственный выстрел, который он сделал сам, всё еще стояли перед глазами. Но вместо ужаса он чувствовал странное, почти пугающее умиротворение.

– Пути назад не было еще год назад, когда твои люди прижали меня к капоту в парке, – Даня протянул руку и коснулся позвоночника Никиты, проводя пальцами вниз до самой поясницы. – Ты же знаешь, я не из тех, кто жалеет о сделанном.

Никита резко обернулся, перехватил руку Дани и прижал её к своим губам. Его взгляд был тяжелым, полным невысказанной тревоги. Глава мафии, человек, который вчера хладнокровно отдавал приказы о зачистке, сейчас выглядел так, будто сам нуждался в защите.

– Они будут мстить, Даня. «Волки» не прощают потерю лидера. Теперь ты не просто мой любовник, ты — мой соучастник. Весь город скоро узнает, что рэпер Даня умеет не только рифмовать.

– Пусть узнают, – Даня усмехнулся, садясь рядом и заставляя Никиту посмотреть себе в глаза. – Ты думал, я буду вечно прятаться за твоей спиной? Мне надоело играть роль нежного мальчика, которого нужно опекать. Вчера я почувствовал вкус власти, Никита. Настоящей власти. И мне это понравилось.

Никита вздрогнул. Он всегда знал, что Даня — не обычная жертва, но видеть, как в его любимом человеке просыпается хищник, было одновременно возбуждающе и страшно. Он потянул Даню на себя, усаживая его на свои колени.

– Ты мой сумасшедший, – прошептал Никита, вдыхая запах его волос. – Мой личный дьявол.

– Твой хозяин, – поправил Даня, слегка сжимая пальцы на затылке Никиты, заставляя того запрокинуть голову. – Не забывай об этом, даже когда вокруг рушится мир.

В дверь коротко и настойчиво постучали. Это мог быть только один человек.

– Заходи, Артём, – громко сказал Даня, не меняя позы и продолжая удерживать Никиту.

Артём вошел, выглядя на удивление бодро для человека, который вчера получил пулю в плечо. Его рука была на перевязи, но в глазах горел привычный азарт. Он замер на пороге, оценив диспозицию в комнате.

– Ну вы и парочка, – Артём хмыкнул, проходя к креслу и бесцеремонно усаживаясь в него. – Город на ушах. Полиция нашла склад, но там только горы гильз и ни одного тела. Твои ребята, Ник, сработали чисто. Но есть проблема.

Никита мгновенно преобразился. Он не сбросил Даню с колен, но его голос стал стальным, рабочим.

– Говори.

– Видео, – Артём достал планшет и положил его на журнальный столик. – Кто-то из «Волков» успел запустить стрим в закрытую сеть до того, как Даня его... ну, вы поняли. Лица Дани там не видно, он был в капюшоне, но его куртку и манеру двигаться узнает любой фанат. В сети уже поползли слухи, что популярный рэпер связан с ликвидацией криминального авторитета.

Даня нахмурился, глядя на экран. Изображение было зернистым, дерганым, но силуэт действительно был узнаваем.

– Это плохо? – спросил он, переводя взгляд на Никиту.

– Для твоей карьеры — возможно, – Никита задумался. – Но для нашей безопасности это катастрофа. Если на тебя выйдет полиция, я не смогу вытащить тебя так просто, не раскрыв наши отношения.

– А может, это шанс? – Артём подался вперед. – Даня, твоя аудитория любит «плохих парней». Сделай из этого шоу. Напиши трек. Скажи, что это были съемки клипа, которые пошли не по плану. Мы подбросим доказательства, что это была постановка.

– Постановка с настоящими трупами? – Даня скептично поднял бровь.

– Трупов нет, – напомнил Артём. – Есть только слухи и это видео. Мы можем перевернуть игру.

Никита молчал, его пальцы нервно перебирали край одеяла. Он ненавидел, когда ситуация выходила из-под контроля, особенно когда дело касалось Дани.

– Я не хочу, чтобы ты лез в это глубже, – наконец произнес Никита, глядя на Даню. – Я хочу, чтобы ты уехал. На месяц, в Европу. Пока я здесь всё не зачищу.

Даня резко отстранился и встал с колен Никиты. Его лицо исказилось от гнева.

– Уехал? Ты серьезно? Ты хочешь запереть своего «щенка» в золотой клетке, пока сам будешь развлекаться? – Даня начал мерить комнату шагами. – Нет, Никита. Мы договорились. Я больше не скрываюсь за твоими людьми.

– Это не обсуждается! – рявкнул Никита, вскакивая на ноги. – Я не допущу, чтобы тебя посадили или пристрелили из-за моей работы!

– А я не допущу, чтобы ты решал за меня! – Даня подошел вплотную к мафиози, их разделяли считанные сантиметры. – Ты любишь, когда я доминирую над тобой здесь, в этой комнате. Так начни уважать мою силу и за её пределами. Я остаюсь. И я помогу Артёму провернуть эту аферу с клипом.

Артём, наблюдавший за этой сценой с нескрываемым интересом, тихо присвистнул.

– Кажется, у нашего босса появился достойный противник.

Никита тяжело дышал, глядя в решительные глаза Дани. Он видел в них ту самую искру, которая когда-то заставила его влюбиться в этого парня. Это была не просто страсть — это было родство душ, двух хищников, которые нашли друг друга в бетонных джунглях.

– Ладно, – сдался Никита, опуская плечи. – Но ты будешь под круглосуточным наблюдением моих лучших людей. И если я почувствую хоть малейшую угрозу...

– ...то я сам с ней разберусь, – закончил Даня, смягчая тон и кладя ладонь на щеку Никиты. – Поверь мне. Я не тот мальчик, которого ты встретил в парке.

Артём поднялся, морщась от боли в плече.

– Окей, влюбленные, план такой. Даня, сегодня вечером ты выходишь в прямой эфир. Никаких оправданий, просто интрига. Скажи, что готовишь нечто такое, что взорвет индустрию. А я тем временем подготовлю «площадку» для съемок, чтобы всё выглядело как часть большого проекта. Никита, от тебя нужны люди для массовки — пусть выглядят устрашающе, но без оружия.

– Оружие будет, – отрезал Никита. – Но холостое. Для кадра.

Когда Артём ушел, в комнате снова воцарилась тишина, но она была уже другой — заряженной общим делом. Никита подошел к окну, глядя на город, который лежал у его ног.

– Ты понимаешь, что теперь мы связаны не только постелью? – спросил он, не оборачиваясь. – Мы теперь одна организация.

Даня подошел сзади и обнял его, сцепляя руки на широкой груди мафиози.

– Это то, чего я всегда хотел. Быть равным тебе.

– Ты никогда не будешь мне равен, Даня, – Никита развернулся в его руках и хитро улыбнулся. – Ты всегда будешь выше. Ведь только тебе позволено ставить меня на колени.

Вечер наступил быстро. Даня сидел в своей домашней студии, настраивая свет для эфира. На нем была та самая черная куртка, в которой он был вчера. Он знал, что это риск, но в этом и заключалась суть его игры.

– Готов? – Никита стоял за камерой, наблюдая за ним.

– Всегда готов, – Даня подмигнул ему.

Эфир начался. Число зрителей росло с каждой секундой — тысячи, десятки тысяч, сотни тысяч. Комментарии летели с бешеной скоростью. «Даня, это ты на видео?», «Ты связан с мафией?», «Где ты был вчера ночью?».

Даня молчал несколько секунд, глядя прямо в камеру. На его лице была та самая загадочная, чуть надменная улыбка, по которой сходили с ума миллионы.

– Привет всем, – голос его был спокойным и глубоким. – Я вижу, вы сегодня очень активны. Много слухов, много вопросов. Что ж, я не люблю оправдываться. Я люблю показывать.

Он сделал паузу, давая зрителям проникнуться моментом. В углу кадра мелькнула тень — это был Никита, который специально прошел мимо, создавая ощущение присутствия кого-то опасного.

– То, что вы видели вчера — лишь малая часть того, что ждет вас в новом клипе. Мы решили выйти за рамки. Никаких декораций, только реальные улицы, только настоящий драйв. Моя музыка меняется, как меняюсь и я сам. Скоро вы всё увидите.

Он выключил эфир, не дожидаясь реакции. В комнате повисла тишина, прерываемая лишь гудением компьютера.

– Это было чертовски убедительно, – Никита подошел к нему и положил руки на плечи. – Если бы я не знал правды, я бы сам поверил.

– Это и есть правда, Никита, – Даня откинулся на спинку кресла. – Просто её иная версия.

В следующие несколько дней дом превратился в штаб-квартиру. Артём мотался по городу, договариваясь с нужными людьми и «подчищая» хвосты. Никита занимался безопасностью, его люди теперь дежурили даже в вентиляции. А Даня... Даня писал. Он писал так, как никогда раньше. Каждая строчка была пропитана кровью, порохом и той темной страстью, которую он делил с Никитой.

– Послушай это, – Даня позвал Никиту в студию поздно ночью.

Он включил бит — тяжелый, давящий, с тревожными сиренами на фоне. Его голос в записи звучал почти неузнаваемо — жестко, властно.

«В городе теней, где застыло время, Я несу своё, а не чужое бремя. Король софитов и принц подвалов, Нам этой жизни всегда было мало...»

Никита слушал, закрыв глаза. Он чувствовал, как каждое слово резонирует с его собственной жизнью.

– Это гимн, Даня. Гимн нашего союза.

– Это подарок тебе, – Даня подошел к нему и шепнул на ухо. – Чтобы ты помнил, кто вдохновляет меня на подвиги.

Но идиллия была нарушена телефонным звонком. Никита взял трубку, и его лицо мгновенно окаменело.

– Да... Я понял. Сколько их? Хорошо. Ждите.

– Что случилось? – Даня почувствовал, как внутри всё сжалось.

– «Волки» не купились на твой эфир. Они выследили одного из моих людей, который был на складе. Он заговорил перед смертью. Они знают, что ты был там, и знают, что ты здесь.

– Они идут сюда? – Даня почувствовал, как в жилах закипает адреналин.

– Они уже в пути. Артём пытается их перехватить, но их слишком много. Это будет открытая война, Даня.

Никита начал быстро отдавать приказы по рации. В доме началось движение — охрана занимала позиции, окна закрывались бронированными щитами.

– Иди в убежище, – Никита схватил Даню за плечи. – Сейчас не время для гордости. Это не склад, это полноценный штурм.

– Нет, – Даня высвободился. – Ты не оставишь меня там, пока будешь рисковать собой. Дай мне оружие.

– Даня, черт возьми!

– Дай мне оружие, Никита! Или я возьму его сам у первого же твоего охранника.

Никита посмотрел на него с отчаянием и гордостью. Он вытащил из кобуры запасной «Глок» и протянул его Дане.

– Только не лезь на рожон. Стреляй только если увидишь прямую угрозу. Понял?

– Понял, – Даня уверенно передернул затвор.

Первый взрыв прогремел у ворот. Земля содрогнулась, и в доме погас свет. Включилось аварийное освещение — тускло-красное, превращающее коридоры в подобие ада.

– Началось, – прошептал Никита.

Бой был коротким, но невероятно яростным. «Волки» действовали отчаянно, понимая, что это их последний шанс. Пули свистели в воздухе, разбивая дорогую мебель и зеркала. Даня стоял за массивным дубовым столом в гостиной, прикрывая фланг. Он видел, как Никита работает — это было похоже на танец смерти. Каждое движение выверено, каждый выстрел — в цель.

В какой-то момент один из нападавших прорвался через боковую дверь и вскинул автомат, целясь в Никиту, который был занят другим противником.

– Никита, берегись! – закричал Даня.

Он нажал на курок трижды. Пули попали мужчине в грудь, отбрасывая его назад. Даня замер, глядя на дымящийся ствол. Это был уже второй человек, чью жизнь он прервал. Но времени на рефлексию не было.

Через десять минут всё было кончено. Тишина, воцарившаяся в доме, была оглушительной. Пахло гарью и чем-то сладковато-металлическим.

Никита подошел к Дане, его лицо было в саже, а на руке виднелась ссадина. Он молча забрал у него пистолет и крепко прижал к себе.

– Ты жив... – выдохнул он. – Слава богу, ты жив.

– Я же говорил, что справлюсь, – голос Дани дрожал, но он старался держаться.

В гостиную ввалился Артём, его перевязь была пропитана свежей кровью, но он улыбался.

– Мы их сделали! Основная группа «Волков» уничтожена. Остатки бегут из города. Парни, мы победили.

Никита посмотрел на разгромленную гостиную, на трупы врагов и на Даню, который всё еще дрожал в его объятиях.

– Победили, – эхом отозвался он. – Но какой ценой.

Месяц спустя.

Мир увидел новый клип Дани. Это было нечто невероятное — смесь криминальной драмы и арт-хауса. Кадры со склада, перемежающиеся сценами в красном свете штурмуемого дома, создавали атмосферу абсолютного безумия. Трек взлетел на первые строчки всех хит-парадов.

Фанатки были в восторге от «нового Дани», еще более опасного и недосягаемого. Никто так и не узнал, что пули в клипе были настоящими, а кровь на стенах — не краской.

Никита сидел в своем кабинете, просматривая отчеты о доходах. Синдикат процветал, враги были подавлены, а его связь с Даней стала только крепче.

– О чем думаешь? – Даня вошел без стука, неся две чашки кофе.

– О том, что я самый счастливый человек в этом проклятом городе, – Никита улыбнулся, притягивая Даню к себе.

– Даже несмотря на то, что твой «щенок» теперь умеет кусаться?

– Особенно поэтому.

Даня поставил кофе на стол и сел на край стола, лениво покачивая ногой.

– Знаешь, Артём предлагает организовать тур. Но я думаю, мне нужно взять перерыв.

– Почему? – Никита удивился.

– Потому что я хочу провести это время здесь. С тобой. И, возможно, поучиться у тебя еще кое-чему в управлении... бизнесом.

Никита рассмеялся, и в этом смехе была истинная радость.

– Ты хочешь стать мафиози, Даня?

– Я хочу быть тем, кто стоит за твоим троном. И тем, кто заставляет тебя преклонять колени, когда мы остаемся одни.

Никита встал, подошел к Дане и медленно опустился перед ним на колени, склонив голову.

– Я весь твой, хозяин. Вчера, сегодня и навсегда.

Даня запустил пальцы в его волосы, чувствуя свою абсолютную победу. Они прошли через огонь и кровь, они раскрыли свои самые темные стороны, но это только сделало их союз нерушимым. В мире, где всё продается и покупается, их тайна осталась единственной ценностью, которую невозможно было отнять.

– Хороший мальчик, – прошептал Даня, наклоняясь для поцелуя. – Очень хороший мальчик.

За окном шумел город, жили своей жизнью фанатки и враги, но в этом кабинете время остановилось. Здесь была только власть, только страсть и только они двое — рэпер и мафиози, связанные одной цепью, которую они сами выбрали и которую никогда не захотят разорвать.