← Назад к обзору

Истеный альфа

Наследие небесно-голубых глаз

– Ли Вон, если ты еще раз попытаешься поднять этот поднос сам, я клянусь, я заблокирую двери в столовую магией костей, – Юки стоял у кухонного острова, скрестив руки на груди.

За пять лет он стал еще внушительнее. Рост в 195 сантиметров и идеально развитое телосложение делали его похожим на античную статую, сошедшую с пьедестала. Черные взлохмаченные волосы с выбритыми висками остались его визитной карточкой, как и пирсинг под нижней губой, который он так и не снял, несмотря на статус главы собственного клана охотников. Татуировка ассасина на шее теперь казалась частью его кожи, пульсируя мягким голубым светом в такт его силе.

Ли Вон, чей живот уже был отчетливо виден под свободной шелковой рубашкой, лишь фыркнул, аккуратно расставляя приборы.

– Юки, я беременный омега, а не хрустальная ваза. И вообще, двойня внутри меня требует активности, а не твоего чрезмерного опекунства.

– Двойня внутри тебя требует, чтобы их отец не сошел с ума от беспокойства, – Юки подошел со спины и осторожно обнял мужа, кладя широкие ладони на его живот. – Сон Юна уже спит?

– Уснула десять минут назад, – Ли Вон откинул голову на плечо альфы, прикрыв глаза. – Она весь день донимала дедушку Джинву по видеосвязи, требуя, чтобы он привез ей «настоящую теневую лошадку». Твой отец скоро разорится на магических подарках.

Юки негромко рассмеялся, чувствуя, как под ладонями толкается один из сыновей. Жизнь за эти пять лет изменилась до неузнаваемости. После громкого развода родителей и окончательного изгнания Сухо, который так и остался жить в тени своего безумия в северном поместье, в семье Сон наконец воцарился мир. Но самым большим потрясением для всех стало то, что Монарх Теней, великий и непобедимый Сон Джинву, нашел свою истинную пару.

Мин Юджин. Омега с темно-русыми волосами и глазами цвета летнего неба, который сумел сделать то, что не удалось Ча Хэ Ин за двадцать лет — он приручил зверя внутри Джинву, не пытаясь его сломать.

– Они скоро будут, – Юки выпрямился, уловив знакомое колебание пространства. – Я чувствую ауру отца. Она... странная сегодня. Слишком спокойная, даже для него.

Двери гостиной распахнулись, пропуская прохладный вечерний воздух и запах озона. Сон Джинву вошел первым, и время, казалось, не имело над ним власти — он выглядел всё тем же молодым мужчиной, чья тень правила миром. Но рядом с ним, держа его за руку, шел Юджин, и в их связи было столько тепла, что даже костяная магия Юки невольно смягчалась в их присутствии.

– Мы не опоздали? – голос Джинву звучал мягко. Он обнял сына, коротко похлопав его по плечу — жест, который за пять лет стал привычным проявлением любви.

– Вовремя, пап, – Юки улыбнулся и повернулся к омеге отца. – Привет, Юджин. Выглядишь... сияющим.

– Здравствуй, Юки, – Юджин тепло улыбнулся, и его голубые глаза лучились искренней радостью. – Ли Вон, тебе идет эта рубашка. Как малыши?

– Устраивают футбольные матчи каждую ночь, – Ли Вон пригласил гостей к столу. – Прошу, присаживайтесь. Юна очень расстроилась, что не дождалась вас, но она обещала завтра устроить вам допрос с пристрастием по поводу обещанных подарков.

Ужин проходил в непринужденной атмосфере. Они обсуждали дела Ассоциации, новые рейды и то, как Юна в свои четыре года уже проявляет способности к манипуляции тенями, чем несказанно радует деда и пугает учителей в элитном садике.

Однако Юки не покидало странное предчувствие. Он наблюдал за тем, как отец постоянно поправляет подушку за спиной Юджина, как он следит за каждым его движением, словно тот был величайшим сокровищем во вселенной. И запах... от Юджина пахло не просто омегой, а чем-то новым, сладковато-молочным, что было знакомо Юки по первой беременности Ли Вона.

– Ладно, пап, – Юки отложил нож и вилку, пристально глядя на отца. – Хватит играть в загадочность. Я чувствую это, Ли Вон чувствует это. Твои тени, наверное, уже празднуют в своем измерении. Что происходит?

Джинву замер с бокалом вина в руке. Он обменялся взглядом с Юджином, и в этом взгляде было столько нежности, что Юки на мгновение почувствовал себя неловко.

– От тебя ничего не скроешь, – Джинву поставил бокал и накрыл руку Юджина своей. – Мы хотели подождать до десерта, но... Юджин ждет ребенка.

В столовой на мгновение воцарилась тишина. Ли Вон радостно охнул, прикрыв рот ладонью, а Юки почувствовал, как по его коже пробежали искры магического разряда.

– О боги, Юджин! – Ли Вон первым нарушил молчание, поднимаясь, чтобы обнять омегу. – Это же чудесно! Какой срок?

– Двенадцать недель, – Юджин немного покраснел, прижимаясь к руке Джинву. – Мы узнали только на прошлой неделе. Джинву сначала хотел запереть меня в замке и окружить легионом теней, но я убедил его, что визит к вам — это безопасное мероприятие.

– Еще один Монарх в семье? – Юки откинулся на спинку стула, и на его губах заиграла широкая, искренняя улыбка. – Пап, ты решил создать собственную армию наследников?

– Я просто решил быть счастливым, Юки, – ответил Джинву, и в его глазах больше не было той бездонной печали, которая сопровождала его все годы брака с Хэ Ин. – Этот ребенок... он другой. Я чувствую его силу, и она совсем не похожа на мою или твою. Она спокойная.

– Это будет альфа, – уверенно заявил Юки, блеснув глазами. – Я чувствую это. Еще один щенок в нашем гнезде.

– Или омега, – парировал Ли Вон, возвращаясь на свое место. – И если это будет омега с силой Монарха, то миру точно стоит приготовиться к большим переменам.

Юджин тихо засмеялся, касаясь своего еще плоского живота.

– Мне всё равно, кем он будет. Главное, что у него будут такие замечательные старшие братья и племянники.

– Братья... – Юки на мгновение задумался, и его лицо стало серьезным. – Знаешь, пап, я часто думал о Сухо. О том, как всё могло бы быть, если бы... если бы Хэ Ин была другой. Если бы она не пыталась сделать из него оружие против нас.

Джинву вздохнул, и на мгновение тень прошлого промелькнула в его взгляде.

– Прошлое — это пепел, Юки. Сухо сделал свой выбор. Он живет в мире, который сам себе создал, в мире обид и зависти. Мы дали ему шанс, и не один. Но сейчас... сейчас у нас есть шанс построить что-то новое. Без тайн, без страха перед собственной природой.

– Ты прав, – Юки поднял свой бокал с соком, салютуя отцу и Юджину. – За новое начало. И за то, чтобы у моего будущего брата или сестры были самые крутые кинжалы в мире, когда придет время.

– Только после того, как он научится ходить! – воскликнул Ли Вон, вызывая общий смех.

Вечер продолжался, наполненный теплом и планами на будущее. Юки смотрел на своего отца и видел в нем не только величайшего охотника, но и мужчину, который наконец-то нашел свой дом. Он смотрел на Ли Вона, который носил под сердцем их сыновей, и понимал, что его собственная сила — это не проклятие, как когда-то говорила Хэ Ин, а дар, позволяющий защищать это хрупкое счастье.

– Знаешь, Ли Вон, – прошептал Юки, когда гости уже собирались уходить, а они стояли на террасе, провожая Кайзела взглядом. – Я ведь всегда думал, что наша семья проклята. Что мы обречены на одиночество и вечную битву.

– Мы и есть битва, Юки, – Ли Вон прижался к его широкому плечу. – Но теперь мы знаем, за что сражаемся. Твой отец нашел свою истину в Юджине. Ты нашел её во мне. А наши дети... они будут расти в мире, где их любят за то, кто они есть, а не за то, какими их хотят видеть другие.

Юки обнял мужа, вдыхая его успокаивающий аромат. Где-то в глубине дома проснулась Юна и, почувствовав уход дедушки, издала недовольный магический импульс, от которого задрожали стекла.

– Пойду успокою нашу маленькую тень, – усмехнулся Юки, целуя Ли Вона в висок. – А то она решит призвать костяного дракона прямо в детской.

– Иди, папочка, – Ли Вон легонько подтолкнул его к двери. – А я пока помечтаю о том дне, когда в этом доме будет сразу трое мальчишек Сон, и я буду единственным, кто сможет ими командовать.

Юки шел по коридору своего дома, чувствуя, как его магия резонирует с магией дочери. Он был альфой, сыном Монарха Теней, обладателем силы, способной разрушать миры. Но сейчас, слыша топот маленьких ножек и чувствуя присутствие своей истинной пары, он знал: его величайшее достижение — это не побежденные монстры, а эта тишина, наполненная любовью.

– Папа! – Юна выбежала ему навстречу, её глаза светились таким же небесно-голубым огнем, как и у него. – Дедушка улетел? А где моя лошадка?

– Лошадка будет завтра, принцесса, – Юки подхватил дочь на руки, подбрасывая её к потолку. – А пока у нас есть новости. У тебя скоро будет дядя или тетя.

– Маленький? Как братики в животе у папы? – Юна смешно наморщила носик.

– Почти, – Юки прижал её к себе, чувствуя, как татуировка на шее пульсирует в унисон с сердцем дочери. – Очень маленький и очень важный. Как и ты.

В ту ночь над Сеулом не было грозы. Небо было чистым, усыпанным звездами, и тень Монарха, парящая над городом, больше не несла угрозы. Она несла покой. Наследие небесно-голубых глаз продолжалось, и на этот раз оно было написано не кровью, а светом новой жизни.

Юки заснул, обнимая Ли Вона, и в его снах больше не было костяных драконов и ядовитых кинжалов. Там был только смех детей и бесконечное синее небо, такое же ясное, как глаза его омеги и его отца. Семья Сон наконец-то была дома.