← Назад к обзору

Истенный сын монарха

Крах иллюзий и тень Монарха

Сухо сидел на краю кровати, обхватив голову руками. В его ушах всё еще звенел смех Юки — холодный, торжествующий, пропитанный тем самым превосходством, которое Сухо ненавидел в брате больше всего. Каждое слово Юки в гостиной было подобно удару хлыста, но самым болезненным было не это. Самым страшным было лицо отца в тот момент, когда на экране ноутбука развернулась правда.

В комнате было темно, но Сухо, обладая чувствами охотника и кровью Монарха, видел каждый предмет так четко, будто горел свет. Его трясло. Это была не просто ярость, это был первобытный, липкий страх. Он, старший сын, тот, кто всегда старался соответствовать идеалу, оказался марионеткой в руках собственной матери.

Дверь открылась без стука. Она не просто открылась — она словно подчинилась воле вошедшего, бесшумно скользнув по петлям. В проеме стоял Сон Джинву. Его силуэт в полумраке коридора казался вырезанным из самой пустоты. Аура Теневого Монарха, обычно сдерживаемая и спокойная рядом с семьей, сейчас давила на плечи Сухо, заставляя его сердце биться в бешеном ритме.

– Подними голову, – голос отца прозвучал негромко, но в нем слышался рокот надвигающегося шторма.

Сухо с трудом заставил себя выпрямиться и посмотреть в глаза отцу. Те светились холодным серым светом, в котором не было ни капли жалости. Только разочарование.

– Отец, я... я клянусь, я не знал, – голос Сухо дрогнул, и он возненавидел себя за эту слабость. – Она так убедительно плакала. Она сказала, что Юки сорвался, что его аура чуть не задушила её... Я просто хотел защитить её.

– Защитить? – Джинву сделал шаг вглубь комнаты, и тени в углах зашевелились, вторя его движению. – Ты хотел защитить омегу S-ранга от шестнадцатилетнего парня, даже не разобравшись в ситуации? Или ты просто искал повод, чтобы в очередной раз сорваться на брата?

– Он всегда был таким! – Сухо вскочил, ведомый отчаянием. – Он смотрит на всех нас как на мусор! Он доминантный альфа, и он пользуется этим, чтобы унижать меня! Он даже не скрывает, что считает меня слабым!

– И он прав, – отрезал Джинву.

Эти три слова ударили Сухо сильнее, чем любой физический выпад. Он замер, глотая воздух, не в силах поверить, что отец сказал это вслух.

– Ты слаб не потому, что твоя мана меньше его, или потому, что ты не родился доминантным альфой, – Джинву подошел вплотную, возвышаясь над сыном. – Ты слаб духом, Сухо. Ты позволил своим эмоциям и чужим манипуляциям ослепить тебя. Альфа — это не тот, кто громче всех рычит или первым бросается в драку. Альфа — это тот, кто видит поле боя целиком. Юки увидел. Он просчитал ходы Хэ Ин еще до того, как она их сделала. А ты? Ты стал её послушным псом.

– Она моя мать! – выкрикнул Сухо, и слезы обиды обожгли глаза. – Как я мог не верить ей?

– И это твоя главная ошибка, – Джинву положил тяжелую руку на плечо сына, но в этом жесте не было нежности. – В мире охотников, в мире, где за каждым углом может ждать монстр или предатель, вера должна основываться на фактах, а не на родстве. Ты — мой наследник. Ты носишь имя Сон. Но сегодня ты опозорил это имя, напав на брата из-за лжи, которую даже не попытался проверить.

Сухо опустил взгляд на свои руки. Те самые руки, которыми он пытался ударить Юки. Юки, который просто уклонился, даже не напрягаясь. Теперь он понимал: брат не просто издевался над ним. Юки действительно был на другом уровне. Пока Сухо играл в «семью», Юки выживал в реальности.

– Что будет с мамой? – тихо спросил он.

– Её больше нет в этом доме, – холодно ответил Джинву. – И в твоей жизни её тоже больше не будет. Если я узнаю, что ты ищешь с ней встречи или помогаешь ей, ты последуешь за ней. Я не потерплю предателей рядом с собой, даже если в их жилах течет моя кровь.

Сухо сглотнул ком в горле. Он знал, что отец не шутит. Теневой Монарх был справедлив, но его справедливость была абсолютной и беспощадной.

– Юки... он никогда меня не простит, – прошептал Сухо, вспоминая холодный взгляд голубых глаз брата.

– Юки о тебе не думает, Сухо, – Джинву убрал руку с его плеча и направился к выходу. – Для него ты сейчас — досадная помеха, шум на заднем плане. И это должно задевать тебя сильнее всего. Если ты хочешь вернуть себе право называться его братом и моим сыном, тебе придется измениться.

Джинву остановился у двери и обернулся. Его глаза сверкнули в темноте.

– Завтра в пять утра ты будешь у входа в подземелье «Замка Теней». Игрис лично займется твоим обучением. Больше никаких поблажек, никакой элитной школы и никаких мягких тренировок. Ты будешь сражаться с тенями до тех пор, пока твои инстинкты не станут острее, чем твои обиды.

– С Игрисом? – Сухо побледнел. Верховный рыцарь отца был легендой, его мастерство меча не имело равных, а его терпение к слабым было равно нулю. – Но отец, это же...

– Это твой единственный шанс, – перебил его Джинву. – Или ты станешь настоящим воином, способным защитить свою семью, или ты останешься тенью своего брата. Выбор за тобой.

Дверь закрылась, оставив Сухо в гнетущей тишине. Он обессиленно опустился на пол, прислонившись спиной к кровати. В голове крутились кадры из видео: мать в объятиях другого мужчины, её холодный голос, планирующий избавление от «щенка» Юки.

Ему было восемнадцать. Он считал себя взрослым, сильным, почти равным отцу. Какая ирония. Шестнадцатилетний Юки, со своими татуировками, пирсингом и вечными играми, оказался единственным, кто по-настоящему контролировал ситуацию.

Сухо вспомнил шрам на спине Юки. Он никогда не спрашивал, откуда тот взялся, считая это просто результатом неудачной тренировки. Но теперь он понимал — Юки прошел через ад, о котором Сухо даже не догадывался. Пока Сухо рос в любви и заботе Хэ Ин, Юки закалял свою волю в одиночестве, зная, что мачеха его ненавидит.

– Доминантный альфа... – прошептал Сухо, сжимая кулаки так, что ногти впились в ладони. – Ты прав, Юки. Я был дураком.

Он поднялся и подошел к окну. Вдалеке, в другой части особняка, горел свет в окне комнаты брата. Сухо знал, что Юки сейчас не спит. Возможно, он пишет свою музыку или проходит очередной уровень в игре, совершенно не заботясь о том, что происходит в остальной части дома. Юки был свободен от оков, которыми Сухо сам себя связал.

В ту ночь Сухо так и не заснул. Он собирал вещи для тренировочного лагеря, который устроил ему отец. В его душе что-то окончательно надломилось — та детская, наивная часть, которая верила в безусловную любовь матери и собственную непогрешимость. На её месте начала прорастать холодная, твердая решимость.

Он больше не будет марионеткой. Он не позволит инстинктам управлять своим разумом. И когда-нибудь он встанет рядом с Юки не как враг или завистливый брат, а как равный.

Когда первые лучи солнца коснулись крыши особняка Сон, Сухо уже стоял у ворот. Его взгляд был направлен вперед, туда, где из теней медленно проступал величественный силуэт Игриса. Рыцарь в алых доспехах ждал его, и в его неподвижной позе читалось безмолвное обещание: этот день станет для Сухо началом долгого и болезненного пути к истинной силе.

А в своей комнате, погруженной в синий свет мониторов, Сон Юки нажал последнюю клавишу на пульте микшера. Новая песня была закончена. Она называлась «Пепел доверия». Юки потянулся, чувствуя, как хрустят позвонки, и бросил быстрый взгляд в окно. Он видел фигуру брата у ворот и едва заметно кивнул сам себе.

– Посмотрим, Сухо, – пробормотал он, поправляя черную серьгу в ухе. – Посмотрим, сможешь ли ты вытравить из себя слабость, которую в тебя вбивала эта женщина.

Юки закрыл ноутбук и лег в кровать, закинув руки за голову. Впереди был новый день, и впервые за долгое время в этом доме пахло не ложью, а свежим утренним ветром и грядущими переменами. Теневой Монарх и его наследники начали новую главу своей истории, и в этой главе места для слабости больше не оставалось.