← Назад к обзору

Истенный сын монарха

Призраки прошлого и право на имя

Сон Джинву стоял в центре своего кабинета, окруженный тишиной, которая казалась материальной. На мониторе ноутбука, оставленного Юки, застыл кадр из того самого видео. Лицо Хэ Ин, искаженное жадностью и ненавистью, выглядело чужим. Джинву чувствовал, как внутри него ворочается Тень — та самая первобытная сила, что когда-то поглотила тысячи миров. Она требовала выхода, она жаждала стереть оскорбление, нанесенное его крови.

Но Монарх сдерживался. Его взгляд переместился на пустой угол комнаты, где в тени скрывался один из его верных солдат.

– Выходи, – негромко приказал он.

Из темноты соткался Кайсел — не огромный дракон, а его уменьшенная, человекоподобная проекция, которую Джинву приставил к Юки много лет назад. С того самого дня, когда на спине младшего сына появился страшный шрам. Тогда Юки чуть не сгорел от собственной магии, не сумев обуздать костяное пламя, и Джинву поклялся, что больше никогда не оставит «щенка» без присмотра.

– Покажи мне всё, – Джинву коснулся виска, устанавливая ментальную связь. – Покажи мне, как мой сын действовал сегодня.

Перед глазами Монарха развернулась панорама ночного города. Он видел всё глазами тени, следовавшей за Юки. Он видел, как его младший сын, отказавшись от магии, карабкался по стеклянным стенам небоскреба «Аегис Биотех». Каждое движение Юки было выверено, каждый мускул работал на пределе. Это была чистая, человеческая сила, возведенная в абсолют дисциплиной и волей.

Джинву наблюдал, как Юки проникал в лаборатории, как его лицо каменело при виде замученных омег. Он видел всплеск ярости в небесно-голубых глазах сына — ту самую ярость, что передалась ему по наследству. Но Юки не сорвался. Он действовал как хирург, аккуратно извлекая правду из недр корпорации.

– Поразительно... – прошептал Джинву, разрывая связь.

Юки не просто использовал силу. Он использовал разум. Он понимал, что магический след выдаст его, и предпочел рискнуть жизнью, полагаясь лишь на свои тренировки.

– Сухо, зайди, – голос Джинву разнесся по особняку, усиленный маной.

Через минуту дверь кабинета открылась. Сухо выглядел измотанным. Его одежда была в пыли после тренировки с Игрисом, а в глазах застыла смесь стыда и усталости. Он встал перед отцом, не смея поднять взгляд.

– Садись, – Джинву указал на кресло напротив. – Я хочу, чтобы ты кое-что увидел.

Он развернул монитор к старшему сыну и запустил запись, переданную Кайселом. Сухо смотрел, не отрываясь. Он видел, как Юки, которого он считал «избалованным младшим», проходит сквозь лазерные решетки, как он вступает в бой с тремя охотниками одновременно, используя только свои скрытые клинки и навыки рукопашного боя.

– Смотри внимательно, Сухо, – голос Джинву был лишен эмоций. – Ты обвинял его в том, что он пользуется статусом доминантного альфы. Но посмотри на экран. Здесь нет магии. Здесь нет доминирования аурой. Здесь есть только воля к победе и холодный расчет.

Сухо сжал подлокотники кресла так, что дерево затрещало. Он видел момент, когда Юки получил рану в бок. Видел, как его брат, даже не вскрикнув, перехватил руку нападавшего и завершил маневр.

– Он рисковал собой, чтобы вскрыть гнойник, о котором мы даже не подозревали, – продолжал Джинву. – Пока ты слушал ложь матери и жалел себя, твой брат делал работу, достойную охотника S-ранга. Смотри и учись, Сухо. Вот как действует настоящий лидер. Он не ждет, когда ему принесут правду на блюдечке. Он идет и берет её сам, даже если для этого нужно истекать кровью.

Сухо молчал. Его лицо побледнело, а губы дрожали. Весь его гнев, вся зависть, которую он копил годами, рассыпались в прах перед этим безмолвным доказательством.

– Я... я никогда не смогу так, – выдавил он.

– Сможешь, – Джинву поднялся и подошел к окну. – Если перестанешь искать виноватых вовне и заглянешь внутрь себя. Твой брат — доминантный альфа, но это лишь форма. Содержание он выковал себе сам.

Монарка обернулся, и его взгляд стал еще более суровым.

– Теперь о делах семьи. Я подал на развод. Через месяц нас с Ча Хэ Ин официально разведут. Я больше не желаю видеть эту женщину в своем доме и в своей жизни.

Сухо вздрогнул, но кивнул. Он понимал, что это неизбежно. После того, что она пыталась сделать с Юки, прощения быть не могло.

– Моим адвокатом будет Чон Ливон, – добавил Джинву, и на его губах промелькнула тень усмешки.

Сухо удивленно поднял глаза.

– Ливон? Но он же... он же жених Юки.

– Именно поэтому он лучший кандидат, – Джинву вернулся к столу. – Ливон не просто блестящий юрист. Он защищает интересы Юки так, будто от этого зависит его собственная жизнь. И сейчас его интересы полностью совпадают с моими. Он уничтожит репутацию Хэ Ин в суде так, что она не сможет получить ни воны из активов семьи Сон. И она заслужила это.

Сухо опустил голову, чувствуя, как мир, который он знал, окончательно рушится. Его мать уходит в небытие, его брат оказывается героем, а его отец превращается в судью, не знающего пощады.

– Иди к себе, Сухо, – мягче произнес Джинву. – Завтра в пять утра Игрис будет ждать тебя. И на этот раз я не хочу слышать жалоб на усталость. Если ты хочешь когда-нибудь заслужить уважение брата, начни с уважения к самому себе.

Когда Сухо вышел, Джинву остался один. Он подошел к стене, на которой висел портрет женщины с добрыми глазами — матери Юки. Она умерла, даря жизнь этому невероятному ребенку, и Джинву каждый день видел в Юки её черты: ту же непоколебимую верность правде, ту же тихую силу.

– Он справляется, – прошептал Джинву, касаясь стекла портрета. – Наш щенок стал вожаком.

В этот момент дверь кабинета снова приоткрылась. Юки заглянул внутрь, уже переодетый в чистую одежду, с наушниками на шее. Его лицо было бледным, но взгляд оставался твердым.

– Пап, ты закончил читать нотации Сухо? – спросил он, проходя в комнату. – А то он прошел мимо меня с таким видом, будто его только что переехал грузовик.

Джинву усмехнулся и указал на кресло, которое только что освободил Сухо.

– Ему полезно. А ты... ты зачем пришел? Опять что-то взломал?

Юки уселся, закинув ногу на ногу. Несмотря на рану, в его позе сквозила божественная грация.

– Ливон звонил. Он в ярости, что я полез в «Аегис» без него. Сказал, что если я еще раз получу хоть царапину, он подаст в суд на саму Смерть за несоблюдение техники безопасности.

Джинву рассмеялся — искренне и громко, чего не случалось уже очень давно.

– Твой омега — страшный человек, Юки. Иногда мне кажется, что даже мои тени его побаиваются.

– Он просто профессионал, – Юки улыбнулся, и в этой улыбке не было ни капли того холода, что он показывал остальному миру. – Кстати, о разводе. Ты уверен насчет Ливона? Он ведь не оставит от Хэ Ин камня на камне.

– В этом и план, – Джинву посерьезнел. – Она пыталась разрушить твою жизнь, Юки. Она использовала Сухо как инструмент. Я не прощаю таких вещей.

Юки вздохнул и посмотрел на свои руки.

– Сухо... он просто глупый. Не наказывай его слишком строго, пап. Он ведь копия тебя, просто без твоего опыта. Он вырастет.

– Ты защищаешь его? – Джинву приподнял бровь. – После того, как он бросился на тебя с кулаками?

– Он защищал мать, – пожал плечами Юки. – С его точки зрения это был правильный поступок альфы. Ошибка была в том, кого он выбрал объектом защиты. Теперь, когда он увидел правду, он изменится. Я видел его глаза, когда он уходил. В них больше нет слепой ярости. Только пустота, которую ему придется заполнить чем-то стоящим.

Джинву внимательно посмотрел на младшего сына. Юки в свои шестнадцать лет обладал мудростью, которой многие не достигали и к пятидесяти. Он не держал зла, не потому что был слаб, а потому что стоял выше этого.

– Ты — доминантный альфа не по праву рождения, Юки, – тихо произнес Джинву. – А по праву души.

Юки встал, поправляя пирсинг под губой.

– Ладно, пап. Пойду я. У меня там новая глава в ассасинах, и Ливон обещал заехать через час с «серьезным разговором». Пожелай мне удачи, она мне понадобится больше, чем Сухо на тренировке.

– Удачи, сын, – Джинву проводил его взглядом.

Когда дверь закрылась, Теневой Монарх вернулся к своему столу. На экране всё еще светились данные из лабораторий. Его ярость никуда не исчезла, она просто трансформировалась в ледяную решимость.

– Бер, – позвал он.

Верховный муравей мгновенно появился из тени, склонившись в поклоне.

– Мой Король?

– Подготовь армию. Завтра мы навестим «Аегис Биотех». Я хочу, чтобы от этого места не осталось даже воспоминаний. И проследи, чтобы все омеги были доставлены в наши лучшие клиники. Ливон займется их юридической защитой, а я... я займусь их безопасностью.

– Да, мой Король! Будет исполнено! – Бер задрожал от предвкушения.

Джинву подошел к окну и посмотрел на луну. Его семья была разбита, его доверие было предано, но глядя на то, как Юки справляется с трудностями, он понимал: будущее его рода в надежных руках. Сухо научится силе, а Юки уже обладал истинным величием.

В ту ночь особняк Сон погрузился в сон, но это был не тот тревожный сон, что раньше. Это было затишье перед великой чисткой. И пока Юки в своей комнате слушал музыку, а Сухо собирал волю в кулак перед завтрашним днем, Теневой Монарх стоял на страже их покоя, готовый обрушить всю свою мощь на тех, кто посмел тронуть его щенков.

Через месяц Ливон действительно не оставил от Хэ Ин ничего. Процесс был громким, быстрым и беспощадным. Но это была уже совсем другая история. Главное было достигнуто: маски были сорваны, а истинная связь между отцом и сыновьями стала крепче любой магии.

Юки сидел на крыше особняка, глядя на рассвет. На его плече красовалась новая татуировка, скрывающая след от ножа — еще один знак ассасина, переплетенный с тенями отца. Он знал, что впереди еще много битв, но теперь он был не один. За его спиной стояла мощь Монарка, а рядом — острый ум Ливона и пробуждающаяся сила брата.

– Ну что, Сухо, – прошептал он, видя, как брат выходит на тренировочную площадку. – Посмотрим, на что ты способен на самом деле.

Мир еще не знал, что подрастает новое поколение Сон, и это поколение будет еще опаснее предыдущего. Потому что они научились главному: сила без мудрости — это просто разрушение. А мудрость у них была в крови.