Истинная пара
Аквариумные сны и шепот теней
Я шел за Алексом по длинному коридору второго этажа, чувствуя, как с каждым шагом напряжение, копившееся десятилетиями, медленно покидает мои плечи. Мои тени притихли. Даже Бер, обычно восторженно комментирующий каждое мое действие, сейчас хранил благоговейное молчание. Они чувствовали то же, что и я: этот дом стал территорией мира.
Алекс толкнул высокую дверь из темного дерева, и я замер на пороге.
Комната была залита мягким, вибрирующим синим светом. Первое, что бросалось в глаза — это не огромная кровать с темно-синими подушками и не стильные бежево-коричневые стены, а гигантский аквариум, встроенный прямо в центральную часть стены. Это было не просто украшение интерьера, а целая живая экосистема. В ярко-синей воде, среди причудливых кораллов фиолетовых и оранжевых оттенков, неторопливо скользили тропические рыбы. Освещение внутри аквариума создавало на потолке и стенах призрачные блики, похожие на движение морских волн.
– Ого, – только и смог произнести я. Мои серые глаза, обычно холодные, как грозовая туча, завороженно следили за стайкой желтых рыбок, проплывающих мимо высокой коралловой композиции.
– Моя гордость, – негромко сказал Алекс, подходя к шкафу. – Иногда, когда в голове слишком много схем и расчетов, я просто ложусь и смотрю на них. Успокаивает лучше любых медитаций.
Он открыл дверцу шкафа, и я невольно задержал взгляд на его движениях. В этом парне было столько природной грации, смешанной с какой-то мальчишеской бесшабашностью. Он выудил из недр гардероба аккуратно сложенные вещи и чистое полотенце.
– Вот, держи, – он протянул мне черную футболку из мягкого хлопка и серые штаны на завязках. – Думаю, должно подойти. Футболка оверсайз, так что в плечах жать не будет. Душ прямо за той дверью, там всё есть.
– Спасибо, Алекс, – я принял вещи, чувствуя, как от них исходит его аромат — тот самый табак и персик, ставший для меня наркотиком.
Пока я стоял, замешкавшись, Алекс начал переодеваться сам. Он не испытывал ни капли смущения. Сбросив расстегнутую рубашку на край кровати, он повернулся ко мне спиной, чтобы достать домашнюю одежду.
Я невольно сглотнул. На его шикарной, широкой спине, по идеально очерченным мышцам, тянулся длинный, едва заметный шрам — он шел от лопатки к самому поясу, пересекая сложную татуировку в виде механического крыла. Это был след старой раны, полученной явно не в лаборатории. В этот момент я остро осознал, что передо мной не просто «хрупкий человек». Передо мной был воин своего дела, мужчина, который знал цену боли, но не позволил ей сломить свой дух.
Он натянул белую футболку, которая облегла его мощные плечи, и надел черные домашние штаны. Обернувшись, он поймал мой взгляд, и в его голубых глазах промелькнула искра понимания.
– Я приготовлю тебе гостевую комнату, – начал он, но тут же осекся, и его голос стал чуть тише. – Или, если хочешь... можешь остаться здесь. Можем посмотреть какой-нибудь фильм, у меня есть попкорн и огромный запас вредной еды. Кровать большая, места хватит всем, даже если твои тени решат материализоваться.
Я посмотрел на него, потом на аквариум, в котором танцевали синие блики. Мысль о том, чтобы уйти в другую, пустую комнату, показалась мне почти физически болезненной. Мой внутренний омега протестовал против любой дистанции.
– Я останусь здесь, – ответил я, и мой голос прозвучал неожиданно твердо.
Алекс просиял. Эта его улыбка... она была способна осветить даже самое темное подземелье ранга S.
– Тогда иди в душ, а я пока организую нам «кинотеатр».
Когда я вышел из ванной, переодетый в его вещи, в комнате стало еще уютнее. Основной свет был выключен, и единственным источником сияния оставался аквариум и мягкий торшер у кровати. Алекс уже устроился на матрасе, обложившись подушками, а на коленях у него стояла большая миска с попкорном.
Его футболка пахла кондиционером для белья и им самим. Это было странное ощущение — носить одежду другого альфы. Моя кожа горела, а чувства обострились до предела. Я сел на край кровати, чувствуя, как матрас прогибается под моим весом.
– Что смотрим? – спросил я, стараясь отвлечься от того факта, что мы находимся в спальне.
– Нашел какую-то старую комедию про роботов, – Алекс кивнул на экран, который опустился из ниши в потолке. – Тебе нужно разгрузить мозг, Джинву. Хватит думать о спасении мира хотя бы на пару часов.
Я лег рядом, чувствуя тепло его тела. Пончик, маленький шпиц, тут же пристроился у моих ног, а кошка Мика заняла стратегическую позицию на подушке между нами, как бы напоминая, что она всё еще здесь главная.
Фильм был глупым и шумным, но я поймал себя на том, что искренне улыбаюсь. Алекс постоянно комментировал происходящее на экране, возмущаясь технической недостоверностью киношных роботов.
– Ну кто так паяет? – ворчал он, закидывая в рот горсть попкорна. – У него же сейчас все платы закоротит! Джинву, скажи им, что они идиоты.
– Я Монарх Теней, Алекс, а не эксперт по микросхемам, – тихо рассмеялся я.
– Зато ты эксперт по крутости, – он повернул голову ко мне. В полумраке его глаза казались светящимися. – Знаешь, я до сих пор не могу поверить, что ты здесь. В моей футболке, на моей кровати.
– Я тоже, – признался я. – Обычно в это время я либо в подземелье, либо тренируюсь до изнеможения.
– Больше нет, – Алекс отставил миску с попкорном и придвинулся ближе.
Мика недовольно мяукнула, когда он ее подвинул, но уходить не стала. Алекс положил руку мне на плечо, и я непроизвольно вздрогнул. Не от страха — от волны чистого, концентрированного удовольствия, которая прошла по моему позвоночнику.
– Твои феромоны, – прошептал он, наклоняясь к моему лицу. – Они сейчас пахнут не грозой. Они пахнут как... озон после дождя. Свежестью и покоем.
– Это потому что мне спокойно, – я закрыл глаза, позволяя себе эту слабость.
Он коснулся своими губами моего виска, затем медленно спустился к скуле. Каждое его движение было осторожным, словно он боялся спугнуть этот момент. Я чувствовал, как его доминантная аура мягко окутывает меня, подавляя мою собственную тьму, превращая ее в тихий шепот.
– Ты такой сильный, Джинву, – выдохнул он мне в губы. – Но тебе не обязательно быть сильным со мной. Можешь просто быть.
Я потянулся к нему, отвечая на поцелуй. На этот раз в нем не было борьбы. Это было глубокое, тягучее чувство, полное нежности и обещания. Его руки, мозолистые и теплые, скользнули под футболку, касаясь кожи на моей талии. Я почувствовал, как мои тени внутри меня довольно заурчали, признавая этого человека полноправным хозяином моего сердца.
Мы долго лежали в тишине, глядя на то, как рыбы в аквариуме медленно кружат среди кораллов. Фильм давно закончился, и экран погас, оставив нас в синем мареве.
– Алекс? – позвал я тихим шепотом.
– М-м? – он уже почти засыпал, обнимая меня со спины и уткнувшись носом в мой затылок.
– Почему ты выбрал именно инженерию? С твоими данными ты мог бы стать отличным охотником, даже если бы пробудился на низкий ранг.
Он чуть слышно усмехнулся, и я почувствовал вибрацию его грудной клетки.
– Охотники разрушают, Джинву. Они убивают монстров, ломают стены, уничтожают магию. А я хотел создавать. Мне нравится брать груду безжизненного железа и заставлять ее работать. Нравится видеть, как свет загорается там, где была тьма.
Он замолчал на мгновение, а затем добавил:
– Наверное, поэтому меня так потянуло к тебе. Ты — самая большая загадка и самая сложная система, которую я когда-либо встречал. И я хочу не просто «починить» твое одиночество. Я хочу построить для нас что-то новое.
Я переплел свои пальцы с его. Его рука была больше моей, пальцы — длиннее. Это было так странно — чувствовать себя защищенным рядом с тем, кто слабее меня физически в миллионы раз. Но его дух... его дух был равен моему.
– Ты уже это делаешь, – ответил я, закрывая глаза.
Сон пришел быстро. Впервые за долгое время мне не снились бесконечные битвы, кровь и легионы монстров. Мне снилось синее море, теплое и спокойное, где кораллы светились всеми цветами радуги, а рядом всегда был кто-то, чей запах табака и персиковой корицы обещал, что завтрашний день обязательно наступит.
Утром я проснулся от того, что в лицо мне светило яркое солнце, а на груди лежало что-то тяжелое. Открыв глаза, я обнаружил, что Алекс спит, закинув на меня ногу и руку, практически придавив меня к матрасу. Пончик спал у него на голове, а Мика — у меня на животе.
Я лежал неподвижно, боясь разрушить эту идиллию. В комнате пахло утренним кофе (видимо, сработала автоматическая кофемашина на кухне) и безмятежностью.
Алекс зашевелился, что-то пробормотал на японском и открыл один глаз. Увидев меня, он не испугался и не отпрянул. Он просто улыбнулся — заспанный, со всклокоченными волосами, но такой невероятно родной.
– Доброе утро, Монарх, – прохрипел он, потягиваясь так, что его суставы громко хрустнули. – Как спалось? Кошмары не мучили?
– Нет, – я приподнялся на локтях, чувствуя, как футболка задралась. – Это была лучшая ночь за последние годы.
– Рад слышать, – он сел на кровати, потирая затылок. – Слушай, у меня есть идея. Сегодня суббота. В Ассоциации тебя не хватятся до обеда?
– Думаю, мир подождет, – ответил я, глядя на него.
– Отлично! – Алекс вскочил с кровати с энергией, которой можно было позавидовать. – Тогда план такой: завтракаем моими фирменными блинчиками, а потом я выполняю обещание. Мы берем «малышку» и едем на побережье. Там есть одна дорога, где можно выжать максимум, и никто нас не остановит.
Я смотрел на него и понимал, что Ча Хэ Ин была права. Мне не нужна была сила бога, чтобы быть счастливым. Мне нужен был этот сумасшедший инженер, его аквариум с рыбками и его вера в то, что даже Монарх Теней заслуживает простого человеческого утра.
– Иди умывайся, – Алекс шутливо подтолкнул меня к двери ванной. – И не забудь: сегодня ты — просто Джинву. Никаких теней, никаких порталов. Только ты, я и скорость.
– Хорошо, Алекс, – я остановился в дверях и обернулся. – Только я и ты.
Выходя из комнаты, я мельком глянул в зеркало. Мои глаза больше не напоминали грозовую тучу. В них отражалось чистое, ясное небо, такое же голубое, как вода в аквариуме Алекса. И я знал, что это только начало нашей истории. История о том, как Смерть полюбила Жизнь, пахнущую персиками и корицей.