Издевательство Системы.
Матрица Венеры и сталь Ареса
Тишина в общежитии №3-4 этим утром была подозрительно вязкой, словно воздух превратился в сироп. Первым проснулся Хонджун. Он потянулся, чувствуя приятную ломоту в мышцах после вчерашней тренировки, и привычно обернулся, чтобы взглянуть на Сонхва.
Кровать рядом не была пустой, но то, что он увидел, заставило Капитана едва не свалиться на пол. Вместо широкоплечего парня с резкими чертами лица под одеялом посапывало нечто... иное. Из-под пледа выбились длинные, волнистые нежно-розовые локоны, рассыпавшиеся по подушке шелковым водопадом. Лицо спящего сохранило черты Сонхва, но линии стали мягче, скулы — изящнее, а ресницы, казалось, удлинились вдвое.
– Сонхва?.. – прошептал Хонджун, протягивая руку.
Фигура под одеялом зашевелилась. Сонхва открыл глаза, и Хонджун замер: взгляд остался прежним, но теперь он смотрел на мир из-под тонких, идеально очерченных женских бровей. Сонхва приподнялся на локтях, и одеяло сползло, обнажая хрупкие плечи и тонкую шею.
– Хонджун? Почему ты так смотришь... – Голос Сонхва изменился. Он остался мелодичным, но стал выше, приобретя бархатистую женскую тональность.
Сонхва осекся, услышав собственный голос. Он посмотрел на свои руки — пальцы стали тоньше, ладони меньше. В ужасе он схватился за свои волосы, нащупав длинные пряди.
– Что... Система, ты издеваешься?! – вскрикнул Сонхва, вскакивая с кровати.
В этот момент из коридора раздался грохот и истошный визг Уёна, вернее, того, кто им был.
– Сан! Не смей открывать глаза! Закрой их, я сказал! – кричал голос, подозрительно похожий на Уёна, но звучащий как рассерженная девчонка.
Хонджун и Сонхва выскочили в коридор. Капитан замер, прислонившись к косяку. Картина была эпичной. В центре коридора стоял Сан, закрыв лицо руками, а перед ним прыгала невысокая, невероятно красивая девушка с черными волосами и скрытым блондинистым окрашиванием, одетая в безразмерную футболку Уёна, которая теперь едва прикрывала её бедра.
– Уён-а? – выдавил Сан сквозь пальцы. – Это правда ты?
– Нет, это призрак твоей совести! Конечно, это я! – Уён-девушка топнул ногой, и его янтарные глаза кицунэ сверкнули яростью. – Посмотри на меня! Я... я крошечный!
Из других комнат начали выходить остальные. Минхо превратился в рыжеволосую красавицу с хищным взглядом и девятью пушистыми хвостами, которые теперь смотрелись на женской фигуре еще более вызывающе. Тэхён стал миниатюрной нимфой с огромными глазами, а Чонин — очаровательной, но явно язвительной девушкой с голубоватыми волосами. Бомгю, превратившийся в девушку с маллетом, в недоумении ощупывал свои щеки с ямочками.
Последним из комнаты вышел Ёсан. Чонхо, стоявший в дверях, просто перестал дышать. Ёсан-девушка выглядел как воплощение неземной красоты. Длинные, почти белые волосы были собраны в высокий хвост, открывая нежную шею и маленькое красное родимое пятнышко у левого глаза. Просторая одежда висела на нем, подчеркивая внезапно появившуюся хрупкость, но взгляд остался прямым и честным.
– Чонхо, – произнесла Ёсан-девушка, и её голос, хоть и стал женским, сохранил ту самую грубоватую прямолинейность. – Перестань пялиться. Это всё еще я.
– Ты... ты очень красивая, – честно признался Чонхо, краснея до кончиков ушей.
– Система решила, что нам не хватало драмы, – констатировал Сынмин, выходя в коридор и притягивая к себе Чонина-девушку. – Хотя, признаться, Чонин-а, тебе идет этот облик.
– Заткнись, Сынмин, или я проткну тебя копьем, – огрызнулась Чонин, но тут же смущенно поправила край короткой юбки.
Внезапно здание снова содрогнулось. Золотистый свет Системы залил коридор, и в воздухе материализовалось сообщение: «Адаптация форм завершена. Уровень 7: Инь и Ян. Защитите ядро».
– Опять?! – выдохнул Хонджун. – Ребята, оружие!
Но когда компания Сонхва призвала свое оружие, их ждал сюрприз. Катана Сонхва стала короче и легче, приспособленная под женскую руку, но лезвие теперь пульсировало ослепительно-розовым светом. Коса Ёсана превратилась в изящное, почти невесомое орудие, которое, казалось, управлялось самими мыслями. Веера Уёна стали больше, а их взмахи теперь создавали не просто ветер, а настоящие лезвия из сжатого воздуха.
– Мои хвосты... – Минхо-девушка удивленно посмотрела назад. Девять хвостов Ногицунэ стали длиннее и гибче, окутывая её фигуру защитным коконом. – Кажется, Система решила, что в женском теле наша магия станет более... концентрированной.
– Хватит любоваться, они уже здесь! – крикнул Чан, когда входная дверь разлетелась в щепки.
В холл ворвались новые существа — Исказители. Они выглядели как сгустки жидкого металла, постоянно меняющие форму.
– Компания Хонджуна, прикрывайте! – скомандовал Капитан. – Девочки... то есть, парни... в общем, работаем по старой схеме!
Битва началась мгновенно. Но всё пошло не так, как обычно.
Сонхва-девушка двигалась с невероятной грацией. Её катана описывала дуги, которые казались танцем. Хонджун, сражавшийся рядом, не мог оторвать взгляда от того, как уверенно и в то же время женственно Сонхва орудует клинком.
– Хонджун, следи за врагом, а не за моей талией! – крикнула Сонхва, разрубая Исказителя пополам. Её голос-сирена теперь обладал такой силой, что враги буквально замирали на месте, давая Хонджуну возможность нанести решающий удар.
– Прости, Сонхва-я, просто ты... ошеломительна! – Хонджун вонзил меч в металлическое тело монстра.
Чонхо и Ёсан снова оказались в паре. Чонхо, видя хрупкость Ёсана, пытался закрыть его собой еще яростнее, чем раньше.
– Отойди, Чонхо! – Ёсан-девушка ловко перепрыгнула через плечо великана. – Я легче, чем кажется!
Она взмахнула своей новой косой, и та описала идеальный круг, срезая верхушки голов сразу трем Исказителям. Ёсан приземлилась мягко, как кошка, и на мгновение встретилась взглядом с Чонхо. Тот стоял с открытым ртом.
– Ты стала быстрее, – выдохнул он.
– А ты стал медленнее соображать, – парировала Ёсан, но в её глазах промелькнула теплота.
Уён и Сан устроили настоящий хаос. Уён-девушка, благодаря своей новой форме, стала невероятно гибкой. Она делала сальто, выпуская из вееров волны магического огня.
– Сан-и! Лови их! – кричала Уён, создавая вихрь, который засасывал монстров в одну точку.
Сан, пользуясь моментом, наносил удары глефой.
– Уён, ты выглядишь как злая маленькая фея! – смеялся Сан.
– Я кицунэ, придурок! – Уён-девушка показала ему язык, и в этот момент её хвосты разметали очередную порцию врагов.
Минхо-девушка и Чан действовали с пугающей эффективностью. Ногицунэ теперь не просто создавала иллюзии, она буквально управляла пространством вокруг себя.
– Чан-и, подбрось меня! – скомандовала Минхо.
Чан подставил сцепленные руки, и Минхо-девушка, взлетев в воздух, распустила свои девять хвостов. Каждый хвост превратился в теневое лезвие, пронзившее Исказителей насквозь. Она приземлилась прямо в объятия Чана.
– Неплохо для котенка, – ухмыльнулся Чан, не спеша опускать её на пол.
– Я всё еще могу тебя проклясть, – прошипела Минхо, но её руки обвились вокруг его шеи.
Тэхён и Субин обороняли дальний угол. Тэхён-нимфа теперь могла призывать не просто корни, а целые хищные лианы, которые послушно извивались у её ног.
– Субин-а, они боятся света! – Тэхён вскинула кинжалы, и те ярко вспыхнули.
Субин, стараясь не смотреть на то, как короткая пастельная юбка Тэхёна развевается при каждом движении, методично пронзал врагов копьем.
– Тэхён, ты... ты очень яркая, – пробормотал он, краснея.
– А ты очень сосредоточенный, – Тэхён подмигнула ему, и очередной голем из металла превратился в груду мусора под её магией.
Бомгю-девушка и Ёнджун носились по всему залу. Бомгю смеялась, выпуская стрелы-цветы, которые при попадании расцветали, сковывая врагов.
– Ёнджун-хён! Посмотри на меня! Я как принцесса-воин! – кричала Бомгю, делая пируэт.
– Ты скорее принцесса-катастрофа, – отозвался Ёнджун, но в его голосе слышалось восхищение. – Но самая красивая катастрофа в моей жизни.
Битва закончилась быстро. Исказители не ожидали такой яростной атаки от тех, кого они считали ослабленными сменой формы. Когда последний сгусток металла испарился, в холле воцарилась тишина, прерываемая лишь тяжелым дыханием.
Хонджун опустил меч и посмотрел на Сонхва. Та стояла, поправляя растрепавшиеся розовые локоны, и в этом жесте было столько естественной красоты, что у Хонджуна защемило в груди.
– Ну и ну, – выдохнул Капитан. – Система, конечно, подкинула нам задачку.
– Это ненадолго, – произнесла Ёсан, подходя к ним. Она всё еще сжимала свою косу, и её эльфийские черты медленно начали бледнеть. – Я чувствую, что магия формы нестабильна. Скоро мы вернемся в норму.
– О нет, – притворно расстроился Уён-девушка, подходя к Сану и обнимая его за руку. – А мне понравилось быть миниатюрным. Сан-и так забавно краснеет, когда я на него смотрю снизу вверх.
– Я краснею, потому что ты ведешь себя неприлично, Уён-а! – возмутился Сан, но не отстранился.
– Ребята, посмотрите на свои руки, – тихо сказал Сынмин.
Золотистое свечение снова окутало компанию Сонхва. Фигуры начали меняться, линии становились резче, рост возвращался, а длинные волосы таяли в воздухе, превращаясь в привычные стрижки.
Через минуту в холле снова стояли четырнадцать парней.
Сонхва потряс головой, ощупывая свои короткие розовые волосы.
– Фух... Наконец-то я снова могу нормально дышать. Эта форма была слишком... обтягивающей.
– А мне будет не хватать той версии тебя, Сонхва-я, – Хонджун подошел к нему и нежно коснулся его щеки. – Хотя, признаться, ты прекрасен в любом теле.
Сонхва улыбнулся своей мягкой улыбкой и прижался лбом к лбу Хонджуна.
– Главное, что внутри ничего не изменилось, Капитан.
Чонхо стоял перед Ёсаном, который снова стал тем самым парнем с холодным взглядом и светлым блондом.
– Ёсан-а.
– Что? – Ёсан посмотрел на него, приподняв бровь.
– Ты был... очень красивой девушкой. Но я рад, что ты вернулся. Мне удобнее обнимать тебя такого.
Ёсан хмыкнул, но в его глазах заплясали чертики.
– Удобнее, значит? Ну, иди сюда, силач.
Он сам притянул Чонхо к себе, утыкаясь носом в его плечо. Чонхо крепко обнял его, чувствуя привычную силу и запах курицы, который всегда преследовал Ёсана.
Уён, вернувшись в свое мужское тело, тут же запрыгнул Сану на спину.
– Сан-и! Я снова большой! Теперь я могу снова издеваться над Сонхва-хёном в полную силу!
– Уён, слезь с меня, ты тяжелый! – засмеялся Сан, но поудобнее перехватил друга за бедра.
Минхо и Чан стояли чуть поодаль. Минхо выглядел немного разочарованным.
– Девять хвостов в женской форме были пушистее, – проворчал он.
– Зато теперь я могу целовать тебя, не боясь, что у меня вырастут уши, – Чан притянул его к себе и коротко поцеловал в губы.
Минхо покраснел, что случалось крайне редко, и ткнул Чана кулаком в бок.
– Идиот.
Тэхён и Субин сидели на обломках стола. Тэхён снова скрестил ноги, задумчиво глядя в окно.
– Субин, ты так и не договорил. Что ты там бормотал про ошибки?
Субин улыбнулся, его ямочки на щеках стали отчетливее.
– Я говорил, что ты идеален, Тэхён-а. В любом облике. Даже если бы ты превратился в кактус, я бы всё равно тебя поливал.
– Кактус? – Тэхён рассмеялся, и этот звук был самым чистым в разрушенном холле. – Ну, тогда готовь лейку, ленивец.
Бомгю и Ёнджун спорили о том, кому больше шел маллет в женской версии.
– Хён, признай, я была королевой красоты! – Бомгю активно жестикулировал.
– Ты была шумной девчонкой с луком, Бомгю-я, – Ёнджун потрепал его по волосам. – Но моей любимой шумной девчонкой.
Хонджун обвел взглядом свою команду. Они стояли среди руин, уставшие, но абсолютно счастливые. Система снова попыталась их сбить с толку, превратив их жизни в фарс, но в итоге лишь еще сильнее сплотила их.
– Знаете, что я понял? – Хонджун поднял голос, привлекая внимание. – Система может менять нашу внешность, наше оружие и даже наш пол. Но она не может изменить то, что мы чувствуем друг к другу.
– Красиво сказано, Капитан, – Сонхва положил руку ему на плечо. – А теперь, раз уж мы снова парни и у нас зверский аппетит... кто поможет мне приготовить завтрак? Кухня, кажется, уцелела.
– Чур, я не чищу картошку! – закричал Уён, спрыгивая с Сана и убегая в сторону кухни.
– Уён, вернись, мелкий прохвост! – Сонхва бросился за ним.
Все остальные потянулись следом, перешучиваясь и толкая друг друга. Чонхо и Ёсан шли последними. Чонхо достал из кармана яблоко, которое каким-то чудом пережило битву и смену форм.
– Будешь? – спросил он.
Ёсан посмотрел на яблоко, затем на Чонхо.
– Разломи.
Чонхо с легкостью разделил фрукт пополам и протянул половинку Ёсану.
– Знаешь, Чонхо... – Ёсан откусил кусочек. – Даже если Система завтра превратит нас в собак, я всё равно буду ждать, что ты разделишь со мной косточку.
Чонхо рассмеялся, приобнимая Ёсана за плечи.
– Обязательно, ангел. Обязательно.
Над университетом вставало солнце, разгоняя остатки золотистого тумана. Впереди было еще много уровней, много врагов и странных трансформаций. Но в этом общежитии, среди четырнадцати парней, которые научились любить друг друга вопреки всему, больше не было места страху.
Система могла продолжать свою игру. Но правила теперь устанавливали они.