Изменения
Шепот крови и крик теней
В воздухе спальни висел густой, почти осязаемый аромат ванили, смешанный с запахом озона — это моя мана непроизвольно просачивалась сквозь кожу, реагируя на каждое движение Юки. Я смотрел на него, и внутри меня всё сжималось от нежности, граничащей с безумием. Мой пекарь, мой якорь, человек, который умудрился приручить Теневого Монарха простым взглядом своих небесно-голубых глаз.
Юки сидел напротив меня, тяжело дыша. Его кожа казалась почти прозрачной, фарфоровой под светом ночника, а черные волосы были влажными от пота и беспорядочно липли ко лбу. Он протянул руку и резко, с какой-то отчаянной силой, сжал мои волосы на затылке, притягивая меня к себе.
– Джинву... – его голос сорвался на хрип. – Скажи мне еще раз... Система не ошиблась? Сразу троих... Разве можно... разве человеческое тело может вынести сразу троих таких, как ты?
Я перехватил его ладонь, осторожно разжимая пальцы, но он не отпускал, впиваясь ногтями в мою кожу. В его глазах я видел не страх перед болью, а глубокое, первобытное беспокойство за то, что росло внутри него. За наших сыновей, которые уже сейчас, еще не родившись, обладали силой, способной сотрясать стены дома.
– Система нашла идеальную пару, Юки, – прошептал я, прижимаясь своим лбом к его. – Ты сильнее любого охотника, которого я когда-либо встречал. Твоя сила не в мане, а в твоем сердце. Ты вынесешь их. Я рядом. Мои тени держат этот дом, они держат саму реальность вокруг тебя, чтобы тебе было легче.
Юки хотел что-то ответить, его губы дрогнули в попытке улыбнуться, но внезапно его лицо исказилось. Он резко выгнулся в моих руках, сжимая простыни так, что послышался треск рвущейся ткани. Его пальцы, только что гладившие мои волосы, теперь впились в мои плечи с силой, которой позавидовал бы охотник ранга А.
– А-ах... Джинву! – вскрикнул он, и этот звук ударил меня в самое сердце сильнее, чем любой клинок монархов-соперников.
В ту же секунду комната отозвалась на его боль. Тени в углах взметнулись вверх, превращаясь в бесформенные, рокочущие вихри. Игрис и Бер материализовались у двери мгновенно, их ауры были на пределе, готовые защищать, убивать или делать всё, что прикажет господин.
– Началось, – выдохнул я, чувствуя, как внутри меня поднимается волна ледяного спокойствия — защитный механизм, позволяющий действовать четко в моменты хаоса.
Я подхватил Юки на руки, чувствуя, как его живот — твердый, огромный — напрягся до предела. Он тяжело дышал, уткнувшись мне в шею, и я чувствовал, как его зубы впиваются в мое плечо, сдерживая новый стон.
– Бер! – рявкнул я, не оборачиваясь. – Приготовь всё. Живо!
– Слушаюсь, мой Король! – голос муравья дрожал от возбуждения и преданности. Он исчез в мгновение ока, направляясь в специально оборудованную медицинскую комнату, которую я подготовил месяцы назад.
Я нес Юки по коридору, и каждый его судорожный вдох отдавался во мне физической болью. Я, Теневой Монарх, повелитель смерти, стоял перед лицом жизни, которая рождалась в муках, и чувствовал себя беспомощным. Я мог уничтожить армию, но не мог забрать его боль себе.
– Джинву... подожди... – прохрипел Юки, когда я уложил его на кровать в родовой палате. – Слишком рано... они толкаются... Алекс... он словно хочет прорубить себе путь...
– Тсс, тише, любимый, – я вытирал пот с его лица, вливая в него крошечные капли своей маны, чтобы поддержать его силы, но не навредить детям. – Они просто торопятся встретиться с тобой. Они такие же упрямые, как и их папа.
Новая схватка накрыла его через минуту. Юки вскрикнул, и в этот момент магический фон в доме просто взорвался. Миджун, единственная девочка, моя маленькая копия, внезапно проявила свою ману. Тень под кроватью Юки ожила, закручиваясь в защитный кокон.
– Сразу трое... – Юки тяжело сглотнул, его глаза лихорадочно блестели. – Джинву, если я... если что-то пойдет не так...
– Замолчи, – я перебил его, прижимая ладонь к его губам. – Ничего не пойдет не так. Я не позволю смерти даже приблизиться к этому порогу. Ты слышишь меня? Я — Монарх Теней,