← Назад к обзору

Изменения будущего

Шепот инстинктов и колыбельная теней

Прошло полгода с тех пор, как поместье Окумура превратилось в пепел, а Сон Юки окончательно осознал себя как доминантный альфа. Жизнь семьи Сон вошла в колею, которая со стороны могла показаться идиллической, если не знать, какая мощь скрывается за стенами их дома.

Сегодняшний вечер был особенным. Сон Джинву, Монарх Теней, человек, чье присутствие обычно заставляло пространство вокруг вибрировать от избытка маны, решил устроить «вечер для двоих». Юми, чья фарфоровая кожа теперь светилась здоровьем, а в глазах больше не было страха, заслужила это свидание. После рождения маленькой Мины она всё свое время отдавала дочери, и Джинву, проявляя несвойственную его статусу чуткость, настоял на походе в ресторан и прогулке по ночному Сеулу.

На хозяйстве остались сыновья.

– Ты издеваешься надо мной? – Юки стоял посреди гостиной, скрестив руки на широкой груди.

На нем были только свободные спортивные штаны, низко сидящие на бедрах. Полугодовалая тренировка и окончательно сформировавшийся статус альфы превратили его тело в шедевр: четкие кубики пресса, мощные плечи и татуировка ассасина на шее, которая теперь казалась не просто рисунком, а знаком принадлежности к касте воинов.

– Никаких издевательств, брат, – Сухо поправил очки и подхватил свой планшет. – У меня творческий кризис. Мастер сказал, что мне нужно сменить обстановку, чтобы поймать вдохновение. Я пойду в машину, там отличный вид на сад и террасу, буду рисовать эскизы новой брони для теневых пехотинцев.

– Ты просто слинял! – Юки возмущенно указал на детскую колыбельку, где мирно сопела маленькая Мина. – Отец сказал, что мы оба отвечаем за сестру!

– Ты старший, ты и качай, – Сухо уже был у двери, хитро улыбаясь. – К тому же, у тебя аура более... убаюкивающая. Она чувствует в тебе защитника. А я — мелкий предатель, как ты выразился. Увидимся через пару часов.

Дверь захлопнулась, оставив Юки в компании розовых пеленок и абсолютной тишины. Юноша вздохнул, его плечи поникли. Он подошел к колыбели и осторожно, едва касаясь кончиками пальцев, качнул её. Мина была удивительно похожа на маму — такие же тонкие черты лица, даже во сне обещающие небесно-голубой взгляд.

– Ну и ладно, – прошептал Юки, садясь на пол рядом с колыбелью. – Будем только ты и я, мелкая.

Он прикрыл глаза, позволяя своей мане мягким облаком окутать комнату. Это было упражнение на контроль, которому его учил отец: распространять влияние так нежно, чтобы оно не пугало, а согревало.

Внезапно в дверь позвонили. Юки нахмурился. Родители не могли вернуться так рано, а у Сухо были свои ключи. Он поднялся, чувствуя, как внутри шевельнулся инстинкт охранника. Его запах — озон и прогретая земля — стал чуть острее.

Посмотрев в камеру домофона, Юки замер. Сердце пропустило удар, а затем забилось с удвоенной силой. У порога стоял Чон Ли Вон.

Адвокат был одет в простую домашнюю одежду: мягкий серый свитер с высоким горлом и темные джинсы. Он выглядел непривычно без своего строгого костюма, более хрупким и... доступным.

Юки распахнул дверь, не заботясь о том, что он полураздет.

– Ли Вон? – Голос юноши дрогнул. – Что ты здесь делаешь так поздно? Что-то случилось с делом Ассоциации?

Ли Вон поднял взгляд. Его серые глаза, обычно холодные и аналитические, сейчас блестели от лихорадочного огня. По лицу адвоката пробежала судорога, он тяжело дышал, а его запах...

Запах холодного дождя и старой бумаги изменился. Он стал густым, сладким, пронзительным. Он ударил Юки в нос, словно физический удар, заставляя зрачки альфы мгновенно сузиться до вертикальных щелей.

– Привет, Юки, – тихо произнес Ли Вон. Его голос был хриплым, вибрирующим от сдерживаемого напряжения.

Он вошел в дом, не дожидаясь приглашения, и Юки автоматически закрыл за ним дверь, отсекая их от внешнего мира.

– Ли Вон, ты... – Юки сглотнул, чувствуя, как внизу живота завязывается тугой узел. – Ты пахнешь иначе.

Адвокат остановился в центре прихожей, глядя на полуобнаженного Юки. Его взгляд скользнул по татуировкам, по рельефным мышцам груди, на которых еще поблескивали капли пота после недавней тренировки. Ли Вон вздрогнул, его пальцы вцепились в края свитера.

– Юки... – Ли Вон сделал шаг вперед, сокращая дистанцию. – Мы полгода ходили вокруг да около. Ты был идеальным рыцарем. Ты ждал, ты уважал мои границы, ты не позволял своей силе давить на меня.

Юки молчал, его тело звенело от напряжения. Он чувствовал, как его собственная мана начинает непроизвольно вырываться наружу, искрясь на кончиках пальцев.

– Но природа берет свое, – продолжал адвокат, его голос стал почти шепотом. – Моя течка начнется через несколько часов. Первая настоящая течка после того, как мы осознали связь. И я... я не хочу проводить её в одиночестве, накачавшись подавителями.

Юки почувствовал, как в его горле зарождается рык. Он боролся с собой, пытаясь сохранить остатки человеческого разума, но аромат Ли Вона заполнял легкие, отравляя сознание сладким ядом.

– Ты понимаешь, о чем просишь? – Юки сделал шаг назад, упираясь спиной в стену. – Я доминантный альфа. Мне шестнадцать, и мой контроль... он не идеален. Если мы начнем это, я могу не остановиться. Я могу пометить тебя навсегда.

Ли Вон подошел вплотную. Он был ниже Юки на пятнадцать сантиметров, и ему пришлось закинуть голову, чтобы смотреть альфе в глаза. Он протянул руку и коснулся горячей кожи на груди Юки, прямо над сердцем.

– Я хочу провести свою течку с тобой, Юки, – уверенно сказал Ли Вон, и в его глазах не было страха. – Я хочу, чтобы ты был моим альфой. Не в судах, не в документах. Здесь и сейчас.

Юки схватил его за запястье. Его хватка была крепкой, почти болезненной, но Ли Вон даже не поморщился.

– Родители... Мина... – Юки попытался воззвать к логике, хотя сам уже плохо соображал. – Я не могу бросить сестру.

– Сухо в машине, я видел его, – Ли Вон подался вперед, прижимаясь всем телом к Юки. – Он не зайдет в дом, пока не закончит рисовать. У нас есть время.

Запах омеги стал невыносимым. Это был зов, на который альфа не имел права не ответить. Юки почувствовал, как его костяные бластеры на мгновение проявились за спиной и тут же исчезли — его мана бушевала, требуя выхода.

– Ли Вон... – Юки зарылся лицом в изгиб шеи адвоката, вдыхая его аромат. – Ты сведешь меня с ума.

– Уже свел, – выдохнул Ли Вон, обвивая руками шею юноши. – Пожалуйста, Юки. Будь со мной.

Юки больше не мог сопротивляться. Он подхватил Ли Вона под бедра, легко поднимая его, словно тот ничего не весил. Адвокат инстинктивно обхватил его ногами за талию, прижимаясь к горячему телу альфы.

– В мою комнату, – прорычал Юки, направляясь к лестнице.

Он двигался быстро, его движения были полны хищной грации. В колыбельке внизу Мина сладко причмокнула во сне — аура брата, ставшая вдруг невероятно плотной и защищающей, окутала её коконом, даря самые спокойные сны.

В комнате Юки царил полумрак. Юноша опустил Ли Вона на кровать, нависая над ним сверху. В свете луны, пробивающемся сквозь занавески, глаза Юки горели ярким небесно-голубым пламенем.

– Это твой последний шанс уйти, – предупредил он, хотя его руки уже начали стягивать свитер с плеч омеги.

Ли Вон потянулся к нему, касаясь пальцами пирсинга под губой Юки.

– Я никуда не уйду. Я дома.

И когда их губы встретились, мир за пределами этой комнаты перестал существовать. Не было больше Монархов Теней, Ассоциаций, заговоров и старых кошмаров. Были только два человека, чьи души и тела наконец-то нашли друг друга в бесконечном хаосе вселенной.

Юки действовал с удивительной для его возраста и состояния нежностью, хотя его инстинкты требовали грубости. Он целовал каждый сантиметр кожи Ли Вона, отмечая свою территорию, оставляя невидимые клейма своей маны. Ли Вон отвечал ему с такой же страстью, его пальцы впивались в мускулистую спину альфы, оставляя красные полосы.

– Ты мой... – шептал Юки, прижимаясь губами к пульсирующей вене на шее Ли Вона. – Только мой.

– Всегда... – отзывался омега, утопая в жаре, который исходил от юноши.

В какой-то момент Юки почувствовал, как его сила начала резонировать с состоянием Ли Вона. Тени в углах комнаты зашевелились, сплетаясь в причудливые узоры, создавая вокруг кровати непроницаемый занавес. Это была магия самой жизни, древняя и могучая, как сама смерть, которой повелевал его отец.

Течка Ли Вона началась именно в тот момент, когда Юки вошел в него. Это был взрыв чувств, который невозможно было описать словами. Адвокат вскрикнул, выгибаясь в руках альфы, а Юки зарычал, чувствуя, как его собственная сущность окончательно и бесповоротно сливается с сущностью его пары.

Они провели в этом коконе страсти и нежности несколько часов. Время растянулось, превращаясь в бесконечный поток ощущений. Юки был неутомим, его природа доминантного альфы требовала полной отдачи, и Ли Вон давал ему всё, что у него было, и даже больше.

Когда первая волна безумия утихла, они лежали, тесно прижавшись друг к другу. Юки бережно обнимал Ли Вона, укрывая его своим телом. Его дыхание всё еще было тяжелым, но взгляд стал осознанным и бесконечно любящим.

– Ты в порядке? – спросил он, целуя Ли Вона в висок.

– Никогда не чувствовал себя лучше, – адвокат улыбнулся, прикрывая глаза. – Ты был... удивительным, Юки.

Юноша усмехнулся, проводя рукой по волосам омеги.

– Я старался. Не хотел испугать тебя своим «внутренним зверем».

– Твой зверь очень ласковый, когда хочет, – Ли Вон прижался ближе к его груди. – Юки, я знаю, что это только начало. Течка будет длиться еще несколько дней.

– Я никуда не уйду, – твердо сказал Юки. – Сухо присмотрит за Миной, а потом вернутся родители. Я объясню отцу... думаю, он поймет.

Ли Вон тихо рассмеялся.

– Сон Джинву? Поймет? Он, скорее всего, уже всё знает. Твой отец видит тени даже там, где их нет.

Юки вспомнил проницательный взгляд отца и его вечную полуулыбку. Да, Монарх Теней определенно будет в курсе. Но сейчас это не имело значения.

Внизу послышался звук открывающейся двери — Сухо вернулся из машины, тихо напевая под нос какую-то мелодию. Он заглянул в гостиную, увидел спящую сестру и, почувствовав изменившуюся атмосферу в доме, лишь понимающе покачал головой. Младший брат прошел на кухню, чтобы поставить чайник, стараясь не шуметь.

А в комнате наверху Юки продолжал баюкать своего омегу. Он смотрел на Ли Вона и понимал, что ради этого момента стоило пройти через все испытания. Его жизнь, которая могла превратиться в трагедию, теперь была полна смысла.

– Я люблю тебя, Ли Вон, – прошептал Юки в тишину комнаты.

Адвокат не ответил — он уже спал, изможденный и счастливый. Но его рука, крепко сжимающая ладонь Юки, была лучшим ответом.

Через час домой вернулись Джинву и Юми. Они вошли тихо, но Джинву мгновенно замер, вдыхая воздух. Он почувствовал всё: и запах течки, и свершившийся союз, и глубокое удовлетворение своего старшего сына.

Юми вопросительно посмотрела на мужа.

– Джинву? Что-то не так?

Монарх Теней улыбнулся — тепло и искренне. Он обнял жену за талию, увлекая её в сторону кухни.

– Всё в порядке, Юми. Просто наш щенок окончательно стал вожаком. Кажется, скоро нам придется планировать еще одну свадьбу.

Юми удивленно приоткрыла рот, а затем её лицо озарилось радостью. Она поняла всё без слов.

Этой ночью в доме семьи Сон царил абсолютный мир. Судьба, когда-то предсказанная Системой как путь к пеплу, окончательно превратилась в цветущий сад. И в центре этого сада, закаленный в тенях и согретый любовью, стоял Сон Юки — новый тип альфы, который знал, что истинная сила заключается не в способности разрушать, а в умении защищать и любить тех, кто доверил ему свою жизнь.

А маленькая Мина в своей колыбельке видела сны о великих свершениях, зная, что за её покой отвечают самые могущественные тени в мире и самый любящий старший брат. Наследие тени продолжалось, но теперь оно было наполнено светом.